Хотя Гарри не возражался бы и спихнуть на кого-нибудь большую часть своих обязанностей; они надоели ему ещё тогда, когда он планировал встать во главе Ордена. Мечты, мечты…
Кевин проводил с Гарри по полдня, не меньше; часто просто наблюдал за обычными тренировками (на занятия Эй-Пи Гарри его не пускал, от греха подальше), болтал с Гарри, по вечерам особенно изнурительных дней поил гермиониным зельем. Кое-кто прозвал Кевина оруженосцем, но прозвище прижилось только среди младших курсов - наверное, потому, что старшие помнили, кто такой был Седрик Диггори и что с ним случилось. Они полагали, что у Гарри есть полное право отличать Кевина среди прочих малышей, влюблённо смотрящих на Избранного. Сами малыши, по словам Кевина, завидовали последнему, но считали, что пути Гарри Поттера неисповедимы, и Кевину просто жутко повезло.
Гарри не был уверен, что Кевин сам понимает, зачем они двое нужны друг другу, но на всякий случай заминал эту тему всякий раз, как она всплывала в разговоре. Ему самому казалось, что есть что-то нездоровое - не пошлое, ни в коем случае, но всё же нездоровое, ненормальное - в том, что их связывает память о мёртвом человеке, пусть даже таком чудесном, как Седрик. Живых людей должны связывать живые отношения: дружба, любовь, деловое партнёрство, в конце концов. Но противиться своему желанию регулярно смотреть в серые глаза Седрика Гарри не мог, да и не хотел; и Кевин, которому отчаянно не хватало старшего брата, тоже не хотел прекращать это странное общение, где не обходилось и часа без упоминания о Седрике, и всегда казалось, что невидимый и неслышимый третий повсюду сопровождает этот странный тандем - испещренного шрамами хмурого подростка и похожего на херувима субтильного мальчика, появляясь только тогда, когда эти двое были вместе; вырастая из их воспоминаний, мыслей, мечт, из застарелой боли и попыток избавиться от пустоты там, где раньше был этот третий.
Может, Гарри был не прав, но ему думалось, что мёртвых следует оставлять в покое. Впрочем, когда он поступал так, как следует?..
* * *
«Здравствуйте, Поттер.
В газетах это появится только через пару дней, но я посчитал, что Вам следует знать уже сейчас: Тёмный лорд подавил восстание в Испании и вернулся в Англию вчера ночью. В данный момент он в главном зале Малфой-мэнора думает думу о том, как бы выманить Вас из Хогвартса или самому туда проникнуть. В числе текущих планов уже стоит нападение на магическую деревню Батлейт Бабертон завтра ночью. Рекомендую эвакуировать оттуда женщин и детей, в Хогвартсе им всем хватит места.
Лорд не доверяет мне, справедливо полагая, что история о моём героическом одиночном бегстве весьма сомнительна. Поэтому не ждите большого количества информации, Поттер, и старайтесь перепроверять всё, что узнаете от меня - меня могут намеренно дезинформировать с целью проверки (полагаю, азам шпионажа Вас учить некому, так что, за неимением зельеварения или окклюменции в Вашем нынешнем расписании, могу взять на себя эту обязанность).
Записку уничтожьте, летучую мышь отпустите в Запретный лес. А если любовь к конспирации возобладает - заавадьте её и заройте у подножия Астрономической башни.
СС».
Гарри невольно улыбнулся снейповской язвительности, но содержание записки не располагало к весёлости. Поэтому Гарри снял с мыши снейповское Империо, отпустил её и сжёг записку на ладони - при желании Гарри мог делать свой огонёк и горячим. А потом отправился созывать внеочередное собрание Ордена.
- По информации из верного источника Вольдеморт планирует нападение на Батлейт Бабертон завтра ночью, - Фоукс, сидящий на плече Гарри, согласно курлыкнул. - Ему, как вы понимаете, нужно дать отпор. Женщин и детей следует эвакуировать в Хогвартс. Вопросы, предложения?
- В Хогвартсе не хватит всем места, - возразила профессор МакГонагалл.
- Видите ли, професор, магия Хогвартса позволяет почти неограниченно расширять пространство. Сам замок сейчас завязан на меня, поэтому достаточно моего желания, чтобы появились новые комнаты. Ещё вопросы?
- Ты планируешь драться, Поттер? - поинтересовался Грюм.
- Да.
- И собираешься возглавить наше войско, а? А если тебя убьют?
- Аластор! - хором возмутились профессор МакГонагалл и Ремус.
- Не убьют, - твёрдо сказал Гарри. - Это может сделать только Вольдеморт лично.
- Откуда такая уверенность, а, Поттер? - непременно желал знать Грюм. - Если кто-нибудь запустит в тебя Авадой, она от тебя отлетит - так, что ли?
- А Вы попробуйте, - негромко предложил Гарри, смотря Грюму в глаза. - Ручаюсь, мне ничего не сделается. Не могу гарантировать, что Авада отлетит от меня, но я непременно останусь жив.
- Это хорошо, что ты уверен, Поттер. А если тебя всё-таки убьют, и не посмотрят на твою уверенность?
Сириус привстал со стула, явно намереваясь наглядно объяснить бестолковому Грюму, что так с Гарри разговаривать не следует, но Ремус удержал любовника за запястье. Зная, насколько сильны оборотни, Гарри спокойно сосредоточился на разговоре с Грюмом.
- Это война. И я не прощу себе, если буду отсиживаться в безопасном месте, пока люди будут проливать свою кровь за меня. Никто никогда мне этого не простит, и я сам в том числе, - повторил Гарри, стараясь, чтобы голос звучал потвёрже. «И заключение». - Я сам поведу свою армию в бой.
Так прямо и вслух об этом было заявлено впервые.
- А не слишком ли молод ты, Поттер, чтобы командовать армиями?
- Что такое молодость, Аластор? - зло спросил Гарри; он не хотел этого, но его и в самом деле задели слова старого аврора. - Это время, когда пьёшь сливочное пиво и робко мечтаешь о первом поцелуе? Это время, когда видишь тестралов только на картинках в учебнике? Молодость - это когда тебя никто всерьёз не хочет убить? Когда дементоры не вызывают в памяти ничего страшнее неуда по Трансфигурации? Если это молодость, то я не молод и никогда таким не был. Я умею драться. Я хочу драться. И я буду драться, потому что ничего больше у меня нет и никогда не было. Надеюсь, я ясно выразился.
Зря. Зря… глупо и пафосно… но Гарри не смог сдержаться, за что мысленно костерил себя. Сейчас Грюм как скажет что-нибудь, и Ремус таки не удержит Сириуса…
- В таком случае, больше претензий не имею, - неожиданно заявил Грюм.
Гарри недоверчиво уставился на него, но никаких претензий и в самом деле не последовало.
- Ещё вопросы?
Вопросов не было.
- Тогда давайте поговорим по существу, - предложил Гарри. - Ремус, ты возглавишь команду, которая займётся эвакуацией женщин и детей из Батлейт Бабертон. Мужчины, если пожелают, могут тоже эвакуироваться, либо остаться и драться вместе с нами. Профессор Флитвик, профессор МакГонагалл, я был бы вам очень признателен, если бы вы взялись за изготовление портключей. Мадам Помфри, лазарет должен быть готов к большому количеству пациентов…
