– Абсолютно!
Джоанна с отвращением вспомнила искаженное злобой лицо Пола Гордона и брошенную им угрозу. Как легко сползла с него маска джентльмена!
– Слава Богу! – облегченно вздохнула Сильвия. – Выходит, я была права, сказав Гейбриелу, что… – Она замялась.
– Продолжайте, пожалуйста! – попросила Джоанна.
– Я сказала, что ты достаточно разумна, чтобы не угодить в сети отъявленного мошенника, – неохотно закончила Сильвия.
– Когда же меня наконец перестанут считать наивной девчонкой! – в сердцах воскликнула Джоанна. – Я давно уже не ребенок!
Сильвия невозмутимо допила кофе и спокойно спросила:
– Но разве тебе не нравилось играть эту роль, моя милая? Не ты ли всегда хотела быть маленькой девочкой, наивной и беззащитной, и получать заступничество и внимание от мужчины? Сперва – от Лайонела, потом – от Гейбриела? А тебе пора бы наконец стать взрослой женщиной!
– Вы действительно так считаете? – чуть слышно спросила Джоанна, не ожидавшая подобного поворота разговора.
– Да, исходя из впечатления, которое ты производишь на людей, – сухо подтвердила Сильвия и, взяв свою сумочку, встала. – По большому счету, Гейбриел, возможно, прав. Тебе пойдет на пользу самостоятельная жизнь. Ты наконец получишь возможность понять, на что способна. Жаль, что мы не сможем увидеть, что из тебя получится, – с печальной улыбкой добавила она и поцеловала Джоанну в щеку. – А пока ты всегда можешь перебраться к нам, если Уэстроу тебе осточертеет. Я тебя обожаю, как, впрочем, и Гейбриела: вы заменяете мне родных детей. И мне больно наблюдать, как вы терзаете друг друга. До свидания!
Проводив гостью, Джоанна легла на кровать и уставилась в потолок. Прощальные слова Сильвии все еще звучали у нее в ушах.
Выходит, я вовсе не взрослая женщина, а глупая девчонка?! Значит, такой меня видят окружающие. Если так, то мне давно уже следовало завоевать право на независимую жизнь! Зря я медлила с уходом из Уэстроу!
Джоанна устало вздохнула и сама себе возразила: как же могла я уйти отсюда, если все эти годы ждала Гейбриела? Не теряла тайной надежды обрести наконец-то его любовь! И прощала все его бесконечные измены, никому не раскрывая своего постыдного секрета. И развода-то потребовала от отчаяния, стремясь, защитить себя от дальнейших душевных травм и уберечься от нового унизительного пренебрежения.
Теперь мои силы окончательно иссякли, я оказалась беззащитна перед мужем. Не прошло и суток после его возвращения, как вся моя броня рассыпалась, обнажив трепещущее сердце.
Возможно, Сильвия права. Гейбриел, видимо, всегда думал обо мне как о наивной девчонке, которую когда-то знал. Именно это подтолкнуло его в объятия Синтии – искушенной в любви светской львицы с аристократическими замашками. И законченной стервы! Похотливой самки экстра-класса! Уж она-то умеет лишать мужчин рассудка в постели! Развратная обманщица и непревзойденная лицемерка! Коварная обольстительница!
Подбор «лестных» эпитетов для мачехи несколько развлек Джоанну. Она с удовлетворением отметила, что пока не утратила способности брать себя в руки в трудную минуту.
Мысли ее переключились на злополучное происшествие на холме. Как жаль, что я не могу вспомнить, кто именно доставил меня в Уэстроу! Ах, если бы этим человеком оказался Гейбриел! Как бы мне хотелось, чтобы именно он внес меня на руках в спальню и уложил на кровать! Боже, как хорошо было бы почувствовать биение его сердца, пусть и в последний раз!
Перед ее мысленным взором всплыли лица склонившихся над ней людей. Но лицо мужчины, приблизившегося к ней сразу же после падения, оставалось расплывчатым. От напряжения у Джоанны заломило в висках, и она приняла сразу две таблетки аспирина. Ну почему из памяти не выпали злополучные годы нашей с Гейбриелем разлуки? Если бы такое случилось, мне легче было бы начать все заново!
Увы, этого не произошло: жизнь нельзя переписать заново. Не сумела использовать представившийся шанс – расплачивайся за свои ошибки. Так устроен этот суровый мир.
Джоанна решила больше ни о чем таком не думать, а просто закрыть глаза, расслабиться и уснуть, чтобы встать с ясной головой. Тогда ей, возможно, и вспомнится то, что произошло на холме, и, может быть, она наконец-то поймет, что не дает ей покоя весь день.
Спустя час Джоанну разбудила миссис Эшби; Нежно притронувшись к ее руке, она сказала:
– Пора обедать, мадам! Я принесла вам бульон.
– Как это мило с вашей стороны! – обрадовалась Джоанна.
Аромат куриного бульона приятно щекотал ноздри и возбуждал аппетит. У нее даже потекли слюнки.
– А вот газета, – служанка положила ее на столик. – Я подумала, что вам захочется разгадать кроссворд и отвлечься от неприятных мыслей.
– Какая предусмотрительность! – благодарно улыбнулась Джоанна.
Она с удовольствием выпила бульон и съела большой кусок пирога с грибами, после чего взялась за кроссворд. Из газеты выпали средние страницы. Джоанна в сердцах чертыхнулась и наклонилась, чтобы поднять их с ковра.
В этот момент загадка, мучившая ее, внезапно разрешилась.
Синтия! Она знает, что Гнедого напугала газета. Откуда же ей это известно? В мозгу Джоанны моментально сложилась логическая цепочка, и память подсказала ей ответ на главный вопрос: кто склонился над ней на вершине холма, когда она упала с лошади.
Словно наяву, увидела она жесткую, кустистую траву и фигуру мужчины, расплывающуюся перед глазами. Ей подумалось, что это Гейбриел пришел к ней на помощь, она уже раскрыла рот, чтобы позвать его по имени и сказать, что с ней все в порядке. Но, присмотревшись, поняла, что ошиблась. Это был вовсе не Гейбриел.
Джоанна рывком села на кровати.
– Боже мой! – прошептала она. – Пол Гордон!
12
Врач строго-настрого запретил ей садиться за руль до полного выздоровления. Но возникшие у Джоанны вопросы требовали немедленных ответов, и она нарушила запрет: поехала прямо к Полу Гордону.
На этот раз из трубы коттеджа привратника не вился дымок, а на стук Джоанны в дверь никто не отозвался. Немного поколебавшись, она нажала на ручку и вошла в дом без приглашения, несколько удивленная тишиной.
Пройдя в жилую комнату, она стянула перчатки и огляделась. Повсюду стояли картонные коробки, наполовину заполненные вещами, на каминной решетке осталась остывшая зола. Пол Гордон явно собирался покинуть жилище. В крохотной кухоньке капала из крана вода. Куда же внезапно подевался сам Гордон?
Джоанна знала наверняка, что хочет здесь найти. Однако осмотр помещений первого этажа не принес результатов, и она поднялась в спальню, чтобы поискать нужную вещь там. Но и обыск опустевшей опочивальни «писателя» ничего не дал. Брезгливо поморщившись, она швырнула мятую несвежую простыню на неприбранную кровать и пришла к заключению, что Пол унес искомую вещь с собой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
