Читаем без скачивания Жизнь длиною в обойму - Александр Афанасьев

– Да, са-а-ар… – согласился Богье. – Я поддерживаю контакт с местной мафией по той же самой причине, по которой мы поддерживаем контакты с лидерами афганских племен и религиозными лидерами в Ираке. Как бы ни были нам неприятны эти люди – они реально контролируют все, что происходит за воротами этой базы. И у меня нет ни малейшего желания, чтобы американский солдат, выходя за территорию, очерченную колючей проволокой, оказывался в опасности. Посмотрите сейчас – наши солдаты гуляют по Приштине, ездят на горные курорты – и при этом они в безопасности. Почти как дома…

– Черт знает, что такое…

– Сэр, – заговорил Корво, – у нас на подходе важнейшая операция. Сейчас совсем не время задавать вопросы.

– Что за операция?

– Сэр, – сказал Корво, – если вы этого не знаете, значит, вы и не должны этого знать. Извините, сэр…

– Все в порядке?

– В полном.

– Хорошо. Продолжаем опрос. Вы готовы, мистер Рот? Скажите на запись.

– Да, готов.

– Вот и хорошо…

Даглас И. Сикерд в перерыве сделал одно дело. Он взял большую кружку, высыпал туда один за одним пять порционных пакетиков «МакКофе», залил эту гадость водой и выпил. Эту дрянь – порционные пакетики с кофе – научил его брать с собой в рейды его первый командир и инструктор, главный старшина Бойл. Пакетик кофе «три в одном» весит всего ничего, несколько граммов – но кофеин снимает усталость и позволяет солдату оставаться бодрым, сахар и сухое молоко – это калории, какие-никакие, а калории, которые позволяют поддержать силы в долгих пеших переходах. Кроме того, если невозможно развести костер, то пару таких пакетиков можно просто высыпать в рот и запить водой из фляги, а можно и вовсе обойтись без воды, засыпать их под язык, что приведет к еще большему эффекту. А такой вот напиток, горький до невозможности, сбивал сердечный ритм и, соответственно, подавал ложный сигнал на датчики детектора лжи…

– Итак, мистер Сикерд, мы закончили на том, что ваш вертолет приземлился и вас встретили. Среди встречающих был некий Бойко Дрыжак?

– Вопрос снят.

– Хорошо. Вы лично присутствовали при разговоре мистера Корбана с теми, кто вас встречал?

– Да.

– В каком тоне шел разговор?

– Не понял вопроса?

– Мистер Корбан вел себя дружественно в разговоре с этими людьми?

– Скорее нет.

– Он был недоволен?

– Да.

– Вы не могли бы назвать причину недовольства?

– Вопрос снят.

Сикерд успокаивающе повел рукой.

– Милая, видимо, вы плохо представляете, с кем мы имеем дело. Обычный наш контрагент в мире, который в армии и на флоте называют «за океаном», – это прожженный, лживый до мозга костей тип, который понятия не имеет о том, что у нас называется «честная игра». Его задача – вымутить у нас как можно больше – ресурсов, гуманитарной помощи, оружия, боеприпасов, медикаментов, денег, толкнуть все это на черном рынке и не сделать ничего из того, что он нам обещал. Это те еще сукины дети, милая. И я не представляю, как можно быть довольным в общении с ними. А если даже происходит чудо, Христос сходит на землю, ангелы трубят, а мы имеем дело с честным типом, разделяющим наши ценности, то нечестными бывают его люди. Аллах сказал, что обмануть неверного есть доблесть, и они вообще реально делают что-то только для самих себя, а в отношениях с другими просто делают вид. Это понятно?

– Понятно.

Вот и хорошо… Может быть, нам стоит даже встретиться после работы… понятливая ты наша.

– Хорошо. Следующий вопрос – вы лично видели, как убили мистера Корбана?

– Да.

– Вы видели, кто его убил?

– Нет…

Снова звонок. Теперь этой девице.

– Коммандер, вы видели убийцу мистера Корбана?

– Нет.

– Вы видели, кто стрелял в вас?

– Нет.

– Мистер Корбан умер у вас на глазах?

– Да.

– Вы пытались спасти его?

– Его невозможно было спасти.

– После убийства мистера Корбана вы отдали приказ отступать к вертолету?

– Да. Но потом мы увидели, что вертолет выведен из строя.

– Вы вели бой с теми, кто вас встречал?

– Нет.

– Вы вели бой с теми, кто убил мистера Корбана?

Сикерд усмехнулся.

– Мы вели огонь в том направлении. Мы не видели их.

– Вы знаете, кто убил мистера Корбана?

– Нет.

Прокатило или нет…

– Это все, сэр. Позвольте, я помогу вам снять датчики.

– Он лжет…

Корво пожал плечами.

– Я не большой специалист по полиграфии, сэр, но его ответы об убийстве Корбана вряд ли можно считать ложью.

– Черт, он врет! Корбан убит с близкого расстояния пулей девять миллиметров из «макарова»! Если на них напали – то не с пистолетом!

– Это мог быть пистолет с глушителем. Типичное оружие нападения. К тому же кто-то на самом деле стрелял в них, стрелял в вертолет…

У Понятовски подал признаки жизни спутниковый телефон.

– Извините.

Представитель Лэнгли вышел. Местные представители Пентагона и ЦРУ обменялись понимающими взглядами. В конце концов, это там, за океаном – Джорджтаун, домик в Кейп-код на две недели, коктейльные вечеринки и работа консультантом после отставки в одной из фирм на кольцевой. А здесь – деньги, пахнущие героином, кровь и веселые массовые убийцы. Так что волей-неволей приходится держаться друг друга…

– Сэр, вице-адмирал Никольсен на связи…

Понятовски поморщился. Вице-адмирал Никольсен относился к элите того, что в Вашингтоне теперь называли SOCOM mafia. Это старшие военные офицеры сил специального назначения, которые вдруг обнаружили, что если выйти за пределы устава Женевской конвенции и военных баз, то кучу проблем можно решить сравнительно быстро и сравнительно дешево. А Белый дом и Госдеп вдруг обнаружили, что есть отличный инструмент на случай, если хочется начать войну, но не хочется просить разрешения Конгресса США, а потом встречать гробы, накрытые американскими флагами. Бойцы SOCOM, или командования специальных операций США, перемещались по всему миру, у них было много друзей, так как они много кого тренировали и они не испытывали проблем с убийством. Где-то они тренировали, где-то обеспечивали доставку оружия, где-то гуманитарки, где-то убивали. Они были достаточно малочисленны и незаметны, чтобы не попадаться на глаза журналистам, и достаточно смертоносны, чтобы выполнять те задачи, которые перед ними ставились. Урок Ирака и Афганистана: если вам нужен только один человек или группа людей, для этого не нужно посылать морских пехотинцев и оккупировать страну. Для эффективной работы за рубежом появился такой инструмент, как JTF – номерные «группы задачи», task force, то есть группы, созданные специально под выполнение одной или нескольких миссий, включающие в себя только тех, кто нужен без ограничений по ведомственной принадлежности и расформировываемые по окончании миссии. Не все, правда, расформировывались, некоторые, как TF121, отряд охотников за головами, первоначально созданный для охоты за Саддамом Хусейном, мутировали, но сохранялись, так как головы находились все новые и новые. Разница между ЦРУ или НТС, как они сейчас назывались, и JTF была в том, что НТС рассматривала проблему комплексно и не ставила перед собой каких-то временных рамок. А любая «группа задачи» смотрела на проблему узко, как на проект, который имеет конечные сроки. Если им нужна голова, скажем, Усамы бен Ладена, то они ее получат в конце концов и реально получили. И никто не задумывался о том, что чудаковатый саудовский фанатик из высшего общества и в то же время высочайший моральный авторитет среди исламских экстремистов то немногое, что может оградить от перехода терроризма на новый, несоизмеримо более опасный уровень. Усама бен Ладен родился с золотой ложкой во рту в мире, где устраивают гонки на верблюдах и ездят на дорогих джипах. Новое поколение террора родилось в мире Интернета, в мире джихада и роликов в YouTube. Если первое поколение джихада – результат слишком буквально понятого Корана и появления в Саудовской Аравии палестинцев-учителей[56], то новое поколение джихада совсем другое. Наверху – люди из высшего общества арабских стран, связанные с разведкой, с правящими кругами, научившиеся извлекать из нестабильности в своей и соседних странах самые разнообразные преимущества. А внизу – разъяренная молодежь, внутренний продукт недовольства порядками и в арабском мире, и на Западе. Происходит то же самое, что происходило с распространением марксизма – достаточно узкое исследование жизни британских рабочих и британской буржуазии через несколько десятков лет получило широчайшее распространение там, где его создатели даже не предполагали. Джихад стал массовым. И убийство Бен Ладена в две тысячи одиннадцатом – уже было не на пользу, а во вред. Но все участники той операции получили награды…

В том числе и адмирал Никольсен, бывший морской котик.

– Понятовски, вы меня слушаете?!