человечка разыщите… Что?.. Никаких “перекусить”. Дело сделайте и гуляйте… Ага… Сергей Ерофеев, Советская 176 — 15… Жду. — Дознаватель положил трубку. — Артур Александрович, скажите, а у вашего приятеля машина есть?
— Да.
— Какая?
– “Японка”.
— Точнее.
— Белая “Тойота”.
— Надо же, какое совпадение! — делано удивился Сиротин и даже ручками всплеснул. — Представляете: бармен из кафе “Тополек” запомнил марку машины, на которой уехал преступник, и это тоже белая “Тойота”! И еще бармен, кажется, запомнил пару цифр из номера машины. Вдруг они тоже совпадут? Вас это не удивляет?
— Мало ли одинаковых машин.
— А вот ваш друг, наверное, сильно удивится. Особенно если нам удастся идентифицировать протекторы автомобиля преступников и сличить с протекторами машины Ерофеева.
— Так преступников было много? — в свою очередь как можно искреннее удивился подозреваемый.
— Раз вы нигде не были, ничего не знаете, то я вам, Артур Александрович, расскажу по секрету, как дело было… Следствие считает, что в кафе “Тополек” Валерий был не один, а с другом. Друг, скорее всего, оставался снаружи и наблюдал за происходящим через витрину. Когда началась драка Валеры с его знакомым по имени Леонид, он поспешил на помощь товарищу, но столкнулся с преступником уже в дверях. Потому что Леонид, ударив Валеру ножом, схватил Ольгу и попытался вместе с ней скрыться с места преступления. Между другом Валеры и Леонидом произошел короткий разговор и схватка, в которой пострадал уже Леонид. Он получил смертельный удар в горло. Знаете, Артур Александрович, такое впечатление, что бил человек хорошо знакомый с анатомией — миллиметр в миллиметр. Это видели посетители кафе и бармен. Если предъявить им фотографии подозреваемого, то они смогут его опознать. Затем этот самый друг перебежал на противоположную часть улицы, где его ждала автомашина марки “Тойота” белого цвета. Точь — в-точь как у вашего приятеля, Артур Александрович. Затем машина с места происшествия скрылась. Я так понял, что вы с Сергеем Ерофеевым решили обеспечить друг другу алиби?.. Неудачная выдумка, для подельников. Видимо, вы рассчитывали, что дело повернется по-другому, и алиби вам не понадобится. Поленились, Артур Александрович, не подумали о вариантах. Что ж вы так? В предыдущем-то деле у вас вроде все лучше срослось?
— В каком еще — предыдущем? — насторожился Артур. — На что вы намекаете?
— Ну, как, не передумали пока изменить показания, Артур Александрович? — поинтересовался дознаватель. — Я ведь могу оформить все как явку с повинной и самооборону. Тем более, что Клоков, ну, Леонид, ножом размахивал. Это свидетели видели, так что я не блефую. Договорились?
— Нет, — сказал Артур уже ни в чем не уверенный.
— Как хотите, — Сиротин снова склонился над протоколом, записал отказные показания подозреваемого, затем деловито расспросил его анкетные данные и заполнил “шапку” бланка. — Прочтите, напишите “с моих слов записано правильно” и распишитесь.
Артур взял бумагу и быстренько ее пробежал. Записано было верно, придраться не к чему, но он решил потянуть время и уставился в листок. Может, действительно, есть смысл признаться? Судя по всему, зацепки у ментов есть. Денег у них нет. Чистосердечное подразумевает и выдачу бабок, иначе какое же оно чистосердечное? Тогда зачем все было? За что Валерка погиб? За что ему, Артуру, срок мотать? Самооборона статья хорошая, а вот что может “эта сиротина” сделать со статьей за вооруженный налет? Ничего не может, да и не хочет. А хочет дознаватель Сиротин провести образцовое расследование и получить медаль на жирную грудь и очередную звездочку на погон.
Артур исподлобья глянул на следока. по-швейковски простодушная рожа говорит не в его пользу: на дурака не тянет, значит, как Швейк, прикидывается идиотом ради выгоды. Ради своей выгоды. Тут они с Артуром похожи, он тоже считает, что своя выгода должна стоять на первом месте. И соглашаться на чужую не стоит. Тем более, что шансик у него еще есть. Артур взял ручку и расписался, как просили.
— Я могу идти или..?
— Или, конечно, — подтвердил дознаватель. — Сами понимаете, если я отпущу подозреваемого… Нам нужно время чтобы во всем разобраться, проверить факты.
В дверь постучали.
— Разрешите? — заглянул Смолянинов. — Олег Николаевич, задание выполнено, клиент доставлен!
— Заводите, — скомандовал Сиротин. — А вас, Артур Александрович, я попрошу пересесть к стене, освободите, пожалуйста, место для “приятеля”.
Сергей вошел в кабинет с застывшим от напряжения лицом. Увидев подельника, он чуть отшатнулся.
— Привет, — сказал Артур.
— Попрошу вас не разговаривать, — тут же сказал дознаватель. — Смолянинов! Где вы там?! — позвал он. — Сядьте рядом с Моховиковым и последите, чтобы он не мешал допросу.
Сиротин повернулся к вновь прибывшему.
— Вы — Сергей Ерофеев? Проходите к столу и садитесь, — он посадил Сергея так, чтобы тот не видел лица Артура. Сиротин взял новый бланк и в этот раз начал с анкетных данных. Серега пытался покоситься на шефа, но у него ничего не получалось.
— Сразу предупреждаю вас об ответственности за дачу ложных показаний, — дознаватель поднял лицо от бумаги и уставился на Сергея. Через полминуты тот заерзал. — Ждете, что я буду задавать каверзные вопросы? Напрасно, Сергей, напрасно. Это уже не имеет смысла. Вы должны понимать, что раз мы вас так быстро отыскали, то, значит, нам все известно. Так?
Ерофеев пожал плечами.
— Он…
“Он тебя на пушку берет!” — хотел сказать Артур, но сумел произнести только первое слово. Но втором его рот оказался плотно запечатан ладонью Смолянинова. Артур дернулся, но другая рука опера нашла на его шее сонную артерию. Эти тоже, оказывается, анатомию неплохо знают.
Сергей снова попробовал покоситься.
— Не оглядываться! — стукнул по столу Сиротин. — Он тебе больше не поможет! Более того, я знаю, о чем вы договорились сегодня, и не спрашиваю, где ты был в три часа дня. Мне и так известно. Но это не важно. Не особенно важно для тебя, потому что тут соучастие доказать очень сложно. Гораздо важнее, Сергей, что твоя машина стояла перед Институтом в момент ограбления.
— Я…
— Не торопись. Потому что это уже серьезно. Если ты мне сейчас соврешь, то сделаешь себе только хуже. Нам уже и доказывать-то особенно ничего не осталось. Ведь достаточно предъявить свидетелям налета фото Валерия и Артура, как они тут же будут опознаны… Что, нет?
— Я могу объяснить, что я делал в Институте. Я хотел встретиться с отцом.
— Да брось! При чем тут какой-то отец. Их: вот его, — Сиротин ткнул пальцем за спину Сергея, — Артура и его дружка Валеру опознают свидетели. Доказать твою с ними связь не сложно, нам сам Артур и поможет. Да, да, он обязательно будет валить все на Валеру и на тебя… Не
