Кабинет Гумберта.
Гумберт. Три долгих года…
Мона. Вы больше не живете на Тэеровской улице?
Гумберт. О, нет. У меня комната в Клемм-Холле. А ты, как твои дела?
Мона. Ах, отлично. Я бросила Бердслейскую школу в то же время, что… что, в общем, я так и не закончила Бердслейскую школу.
Гумберт. Понимаю.
Мона. У вас виски немного поседели, что вам очень идет.
Гумберт. Ты не задаешь обычных вопросов, Мона.
Мона. Простите. Женились ли вы вновь, сэр?
Гумберт. Ты не изменилась. Неуловимая Мона, странная девочка.
Мона. Я не странная. Я просто хорошо знаю жизнь. Ладно: как Лолита?
Гумберт. Она учится в школе, что-то вроде колледжа в Европе.
Мона. Так это правда? То же самое мне сказал один ваш коллега. Какой именно колледж?
Гумберт. Ты не знаешь. Маленький колледж в Париже.
Мона. Вот как? Пауза.
Гумберт. Старые школьные приятели иногда переписываются друг с другом, правда?
Мона. Не всегда.
Гумберт. Конечно. Что ж, давай поболтаем, давай предадимся воспоминаниям. Почему ты на меня так смотришь?
Мона. Мистер Гумберт… Мои родители тоже отправили меня учиться в Европу. И я тоже ходила в школу в Париже. Это странно, что я никогда не встретилась с Долли.
Гумберт. Она не оставляла тебе своего адреса, нет?
Мона. Ну, я знала, что вы по-прежнему преподаете в Бердслее, и полагала, что всегда смогу разыскать ее через вас. Или нет?
Гумберт. Но никогда не пыталась.
Мона. Да, не пыталась.
Гумберт. И у тебя нет никакой зацепки?
Мона. Почему вы не хотите дать мне ее адрес?
Гумберт. Теперь это не имеет смысла: на следующей неделе она уезжает. Вообще-то она скоро будет в Америке.
Мона. Вы все еще очень любите свою приемную дочь, сэр?
Гумберт. Все еще? Что ты имеешь в виду?
Мона. Ну, все любят своих детей, но дети вырастают, и что-то выцветает, что-то само собой сходит на нет.
Гумберт. Философская тема.
Мона. Но разве не так? Или вы скажете, что ничего не изменилось?
Гумберт. Ничего.
Мона. И вы были бы готовы простить…?
Гумберт. Простить? Простить что?
Мона. Говорю вообще, абстрактно. Предположим, она сделала что-то такое…
Гумберт. Мона, прекрати строить из себя непроницаемую роковую женщину.
Мона. Почему, ведь все кристально ясно теперь. Я очень люблю Долли, и так приятно узнать, что вы всегда желали ей добра.
Гумберт. Она писала тебе? Пожалуйста, ответь.
Мона. А вам она не писала?
Гумберт. Она не самый аккуратный корреспондент, но не в этом дело.
Мона. Ах, дело совершенно ясно, сэр. Боюсь, мне пора идти.
Гумберт. Она не писала тебе? Ты знаешь, где она?
Мона. В те школьные годы мы много беседовали, в те школьные годы кто-то мог быть очень несчастен, казалось, выхода нет, но этот кто-то зато многому научился. Я уверена, что вам не стоит волноваться о нашей Долли. А теперь мне пора.
Пронзительный звонок возвещает об окончании перерыва.
Теперь ясно, что Мона получила от Лолиты письмо, в котором та между прочим просит ее проверить, можно ли ей, Лолите, написать Гумберту.
Почтовое отделение колледжа — 8:55. Профессор Фаулер получает корреспонденцию. Гумберт подходит к ящику и выбирает из своей именной ячейки письма.
Профессор Фаулер. Если у вас, Гумберт, такая же чушь, что и у меня, я вам сочувствую.
Гумберт. Я никогда не ожидаю чего-то особенного — в этом мое преимущество. Это — рекламный проспект, это от миссис Ричард Скиллер, одной из моих бывших студенток, надо полагать. Это счет с дырочками. Это — издательский каталог. А это не мне, а профессору Гэмфри.
Фаулер. Не густо, как говорится.
Гумберт. Ох, мне надо спешить на экзамен. Триста сорок вторая аудитория. (Повторяет.) Триста сорок вторая.
Дверь с номером 342.
Он медлит перед ней, глядя на цифры.
Гумберт. Как странно.
Аудитория.
Ассистент раздает вопросы студентам, и экзамен начинается. Гумберт со своего места за кафедрой мрачно озирает склоненные головы. Стриженный «ежиком» футболист вскидывает руку и затем бодро шагает к кафедре.
Футболист. Здесь сказано: «Как Эдгар По определил поэтическое чувство?» Должны ли мы дать общий ответ или процитировать его стихотворение?
Гумберт. Я не думаю, что здесь подразумевается какое-то определенное стихотворение.
Футболист (исчерпав возможности своего интеллекта, но с тем же оптимизмом). Понял, сэр. Спасибо, сэр.
Бодрой походкой возвращается на свое место. Сидя за кафедрой, Гумберт вынимает из кармана полученные письма и просматривает их. Ассистент подходит к доске и пишет на ней: «9:10». Футболист с немой благодарностью тайком получает от своего соседа записку с ответом: «Поэзия — это чувство интеллектуального блаженства»[83]. Следующее письмо, которое вскрывает Гумберт, говорит с ним деловитым, страшно близким голоском:
Голос Лолиты. Дорогой Папа, как поживаешь? Я замужем. Мой муж Ричард Скиллер. Я жду ребенка. Думаю, он будет огромный. Мне тяжело писать это письмо. Я схожу с ума оттого, что нам не на что разделаться с долгами и выбраться отсюда. Дику обещана чудесная служба в Аляске, по его узкой специальности в механике. Это все, что я знаю об этом, но перспективы просто замечательные. Пожалуйста, пришли нам чек, папа. Мы бы обошлись тремя- или четырьмястами, или даже меньше. За любую сумму спасибо. Я узнала много печали и лишений. Твоя ожидающая Долли (миссис Ричард Ф. Скиллер).
Большая часть студентов одновременно со свистящим звуком переворачивают очередную исписанную страницу в своих синих тетрадках. Потрясенный Гумберт встает со своего места и выходит из аудитории. Студенты провожают его глазами.
Коулмонт — унылый закопченный городишко.
Улица Гунтера на безнадежной окраине. В мире высоких мусорных куч, глубоких канав и червивых огородиков. Сколоченные из досок лачуги тянутся до широкого пустыря. Старик у дороги разгребает лопатой грязь. Гумберт спрашивает его из окна своего автомобиля.
Гумберт. Не скажете, где здесь живут Скиллеры? Старик (указывая). Четвертый дом за свалкой.
Гумберт
подъезжает к четвертому дому. Стук молотка и голоса двух мужчин, переговаривающихся громко, но невнятно, доносятся из-за лачуги. Гумберт выключает двигатель и несколько секунд сидит неподвижно. Лохматая дворняга с грязной шерстью на брюхе выходит из-за дома и принимается гуф-гуфкать. Гумберт перемещает пистолет в правый карман штанов, вылезает из машины и захлопывает дверцу.
Пёс (равнодушно). Гуф.
Гумберт нажимает кнопку звонка, не вынимая другую руку из кармана штанов.
Пёс. Гуф. Гуф.
Порывистое приближение, шарканье — дверь распахивается — и в проеме стоит Лолита. В очках. По-новому высоко зачесаны волосы, открыты уши. Она откровенно брюхата. Бледные руки и шея обнажены. Но ни бесформенное платье для беременных, ни замызганные войлочные шлепанцы не могут скрыть ее Боттичеллевой прелести.
Лолита (после паузы выдыхает со всей полнотой изумления и радушия). Господи!
Гумберт (каркающим голосом). Муж дома?
Лолита. Входи.
Она распластывается, прижавшись к двери, чтобы дать ему пройти.
Лолита (к собаке). О нет, ты останешься снаружи.
Тесная, обшарпанная, скудно обставленная гостиная с супружеской кроватью, притворяющейся диваном. Издавая маленькие вопросительные звуки, Лолита проделывает знакомые яванские жесты кистями рук, предлагая своему гостю выбрать между диваном и качалкой. Он выбирает последнее.
Лолита. Дик с приятелем чинит заднее крыльцо. Я позову его.
Она выходит. «Дик!» Дик с приятелем вваливаются в комнату. Гумберт вытаскивает свою пустую руку из кармана штанов. Какое разочарование!
Лолита (звонким, напряженным голосом). Дик, это мой отчим, профессор Гумберт.
Дик. Добрый день, профессор.
Лолита (к Гумберту). Дик очень плохо слышит. Говори, пожалуйста, громче. А это наш добрый сосед, Билль Крэст.
Билль. Рад познакомиться, профессор.
Лолита. Такая встреча! Я пойду приготовлю что- нибудь.
Билль. Я помогу тебе, Долли.
Уходят. Гумберт сидит в качалке, Дик на краю дивана. На нем рабочий комбинезон, у него черный ежик и приятное, мальчишеского типа лицо. Не хватает только регулярного бритья и слухового аппарата.
Дик. Это большой сюрприз, профессор. Надеюсь, вы останетесь погостить. Вы можете занять этот диван.
Гумберт качает головой.
Дик. Никаких неудобств. Мы будем спать на запасном матрасе на кухне.
Гумберт. У меня лекционное турне-
Лолита и Билль возвращаются.
Лолита (очень громко). У него лекционное турне. Он заехал к нам по пути. Я написала ему, чтобы он нас навестил.
Дик (кивая с мудрым видом). Понимаю, понимаю.
