высаженных и сформированных умелыми садовничьими руками высоких и низких кустарников. Дефорт уже сорвался следом за мелькнувшим в листве силуэтом, несколько парней также пустилось в погоню. Девушки кричали, кто-то звал лекаря.
Королева подбежала к Софи, она уже молча лежала на спине, так и не отняв рук от лица. Из-под ладоней по коже расходились кроваво-красные круги, которые шипели и пузырились на коже девушки.
По дорожке к ним мчался знакомый Ровене по библиотечной истории с «тихим убийцей» лекарь. Он приземлился перед девушкой на колени, мгновенно все понял и стал копаться в своей сумке.
— Все не то, — бормотал он. Затем отправил пару ребят на кухню за водой, мылом, содой. — У девочки болевой шок. Равикова кислота! — пояснил он королеве, как будто той это должно было о чем-то сказать. — Какой изверг на такое способен? Страшно подумать, что испытало бедное дитя.
— Доктор, девочка выживет?
— Скорее всего да, выживет. И останется без зрения и своего привычного лица.
Земля ушла у королевы из-под ног. Она схватилась за спинку ближайшей скамьи.
— Так не должно быть! Сделайте что-нибудь, вы же лекарь, так лечите! Найдите волшебную мазь! Что нужно? Рог нарвала, пыльцу феи, зубы тролля? Я достану всё, что требуется.
— Вы за кого меня принимаете, за деревенского колдуна что ли? — вышел из себя доктор. — Ничем тут не поможешь! Кислота разъела ткани до костей. Если у вас есть магия, способная поворачивать время вспять, то она поможет, да! Вы думаете, если бы у меня было средство, я бы его не применил? Могу только унять боль хоть на какую-то долю. И следить, чтобы язвы не мокли и заживали хорошо. Больше ничем, ничем я не в силах помочь.
Со стороны входа для прислуги бежала женщина в фартуке и чепце, причитая и на ходу вытирая руки о фартук.
— Софи, детка! За что? — кричала она, подбегая к дочери.
Этой картины сердце вовсе не могло выдержать.
— Я в силах помочь, — тихо сказала королева.
Кто-то аккуратно тронул ее за руку. Подруга Софи, светловолосая девушка с веснушками, шепотом сказала:
— Ваше величество, это был не он.
— Что? — переспросила Ровена, не понимая, о чем речь.
— Это был не он, а она. Не преступник, а преступница. Я видела, когда она бежала к лабиринту, то с головы на мгновение спал капюшон. У этой женщины рыжие волосы.
Дефорт огляделся. Если и есть лучшее место на территории дворца для того, чтобы спрятаться и укрыться от погони, то именно этот дурацкий лабиринт. Еще пару секунд назад он был уверен, что вот-вот нагонит преступника, слышал его топот впереди. А теперь тишина.
Налево? Или направо? Он, стараясь ступать мягко, заглянул в левый поворот — никого. Белоснежные скамейки, цветущий розовый куст. Вернулся. Повернул направо и напряг слух. Уши уловили слабый шелест. Еще развилка. Теперь направо. Никого.
Пошел налево. На белоснежной скамейке сидела испуганная богато одетая дама. Её грудь, прекрасно обозреваемая в низком вырезе платья, в волнении вздымалась.
— Как хорошо, что вы здесь! — воскликнула красавица. — Человек в черном напугал меня до ужаса! Он побежал туда! — она показала направление рукой.
«Какая красивая!» — подумал капитан, но что-то в этой картине неуловимо зацепило его внимание. Он, уже было развернувшийся в указанном направлении, вдруг на одну секунду замер и снова посмотрел в сторону дамы.
Под скамейкой, за краешком ее платья, виднелся изысканный фарфоровый кофейник. Чашек не было. Чуть поодаль лежала плотная черная перчатка не по погоде. Красавица проследила за его взглядом и ослепительно улыбнулась:
— Будете кофе? — спросила она, беря кофейник в руки и снимая с него крышку. — У меня еще остался.
Он молниеносно пригнулся: над головой пролетела и шлепнулась на траву жидкость, тут же с шипением оставившая вокруг себя черную проталину земли. В глаза бросился скомканный черный плащ за кустом.
— За что ты так поступила с девочкой? — спросил он.
— Она взяла то, что принадлежало мне.
— Что? — он понемногу подходил к ней, чтобы попытаться резко выбить из рук самое страшное оружие, которое ему доводилось встречать. — Серьги, колье, маленькую пушистую собачку, туфли?
— Мужчину! — выкрикнула женщина, бросая в него кофейником с остатками кислоты. Брызги чуть попали ей на голые руки и лицо, она скривилась от боли, но снаряд цели не достиг. Дефорт, ругаясь, повалил ее на землю. Гримаса злости и бешенства не оставила и следа красоты на этом личике, показавшемся ему сначала идеальным.
Королева нашла укромный уголок, выдохнула и достала свой трофейный кинжал из ножен. «Только бы получилось, только бы получилось!» — бормотала она в состоянии, близком к помешательству. Только бы точка отсчета позволила успеть. Она готова была повторить весь свой путь от начала и до конца: очнуться в карете, ползти по библиотеке от убийцы, отбиваться от пауков в пещере, есть отравленные пирожные, стоять на коленях перед телом Палмера — главное знать, что того, что сейчас случилось с Софи, не произойдет никогда.
Она еще раз медленно выдохнула и приставила кинжал к груди. Руки дрожали.
«Ну же! Втыкай!» — говорила она себе, но духу не хватало. Слабачка! Она чуть вдавила в кожу кончик ножа, побежала струйка крови. Дальше не шло ни в какую. Ей не хватало духа. Может быть, выброситься из окна? Нужны были варианты, дающие стопроцентный результат: быстро, сразу, насмерть. Никаких инвалидностей. Попросить Дефорта? Он гоняется за рыжей тварью по саду. И не согласится ни за что. А кто согласится? Теофиль? Вряд ли. Думай, давай. И она придумала. Это был не самый лучший план, но другого у нее не нашлось.
Капитан Дефорт позволил Эдмару нести службу в малом тренировочном зале, обучая знатных юношей бою на мечах. Первая группа учеников уже со смехом и дурацкими шуточками разошлась, завершив урок, до следующей еще было время и он поднимал и выставлял в ряд поваленные вояками соломенные чучела.
— Эдмар! — окрикнул его один из приятелей, заглядывая в зал, — тебя королева вызывает в свои покои. Бегом!
После неудавшегося покушения на бывшую возлюбленную, он ее ни разу даже не видел. Зачем Ровена его зовет? Может быть, передумала быть милостивой и хочет отдать под суд? Или будет насмехаться? А может быть… Он отогнал от себя обнадеживающие мысли, преодолевая лестничные пролеты и коридоры.
На посту у покоев Ровены стояли знакомые ребята, они подмигнули Эдмару и отпустили пару глупых шуток. Он постучал в дверь.
— Открыто. Входи, — донеслось в ответ.
Ровена стояла у окна, спиной к нему. У Эдмара заныло сердце, когда он увидел, что девушка стоит
