Моей фантазии нет предела. Додумалась до бог знает чего. Я даже не видела этого секретаря. Вдруг это мужчина в летах или даже женщина.
Лучше я вернусь к информации об убийствах. А то напридумываю себе ещё, что Санна тайно влюблена в Гио. У меня теперь, что свет клином сошёлся на этом Гио.
Мне же очень интересно кого же пытались убить на отборе? Кто эти «счастливицы»? Пусть это и не гуманно, но всё-таки, может, лучше бы эту вредную Морковку траванули, чем какую-то незнакомую и, возможно, очень хорошую девушку. Как это убийцы твоего совета не спросили, Лиля?
— Две ведьмочки из Лилля, — рассказывает Санна. — Барышня, может, помните их? В общем зале вызывали одними из последних.
Я пожимаю плечами. Напрягаю память. Только неясные лица и толпа народа всплывает в памяти. Не помню никого. Хоть убей, ой, этого лучше не надо. В моём случае даже в шутку такое произносить не нужно.
— Нет, не помню, Санна, — рассеянно говорю я, всё же силясь вспомнить хоть кого-то, кроме заразы Морковки. Интересно кому понадобились простые ведьмы? — Они фаворитками отбора были?
— Нет, — удивляется Санна. — А действительно странно кому это они понадобились.
— Может отбор, это просто замаскированная возможность избавиться от тех, кто чем-то насолил ещё в Лилле? — делюсь я своими подозрениями.
— Вполне возможно. А тогда вас, почему хотели отравить? — задаёт резонный вопрос Санна.
— От злости, — предполагаю я. — К примеру, это могла сделать Морковка…
— Кто это? Я не знаю таких на отборе, — недоумевает Санна.
— Это ведьмочка из Лилля, которую я встретила в первый день своего пребывания в этом мире. Она не назвала своего имени, а я прозвала её Морковкой за ярко-рыжий цвет волос.
Санна задумалась, словно вспоминая всех кандидаток. Вряд ли она помнит всех. Мы же пришли под конец первого тура и с позором выбыли. Тут и вспоминать некого.
— Так вот, к чему это я, — продолжаю гнуть свою линию. — Морковка меня невзлюбила. Как кандидат на роль убийцы вполне подходящая.
Глупо, конечно, но у меня какое-то дурацкое чувство, что Морковка вполне способна на убийство. Может, она знала тех девушек, и они что-то не поделили. Или кого-то…
— А вы говорили об этом его величеству? — вдруг в наш разговор вступает Эми. А Санна выжидательно смотрит на меня. Она будит во мне чувство вины.
— Нет, я же тогда не знала о новых покушениях, — немного виновато говорю я.
Возможно, если бы я поделилась своими подозрениями с Гио, то на девушек не покушались бы.
— Санна, а девушки живы? — с опаской спрашиваю я. Не хочу быть даже косвенной виновницей их гибели.
— Пока живы, — отвечает Санна, — только в очень тяжёлом состоянии. Лекари не ручаются, что смогут их вытащить.
— Интересно, а яд один и тот же? — задумчиво рассуждаю я. — Тот, которым пытались отравить меня и тот, которым отравили ведьмочек?
Надо как-то сообщить Гио, чтобы проверили идентичность ядов. Не думаю, что он не догадался отдать такое распоряжение магам-дознавателям, но лучше, чтобы сам посмотрел. Не доверяю я никому во дворце.
— Барышня, вы думаете, что это один и тот же человек? — Санна забеспокоилась.
— Не понимаю, тебе-то чего беспокоиться? — меня одолели предположения одно похлеще другого. — Ты лучше расскажи императору о наших подозрениях.
— А чего это сразу я? — ни с того, ни с сего заупрямилась Санна. — Сами расскажете при следующей встрече.
Не хочется мне говорить, что встречи не будет. Ни следующей, ни какой другой. Во всяком случае при Эми не хочется говорить. Хочется ещё побыть в её глазах любимой женщиной императора. Врать я не люблю, так что, видимо, придётся сказать правду.
— Мы с императором приняли решение расстаться, — я очень стараюсь, что бы мой голос не выдал истинных чувств.
Выражение лица девушек нужно видеть. Шок — это по-нашему!
Но сколько ни хорохорься, и ни делай счастливое лицо, на душе кошки скребут из-за расставания с Гио. Ну да ладно, пережили голод, переживём и изобилие, как говорила моя бабушка.
Словно почувствовав моё душевное состояние, на колени прыгает Молли Бу. Мой белый пушистый комочек стал утешением в этом мире.
— Девочки, никаких вопросов! Раз так решили, значит, были основания, — не хочу лишний раз ковырять незажившие раны. — Давайте лучше поговорим о чём-нибудь другом.
Глажу шёрстку своей кошечки и физически ощущаю, что уходит боль и разочарование. Я, конечно, знаю, что кошки могут лечить болезни, но не ожидала такого эффекта от моей маленькой Молли Бу.
Девушки переглядываются в недоумении. Но я не из тех, кто любит чесать языки, перемывая кости бывшему. Мне как-то легче, когда в мою личную жизнь не лезут.
— Когда пойдём смотреть новый дом? — спрашивает Санна.
— Завтра! — безапелляционно заявляю я. — И пойду не смотреть, а жить в нём. Сначала купим продукты первой необходимости и только потом пойдём на новое место жительства.
— Может, всё-таки сегодня? — канючат, как маленькие девчонки Эми с Санной. Я же устала и физически, и морально. Нет сегодня ни сил, ни желания тащиться в конец города.
Что за странное желание вытащить меня из дома именно сегодня? Нет! Меня уже травили, топили, уличных головорезов я боюсь, что не переживу. Или это я опять себя накрутила?
В любом случае надо слушать интуицию:
— Завтра и точка!
Глава 36. Новый дом
Утро, это прекрасно, но всегда приходит не вовремя. Меня будят лучи солнца, бродящие по кровати и забирающиеся на лицо.
Открываю глаза и зажмуриваюсь от ярких лучей. Опять забыла закрыть окно. Теперь страдаю. Смотрю на стену, там расположены солнечные часы. Шесть утра. Такая рань. В доме, наверно уже все спят. Я лениво тянусь на кровати. Вставать совсем не хочется.
Стук в дверь и такой знакомый голос. Санна уже бодрячком в утра пораньше.
— Барышня, вставать пора. Нас ждёт… — её весёлый голос сподвигает меня на то, чтобы соскрести себя с кровати.
— Нас ждут великие дела, — перебиваю её я.
Санна открывает дверь и входит с подносом. Завтрак в постель, очень любезно с её стороны. Но на подносе подозрительно много еды.
— Я кого-то жду в гости на завтрак? — подозрительно спрашиваю её.
У моей бывшей телохранительницы такое невинное выражение лица, что не будь я Лиля Морозова, сейчас заявится Эми.
Отправляюсь приводить себя в порядок в ванную, слышу, как тихонько открылась дверь и шаги, которые почти не нарушили тишину комнаты. К шёпоту девчонок не стала прислушиваться. К моему выходу небольшой столик уже заставлен едой, а Эми разливает по кружкам чай.
— Всё, что недоедим, заберём с собой, — распоряжается Эми, доставая из-за кресла небольшую корзинку выстланную белоснежной салфеткой с красивыми вышитыми цветами.
Я уже заметила, что флора и фауна Эйдена похожа на нашу. Не знаю ещё ни одного названия. Но на салфетке вышиты маки и незабудки. Пожалуй, нужно прикупить пару книг по истории и географии Иларии.
— В торговых рядах, я думаю, надо купить прежде всего продукты питания, — говорю я. — Ещё нам будут нужны средства для уборки. Девочки, это на вас. Я совсем не разбираюсь в местных моющих средствах.
— В любом доме есть вёдра, — рассуждает рациональная Эми, — нам же нужно купить горшок моющего средства у госпожи Чамэр. Тряпки для уборки я уже взяла.
— Эми, ты просто находка, — улыбаюсь я. Хорошо, когда кто-то может позаботиться о таких прозаических, но очень необходимых вещах.
— Конечно, — отзывается Эми, светясь от незамысловатой похвалы. — Я иду с вами. Мне не терпится посмотреть на ваш новый дом.
Наскоро позавтракав и собрав ещё довольно много продуктов, чтобы при уборке не отвлекаться на готовку, мы выскальзываем из дома Гевисов.
По дороге покупаем всё необходимое в нескольких лавках. Эми умело торгуется, расцветая под моими восхищёнными взглядами.
Часам к десяти мы добрались до дома, подаренного мне императором. Небольшое белое каменное строение за каменным забором выше моего роста, таким же белым. Дом не новый, но удивительно ухоженный. Я удивилась, что от времени он не стал серого цвета. Ковыряю пальцем отделку забора, похоже на нашу извёстку.
