хотя большинство генералов и авиаконструкторов в своих мемуарах неустанно разоблачают «ошибки» Хрущёва, думается, что сокращение армии нужно поставить ему в заслугу. Он одним из первых понял, что неограниченная гонка вооружений, бесконечное производство гор оружия, которое с конца 20-х годов было самым главным занятием всей Страны Советов, может привести к полному краху социалистического эксперимента. Требовалась передышка.
В то же время, будучи истинным большевиком, Никита Сергеевич вовсе не думал отказываться от борьбы с мировым империализмом во имя окончательного торжества идей марксизма-ленинизма. Просто он, в отличие от своих более консервативных коллег, застывших на уровне военной стратегии времён войны, понял две важные вещи.
Во-первых то, что ни в одиночку, ни вместе со всем «лагерем социализма» СССР мировое господство не завоюет. Надо делать ставку на так называемое «национально-освободительное движение» в странах Азии, Африки и Латинской Америки, обеспечить марксистско-ленинскую ориентацию его лидеров и правящих партий.
Во-вторых, он увидел перспективы ракетного, особенно ракетно-ядерного оружия. В этом плане полуграмотный кремлёвский вождь (образование — 4 класса школы и 2 курса Промышленной академии из 4-х) оказался более дальновидным стратегом, нежели руководители военного ведомства. Министр обороны маршал Жуков в это время был озабочен дальнейшим увеличением количества тяжёлых танков и артиллерийских орудий в сухопутных войсках. Он по-прежнему готовился воевать по стандартам Второй мировой войны, практически не принимая в расчёт новые виды оружия.
Понимая, что без авиации пока что не обойтись, Хрущёв не довёл сокращения до логического конца — полной ликвидации ВВС. Самолёты оставили, но с одним условием — основным их оружием станут управляемые ракеты. Шанс на выживание и дальнейшее существование в тени ракетных войск появился только у ракетоносцев. Борьбу с авиацией противника тоже планировалось вести с помощью ракет — уничтожить большую часть самолётов НАТО ядерными ударами на аэродромах базирования, остальные убрать с неба зенитными ракетами.
Конец 50-х годов стал временем массового сокращения авиационных частей и соединений. Так, из ГДР отправились в СССР на расформирование 200-я гвардейская штурмовая Нежинская Краснознамённая авиадивизия (Бранденбург); 114-я гвардейская штурмовая Черниговско-Речицкая Краснознамённая авиадивизия; 145-я, 175-я, 263-я истребительные авиадивизии.
Те же процессы шли во внутренних военных округах. В Белорусском военном округе были расформированы: в 1958 году — 144-я истребительная авиадивизия Дальней авиации; в 1959 году — 166-я бомбардировочная авиадивизия; в 1960 году — 330-я истребительная авиадивизия, 311-я авиационная Молодеченская Краснознамённая дивизия истребителей-бомбардировщиков, 187-я бомбардировочная авиадивизия, 160-я тяжёлая бомбардировочная авиадивизия; в 1961 году — 45-я тяжёлая бомбардировочная Гомельская авиадивизия, 157-я бомбардировочная авиадивизия.
Куда исчезли штурмовики?
Бурная деятельность Хрущёва в военной сфере не ограничивалась только механическим сокращением вооружённых сил, расформированием частей и соединений. Его правление стало также периодом больших перемен в структуре ВВС, многочисленных перемен в их организации.
Первой под раздачу попала штурмовая авиация. Директивой министра обороны СССР маршала Жукова №30660 от 29 апреля 1956 года она была вообще ликвидирована как вид авиации. По поводу причин столь радикального решения до сих пор идут споры, приводятся различные версии и предположения.
Генерал-лейтенант авиации Поздняков писал в журнале «Военная мысль»:
«учитывая тот факт, что самолёты-штурмовики Ил-2 и Ил-10 устарели, а МиГ-15 не в полной мере отвечал предъявленным требованиям, штурмовая авиация была упразднена».
Кандидат военных наук полковник Е. Лаврентьев в пику ему утверждал
«что ни от кого невозможно было получить сколько-нибудь вразумительные объяснения истинных причин проведения столь странной Реформы ВВС».
В такой ситуации, и с учётом того, что уже проходили успешные Государственные испытания новейшего реактивного штурмовика Ил-40, офицеры штурмовой авиации (по старой русской традиции — барин приедет, рассудит) написали письмо Хрущёву, в котором пытались доказать необходимость сохранения её в ВВС как вида авиации.
Ответ, пришедший им от главнокомандующего ВВС главного маршала авиации Жигарёва, поражал своей простотой: «в письме написано в основном всё правильно, но штурмовая авиация всё же восстановлена не будет». Чуть позже он же в беседе с лётным составом заявил, что штурмовики Ил-10 морально устарели, а посему, в связи с возросшей эффективностью средств ПВО, неизбежно понесут очень большие потери.
Одной из главных проблем советской авиации была высокая аварийность, вызванная многочисленными дефектами авиационной техники и низким уровнем лётной подготовки личного состава
Возрождение штурмовой авиации произошло лишь в годы афганской войны
Отказ от принятия на вооружение нового реактивного штурмовика Ил-40 лётчикам объясняли экономическими причинами. Дескать, дешевле использовать для непосредственной поддержки наземных войск устаревшие истребители, которые высвобождались после перевооружения полков истребительной авиации новой техникой.
Решение было принято, и его начали претворять в жизнь. Буквально за год все штурмовые авиадивизии и полки были расформированы, лишь несколько полков, оснащённых самолётами МиГ-15бис, передали во фронтовую бомбардировочную авиацию для использования в качестве фронтовых бомбардировщиков (пилотам теперь предписывалось выполнять бомбометание только с горизонтального полёта на больших высотах, хотя у них не было соответствующих прицелов).
Почему всё же в 1956 году исчез целый вид авиации советских ВВС? Скорее всего, дело здесь всё в той же ракетной эйфории, охватившей Кремль и его окрестности. В это время на вооружение сухопутных войск стали поступать оперативно-тактические ракетные комплексы Р-11 (8А61) с дальностью полёта до 150 км, размещённые на самоходных пусковых установках 2П19 (на базе танка ИС-2), тактические ракеты «Филин» и «Марс», тоже на подвижных пусковых установках.
Учитывая их боевые возможности, Хрущёв, а вслед за ним руководители Минобороны уверовали в то, что оснащённые ракетным оружием сухопутные войска, способны самостоятельно, без поддержки со стороны авиации, уничтожать объекты противника, расположенные в тактической и ближайшей оперативной глубине его обороны. При таком раскладе сил для штурмовиков работы на поле боя не оставалось. Отсюда следовал логический вывод — зачем, в таком случае, сохранять штурмовую авиацию? Незачем...
Но природа не любит пустоты. Советские стратеги, испугавшись собственного отчаянного реформаторства, решили не рубить под корень, а найти замену ликвидированным штурмовикам. 17 мая 1957 года на свет появилась директива начальника Генштаба маршала Соколовского о создании истребительно-бомбардировочной авиации в составе фронтовой авиации.
Для формирования соединений истребителей-бомбардировщиков использовали некоторые штурмовые авиадивизии. Так, в Белорусском военном округе 1-я гвардейская штурмовая Сталинградская дважды Краснознамённая и 311-я Молодечненская штурмовая Краснознамённая авиадивизии перешли на новую технику, после чего стали именоваться авиадивизиями истребителей-бомбардировщиков.
Су-7Б стал основной машиной советской истребительно-бомбардировочной авиации, созданной в 1957 году для замены штурмовиков
В конце 50-х годов
