- Ну вот сходим, посмотрим и видно будет, - согласилась я.
- Видана, Камилла о тебе спрашивала. Интересовалась, что ты за человек и вообще. Ты знаешь, почему? - спросил Северус, - Я удивился было, но она так мило покраснела, что решил ее не допрашивать, а выяснить у тебя.
- Камилла Шензор, троюродная сестра моей мамы, а значит моя троюродная тетя. Пора и познакомиться.
- Да, ладно... вы родственницы? - потрясенно уточнил он, - Виданка, это здорово. Я не откажусь, стать твоим родственником, нет, правда, без шуток.
- Ну и хорошо, лишь бы адептка Шензор не отказалась стать леди Дейдрис, - улыбнулась я.
* * *
На третьей паре, мы вчетвером отправились в музей, который как, оказалось, находился в том же здании, что и ректорат. Вот только вход был с другой стороны, оттого в глаза не бросался и не зная о нем, можно было его и не заметить.
В первой комнате музея висели художественные портреты ректоров, директрис нашей Академии, и выпускников, прославивших ее. Я переходила от портрета к портрету, разглядывала лица давно ушедших в Вечность магов, а перед одним застыла. На меня смотрел собственной персоной - Арман Тримеер. Портрет не относился к старинным, и я могла бы поклясться, что писали его не так давно, ну лет двадцать назад.
- Что Вас так заинтриговало, адептка? - тихо спросил меня хранитель музея, пожилой оборотень, - меня Фокслик зовут.
- Очень приятно, - произнесла адептка, - а подскажите мне, кто писал портрет лорда Армана Тримеера?
- А Вы знаете, кто такой Арман Тримеер? - уточнил хранитель, - очень интересно, мало кто из адептов в курсе деяний этой личности.
- Великой личности, - поправила я.
- Хм, уже интересно, значит юная адептка, Вы действительно в курсе, кем был Арман? - загадочно улыбался он, а глаза были довольно удивленными.
- А я бы удивился, если бы адептка Берг, была не в курсе, - хмыкнул подошедший к нам Северус, его милая спутница, действительно очень похожая на Тамилу, смущаясь, разглядывала меня.
- Этот портрет написал двадцать лет назад, один адепт Академии, - улыбаясь, поведал Фокслик, - взамен старого. Тот просто рассыпался от ветхости и неправильного хранения. Подписывать отказался, художником он себя не считает, но пишет хорошо, добротно.
- Мда, - только и вымолвила адептка, - попробую угадать, адепт Ольгерд Тримеер написал этот портрет? - и повернулась к хранителю, - так или я ошибаюсь?
- Не ошибаетесь, юная дева, - загадочно улыбнулся тот, - действительно его работа. Месяц писал, успел. Только работу закончил, утром открываю музей, а старый портрет пришел в полную негодность, все слоями осыпалось. А Вы знакомы с лордом Тримеером?
- Да, есть такое дело. Спасибо, - поблагодарила я хранителя и направилась дальше, Тим последовал за мной.
Среди знаменитых выпускников Академии я обнаружила и Хурина Мордерата. Подошла ближе, прочитала краткую биографическую справку, висящую под портретом.
В следующей комнате музея, под толстым стеклом, были выставлены древние книги по магии, принадлежавшие выпускникам и подаренным музею. Различные гримуары, книги Теней, настольные книги ведьм и колдунов давно ушедших эпох. Писанные от руки, с изумительными рисунками, они являли собой не просто магические артефакты, но и произведения искусства.
В дальней комнате, в стеклянном саркофаге лежала мумия. Кричащая мумия. Мы подошли все вместе и Северус попросил хранителя, который неслышно ступая, следовал за нами, рассказать нам ее историю.
- Эту мумию обнаружили наши археологи, - начал Фокслик, - они являются выпускниками Академии и решили сделать подарок, чтобы этот несчастный являлся напоминанием и предостережением для адептов, что поднявшего руку на императорскую власть всегда ждет расплата. Посмотрите внимательно, облик этого несчастного просто кричит болью, вы можете даже почувствовать ее запах, ощутить физически.
- А где его нашли? - с замиранием спросила Камилла, отводя глаза от мумии.
- В египетских пирамидах, - просто ответил хранитель, - среди царских захоронений, было обнаружено одно, очень скромное захоронение. Просто ящик, даже не имеющий надписи, в котором и лежал этот несчастный, завернутый в овечью шкуру.
- Что? - изумился Тим, - так овцы и козы в этой стране в те времена считались нечистыми животными. А отсутствие имени, по древнеегипетским преданиям, обрекало на вечное проклятие. Безымянный человек не мог найти дорогу в бессмертие, а представители египетской знати, к этому очень стремились.
- Откуда такая подробная информация? - уточнил Северус.
- Дружище, ты не забывай, мои родители могильники по всей империи раскапывают, я же вырос среди этих знаний. А уж в Египет они неоднократно отправлялись. В пирамидах много сокрыто магических предметов, даже приблизившись к ним, фон ощущается, а представляешь, что там внутри творится? - ответил Тим, - так, что там с этим несчастным?
- Он был из царского рода, - продолжил хранитель, - утверждают, что во времена правления Распеса. Придворные заговорщики совершили целую серию покушений на фараона, использовали яды, магию. Но все безрезультатно, он был как заколдованный, ничего не брало Распеса. В хрониках того времени приводятся сплетни царского двора, о том, что влюбленная в него юная магиня Оливия, перед тем как покинуть страну, провела ряд магических обрядов и поставила на фараона непробиваемый щит любви. Может сказки, а может, и нет. Но покушения на Распеса ничего не давали и тогда заговорщики открыто напали на него, но были схвачены личной охраной и предстали перед судом. Их оказалось много. Кого-то наказали мягко, фараон не забыл верной службы и они отделались только поркой, кому-то обрезали носы и сослали, а вот руководители заговора были казнены. А среди них оказались жена фараона Тия и его старший сын Пентерс. Им позволили принять яд, чтобы не предавать позору публичной казни представителей семьи фараона. Похоже, смерть была поистине мучительной, о чем и свидетельствует фигура принца.
- Фокслик, а принц был мумифицирован? - спросил Тим.
- Да, по правилам, что применялись ко всем важным персонам древнеегипетской знати, - подтвердил тот, - а вот овечья шкура и простой ящик, вместо саркофага, отделанного драгоценными камнями, это наказание за попытки сместить фараона. Ведь Пентерс не просто поднял руку на родного отца, он пытался убить фараона, сакральную фигуру, которая являлась гарантом благосклонности богов к стране.
- Удивительно, - прошептал кто-то. Обернувшись, мы увидели Тамилу, - как много можно узнать по фигуре давно ушедшего в Вечность человека.
- Да, дитя, именно так, - подтвердил хранитель.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
