Миранда кивнула:
— Не думаю, что Лиз осознает сам факт существования преграды. Так же как и не отдает себе отчета в том, какие в ней запрятаны способности. Эта женщина не считает себя телепаткой, она думает, что это наследство бабушки-цыганки. Она обладает зрением, а бабуся научила ее разбираться в знамениях. Назови ее телепатом и экстрасенсом, и она тебе не поверит. Ее стихия и орудия ремесла — магические кристаллы, амулеты, талисманы, стеклянные шары, карты, приметы и знамения, чаинки и кофейная гуща — весь традиционный набор, и она целиком в нем, мыслями и душой. Она гадает только для друзей и делает это нечасто. Кстати, насколько мне известно, в семидесяти пяти процентах из ста она попадает в точку. Так что действительно будь осторожен.
Тон ее был по-прежнему официальным без капли личной заинтересованности в его благополучии и безопасности, поэтому Бишоп очень удивился, когда Миранда добавила к сказанному:
— Иногда я тревожусь за Лиз.
— По какой причине?
— Она не имеет представления о власти, которая ей дана. Ей не понять, что знание может быть опасным. Особенно если оно касается окружающих ее людей и некоторых их секретов.
Бишоп не воспринял это как намек на себя.
— Все, с кем я говорил, отзывались о ней хорошо. Ее ценят за доброту, за готовность всегда оказать помощь. Судя по их словам, она милая, скромная женщина, правда, чрезмерно увлекающаяся разными суевериями, впрочем, вполне невинными. Всерьез этого никто не воспринимает, и никого ее причуды не затрагивают. Врагов у нее нет даже среди тех, кому не очень по душе пророчества.
— Все так до поры до времени, — резонно возразила Миранда. — А что, если она ляпнет что-то не то и не тому человеку? Мы все согласились, что убийца скорее всего из приличных обитателей Гладстоуна, и я сомневаюсь, что он выставит на обозрение свои рожки и хвост, чтобы показать, какая у него черная душа.
— Ты права.
Миранда окинула взглядом магазинчик Лиз.
— Я бы охотно предупредила ее, но что я ей скажу? Воздержись от гадания на какой-то срок? Забрось свои чаинки и прочее?
— Вряд ли она послушает, особенно когда вокруг происходит такое, — покачал головой Бишоп. — Человеческой натуре свойственно пытаться решать загадки.
— Вот именно. Все-таки сказала ли она тебе хоть что-то, чего бы мы не знали раньше?
— Она сказала, что убийца захватил Пенмана с целью отвлечь нас от чего-то, что касается других его жертв, и что для него нежелательно, чтобы мы обратили внимание на эту деталь. Она еще вдобавок считает, что убрать Стива убийцу вынудил страх. Стив кое-что знал, и это убийцу пугало.
— Может, она права?
— Может быть.
— Если так, то возникает вопрос: имеется ли в нашем распоряжении нечто нами пока не замеченное? Как ты думаешь, это «нечто» действительно существует?
— Если оно у нас в руках, — сказал Бишоп, — то почему ни один колокольчик не зазвонил, как полагалось бы? Это могло быть что-то связанное с костями Рамсея, но Шарон пока ничего определенного про них не сказала. Можно, например, заострить внимание на том факте, что Линет возбуждала в нем похоть, или всесторонне пересмотреть версию, что все его действия по отношению к ней были сплошной ошибкой, но я не знаю, даст ли это какой-нибудь результат. Признаюсь, я пока нахожусь в потемках.
Миранда слушала его, а сама не отрывала глаз от входа в магазинчик Лиз. От напряженных раздумий морщины пересекли ее лоб.
— Стив Пенман что-то знал. Надо покрутиться вокруг этого. Хотя выяснить, что такое, неизвестное нам, мог знать некий субъект про другого субъекта, о котором мы знаем, кстати, ничтожно мало, и при том, что первый субъект находится вне досягаемости, если уже не на том свете, и не может подсказать, как правильно вести дознание и какие кому задавать вопросы, — задача не из простых.
— Уравнение из сплошных неизвестных, — добавил к пространной тираде Миранды свое заключение Бишоп. — След, который сразу обрывается. Кстати, о следах. Я видел, как пускали собак на рассвете. Каков результат?
— Тот же, что и вчера. Собаки проследили его путь мимо аптеки за угол дома до подъездной дорожки с задней глухой стороны. Дальше ничего. Идеальное место для поджидающей машины, в которую парня — примем такой вариант — чем-то завлекли. Естественно, никто не мог видеть, что там произошло.
— Догадываюсь, что Тони успел доложить тебе, что и в нашу сеть ничего не попалось.
Миранда кивнула.
— Шарон тоже мне сообщила, что прошлась здесь час назад и не вычитала ни в чьей голове никаких новых фактов.
— А ты не пыталась?
— Нет.
— Миранда… — произнес Бишоп с укоризной.
— На случай, если ты забыл, напомню, что мои способности предполагают другие методы получения информации. Я получаю ее, прикасаясь к субъекту, которого я могу читать. Таких примерно сорок процентов от общего числа всех, с кем я общаюсь. Я подхватываю, подбираю крупицы знаний, а иногда мне случается заглянуть в будущее, но это получается все реже и от меня не зависит. Иногда во мне просыпается способность считывать мысли, не очень, впрочем, сильная, в целях самозащиты — когда я начинаю ощущать, что кто-то подкрадывается ко мне и следит за мной. — Помолчав секунду, Миранда добавила сухо: — К примеру, в данный момент чуть ли не весь город смотрит на нас, ловит каждое сказанное нами слово, следит за каждым нашим движением. Я ясно читаю мысли своих сограждан, но эта информация для нас бесполезна.
Все же Бишопу было интересно узнать причину столь повышенного внимания к своей персоне. Потому, что он был чужаком и агентом ФБР? Или потому, что он на глазах у горожан ведет затянувшийся разговор с красивой женщиной, которая к тому же шериф?
— Чтобы подвести черту, я хочу сказать, что ничего хорошего не выйдет, если я попытаюсь использовать свои способности для сбора информации на месте исчезновения Стива Пенмана Поверь, я бы сделала это, если бы могла, но никто не пустит меня глубже поверхностного уровня, где искать что-либо бессмысленно.
Без всякой телепатии Бишоп догадывался, как мучительно было для Миранды бездействовать и ждать, когда будет найден еще один мертвый подросток.
Бишоп хотел бы сказать ей, что есть еще надежда обнаружить Стива Пенмана живым, но это было бы чистой воды безответственностью. У них не имелось улик, указывающих на того, кто его похитил, ни малейшего представления о том, где его содержат. Если им не улыбнется удача или кардинально не изменится ситуация, этот парень, как сказала Лиз Хэллоуэл, будет потерян навсегда.
— Шериф!
Бишоп увидел, как Миранда вздрогнула, а потом заставила себя с приветливым выражением лица встретить подошедшую парочку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
