у него сложные эмоции: смесь смущения и сожаления и, кроме всего прочего, смутное тепло. Он быстро собрался с мыслями и кивнул.
– Я отсортировала сохранившиеся кусочки, очистила и сопоставила один с другим. Некоторые результаты, конечно, нельзя считать успешными…
– Что ты обнаружила? – тут же взволновался Фан Му.
– Посмотри сюда… – Ми Нань указала пальцем на красный круг.
Обведенный след был нечетким, но некий рисунок все же можно было различить. Он представлял собой одну горизонтальную линию с двумя отдельными линиями под ней, которые пересекаются в середине горизонтальной под углом примерно сорок пять градусов. Узор напоминал иероглиф «большой»[20] – правда, без выступа над горизонтальной чертой.
– Это… – Фан Му нахмурился.
– Еще посмотри сюда. – Ми Нань протянула другую копию с пометкой, что это след, изъятый на месте преступления в средней школе Д.
Фан Му разложил две копии на столе и сравнивал их снова и снова, в итоге обнаружив некоторые сходства.
– Рисунок подошвы?
– Да. – Ми Нань указала на первую копию: – Узор очень похож на рисунок подошвы той обуви на резиновой подошве. К сожалению, он слишком маленький и недостаточно полный… – Она вздохнула: – Если б тогда Ян Сюэу не наступил на него, я изъяла бы более полную версию.
Фан Му задумался на мгновение, а затем спросил:
– А что насчет следов, найденных на лестнице?
– Никакой ценности. В особенности тот, стертый, – на нем можно различить только горизонтальные линии, но они не являются характерными. Много обуви имеет подобный рисунок подошвы.
Фан Му поник: такой маленький след нельзя идентифицировать со следом, изъятым на месте преступления в средней школе Д. В лучшем случае это частично подтверждало его догадки, но никак не могло служить основой для объединения дел.
Однако очистка и сопоставление почти порошкообразного гипса наверняка были весьма утомительным процессом для Ми Нань. Подумав об этом, Фан Му с трудом выдавил из себя улыбку:
– Этот результат очень важен, спасибо большое.
– Не утешай меня. Я знаю, что эти выводы нельзя назвать зацепкой. Но, – Ми Нань достала еще один лист бумаги, – взгляни сюда.
Это был протокол исследования, а материалом служила некая жидкость. Фан Му вчитался, и оказалось, что по составу она идентична жидкости в водоналивном мешке, то есть так называемой амниотической жидкости, как предположил Фан Му.
– Что это?
– Помнишь ту лужу на месте преступления? Я тогда попросила тебя выкачать жидкость, – со спокойным выражением лица проговорила Ми Нань. – Я отправила ее на проверку. Как ты наверняка заметил, состав почти идентичен жидкости в мешке.
О чем это говорит? Жидкость из водоналивного мешка образовала на полу лужу, и две эти жидкости, естественно, имеют одинаковый состав.
Фан Му задумался – и вдруг его глаза расширились.
Некоторые жидкие компоненты мешка, такие как мочевина, появились из выделений Цзян Вэйли. Если в луже на полу также есть мочевина, это означает, что жидкость вытекла не тогда, когда ее заливали, а уже после того, как Цзян Вэйли засунули в мешок и у него произошло недержание. Иными словами, владелец этого следа стоял у водоналивного мешка уже после того, как засунул в него Цзян Вэйли.
– Исходя из следа, убийца стоял к пузырю лицом или спиной? – сразу же спросил Фан Му.
Ми Нань быстро ответила:
– Такой рисунок встречается как в передней, так и в пяточной части. Если твои предположения верны, то, учитывая степень износа и расстояние до пузыря, я полагаю, это след передней части.
Передняя. Фан Му задумался: получается, он тогда стоял лицом к мешку.
Глубокая ночь. Заброшенное место. Многочисленные темные окна. Мужчина в огромном водоналивном мешке барахтается и корчится…
«Что же он делал?»
Глава 9
Шифр
Фан Му вернулся домой глубокой ночью. Он осторожно открыл дверь: в гостиной горел свет, из-за закрытой двери спальни не доносилось ни звука, но обувь Ляо Яфань была на месте. Она, должно быть, уже спит.
Весь день Фан Му провел в отделении, сидя за столом с беспорядочно разложенными вещественными доказательствами и размышляя. Он пытался уловить душевное состояние убийцы, когда тот стоял перед подвешенным мешком, но так ни к чему и не пришел. В течение дня он выкурил полторы пачки сигарет и, если б не напоминание ночного дежурного, вероятно, просидел бы до рассвета.
Принимая во внимание филигранность и хладнокровие почерка убийцы, можно заключить, что он, несомненно, очень уверен в себе. Обычно преступник скрывается как можно скорее, но этот добросовестно прибрался на месте преступления. Комплекс «Фуминь» практически безлюден, и это предоставило достаточно времени и безопасное место для устранения всех следов. Однако убийца не мог прибираться в полной темноте, ему неизбежно понадобился бы свет. Даже с карманным фонариком имелся риск привлечь внимание оставшихся жильцов, не говоря уже о том, что какое-то время он простоял перед водоналивным мешком… Любовался своим «произведением»? Тогда он был слишком нетерпелив. Столь странная техника и такое странное место, несомненно, вызвали бы большой резонанс в средствах массовой информации. Разве ему было бы не приятнее наслаждаться своим «героическим поступком», оказавшись в центре внимания на телевидении, радио или в интернете?
Стирал отпечатки пальцев с мешка? Учитывая хладнокровие убийцы и его навыки противодействия расследованию, он наверняка был в перчатках, когда совершал преступление. Это подтверждается тем, что на первичном месте преступления, то есть в квартире 405, он не оставил никаких отпечатков. Такой человек не настолько глуп, чтобы прикасаться к мешку голыми руками. Ведь на прорезиненном нейлоновом материале следы остаются очень легко.
Хотел удостовериться в смерти Цзян Вэйли? Эта догадка еще более несостоятельна. Обычный человек не может продержаться под водой более трех минут. К тому же Цзян Вэйли уже находился без сознания, когда его погрузили в водоналивной мешок, и вполне вероятно, что он умер раньше, в результате вдыхания жидкости. Кроме того, убийце потребовалось гораздо больше трех минут, чтобы тщательно убрать место преступления, и к тому времени, как он закончил, Цзян Вэйли несомненно уже умер, поэтому не было никакой необходимости рисковать и оставлять следы, чтобы это подтвердить.
Тогда почему убийца стоял перед мешком, когда Цзян Вэйли уже был в него погружен и обмочился, то есть спустя некоторое время после совершения убийства?
Это действительно непостижимый человек…
Фан Му разделся и бросил одежду на стул. Взглянул на часы – время близилось к полуночи. Поясница и спина адски болели. Он устроился на диване и, немного поборовшись с самим собой, решил не умываться и сразу лечь спать.
Закрыв глаза, Фан Му тут же почувствовал, как виски
