все полнее предыдущего. — Каждая часть тебя, Сара. Ты принадлежишь мне.
— Да, — выдыхает она, ее голос дрожит от смеси удовольствия и смирения. — Я хотела этого уже несколько недель.
Признание подпитывает меня, и я ускоряю темп, подводя нас обоих к краю. Ее вздохи и стоны заполняют комнату, смешиваясь со звуком наших тел, движущихся вместе, жар нарастает до почти невыносимой интенсивности.
Она близко, я чувствую это по тому, как ее тело сжимается вокруг меня, по тому, как она прижимается ко мне, словно боится отпустить. Я не сильно отстаю, давление внутри меня растет, пока больше не становится невозможно сдерживаться.
— Кончи для меня, Сара, — шепчу я ей в губы, голос мой полон желания. — Отпусти.
Она кричит, ее тело содрогается подо мной, когда она достигает пика, и я следую за ней через край, удовольствие обрушивается на меня, как волна. На мгновение нет ничего, кроме нас двоих, запертых в этой идеальной, интенсивной связи, а затем мы рушимся вместе, наше дыхание тяжелое и неровное, когда мы спускаемся с вершины.
Я на мгновение останавливаюсь над ней, переводя дух, глядя на нее сверху вниз. Она прекрасна, как сейчас, раскрасневшаяся и затаившая дыхание, ее глаза отяжелели от удовлетворения. Я убираю прядь волос с ее лица, нежно целую ее в лоб, прежде чем скатиться с нее и притянуть ее к себе.
Когда она сворачивается у меня на боку, ее тело все еще слегка дрожит от интенсивности нашего союза, я чувствую, как меня охватывает чувство завершенности. Теперь она моя, во всех отношениях, которые имеют значение, и я не отпущу ее. Вот где она должна быть, рядом со мной, в моей постели, как моя жена и мать моего ребенка.
Я прижимаю ее к себе, моя рука вычерчивает праздные узоры на ее спине, пока ее дыхание выравнивается, и она засыпает. В комнате теперь тихо, единственный звук, мягкий ритм ее дыхания, и я впервые за долгое время чувствую себя довольным.
Глава 16 - Сара
Вилла в Тоскане захватывает дух, с ее раскинувшимися садами, древними каменными стенами и ароматом свежей лаванды, витающим в воздухе. Когда я выхожу из машины, я на мгновение останавливаюсь, чтобы оценить красоту вокруг меня. Холмы Тосканы простираются во всех направлениях, и на короткое мгновение я позволяю себе представить, что это действительно медовый месяц, романтический отпуск для двух глубоко влюбленных людей.
Я знаю лучше.
Это не медовый месяц. Это очередная командировка Ивана, просто та, которая случайно происходит в одном из самых красивых регионов мира. Он здесь для сделки с итальянцами, а я просто еду вместе с ним. Это теперь моя жизнь, деловые сделки, оружие и насилие. В этом нет ничего чувственного или романтического, независимо от того, насколько живописна обстановка.
Но я все равно стараюсь сохранять позитивный настрой. Я в Тоскане, в месте, которое я всегда хотела посетить. Я мечтала пройтись по художественным галереям, увидеть шедевры, висящие на стенах галереи Уффици во Флоренции. Это небольшой побег от реальности, в которой я живу, но это то, за что я хочу держаться.
— Иван, — говорю я, поворачиваясь к нему, пока он проверяет свой телефон. — Раз уж мы здесь, я подумала, что мы могли бы посетить Галерею Уффици во Флоренции. Это то, что я всегда хотела сделать.
Он едва поднимает глаза, его внимание сосредоточено на какой-то деловой сделке, которую он контролирует через свой телефон. — У меня сегодня важная встреча. В следующий раз.
Внутри меня клокочет разочарование, но я стараюсь говорить ровно. — Я не могу сидеть взаперти в этой комнате весь день. Если ты занят, я хочу выйти одна.
Его глаза наконец встречаются с моими, и я вижу напряжение в его взгляде. Он не привык, чтобы его спрашивали или бросали ему вызов, но я отказываюсь быть просто красивым аксессуаром на его руке. — Артем пойдет с тобой, — говорит он, его тон не оставляет места для переговоров.
Я закатываю глаза, и во мне вспыхивает искорка неповиновения. — Можно было и за Артема выйти, — бормочу я себе под нос.
— Что ты сказала? — голос Ивана резкий, в нем явное предупреждение.
Я выдавливаю улыбку, поворачиваясь к нему с притворной кроткостью. — Я сказала, хорошего дня, дорогой муж.
Он прищурился, глядя на меня, но не обращая на это внимания, снова уткнулся в телефон, словно разговор закончился.
Я отправляюсь с Артемом, пытаясь сосредоточиться на том, чтобы наслаждаться днем, несмотря на тень, которая нависает над каждым мгновением. Мы обедаем в шикарном ресторане, и я наслаждаюсь местной едой, позволяя себе потеряться во вкусах и атмосфере этого места. На некоторое время я могу притвориться, что я просто турист, приехавший, чтобы впитать культуру и красоту Тосканы.
Пока мы едем к галерее Уффици, Артем смотрит на меня в зеркало заднего вида, любопытство берет верх. — Тебе нравится искусство? — спрашивает он небрежным тоном.
Я колеблюсь, прежде чем ответить, мой разум уплывает в воспоминания о времени, когда жизнь была проще, когда я не была запутана в темном мире мафии. — Не особенно, — признаюсь я, мой голос тихий. — Но мой старый друг любит. Мы обещали посетить это место вместе.
Горькая улыбка тянет мои губы, и я поворачиваюсь, чтобы посмотреть в окно, пытаясь подавить волну эмоций, которая грозит подняться. Правда в том, что это обещание было дано в другой жизни, до того, как все изменилось, до того, как я стала тем, кем являюсь сейчас.
Когда мы подъезжаем к галерее, Артем паркует машину и остается снаружи, кивая мне, когда я выхожу. Я благодарю его и иду внутрь одна, чувствуя странную смесь предвкушения и беспокойства, когда прохожу через парадный вход. Галерея такая же потрясающая, как я себе представляла, наполненная шедеврами, выдержавшими испытание временем. Я брожу по залам, впитывая искусство, но мой разум где-то в другом месте, потерянный в прошлом.
— Сара?
Знакомый голос останавливает меня. Мое сердце замирает, когда я оборачиваюсь, и вот он, Лео. Он выглядит так же, хотя в его глазах есть серьезность, которой не было раньше. Годы изменили нас обоих, но связь между нами все еще есть, неоспоримая и непосредственная.
— Лео, — выдыхаю я, мой голос слегка дрожит. Видя его здесь, в этом месте, которое мы когда-то обещали посетить вместе, я возвращаюсь потоком воспоминаний, воспоминаний о времени, когда жизнь была проще, когда
