Материалы декабрьского совещания послужили для Рокоссовского серьезной опорой при решении им вопросов обучения командиров, штабов и частей 9-го механизированного корпуса. Ему также предстояло осмыслить то новое, что содержалось в докладе генерала армии Жукова на сборах командно-начальствующего состава Киевского Особого военного округа, состоявшихся в конце января 1941 г. в Киеве. В окружной Дом Красной Армии съехались участники сборов – руководящий состав округа, командующие армиями, члены военных советов и начальники штабов армий, командиры, начальники политических органов и начальники штабов корпусов и дивизий, коменданты и начальники штабов укрепленных районов, начальники военных училищ. Программа сборов включала доклады по вопросам планирования, организации и осуществления фронтовой операции, а также проведение оперативной игры на картах.[118]
В своем докладе Жуков отметил, что главным потенциальным противником Советского Союза является фашистская Германия, военные успехи которой ошеломили весь мир. Несмотря на то что немецкая армия на Западе почти не встречала сопротивления, необходимо внимательно изучить ее опыт и сделать соответствующие выводы.
«Главную роль в победах фашистской армии сыграли авиация, бронетанковые и моторизованные соединения в их тесном взаимодействии, – говорил Жуков. – Это они своими мощными ударами обеспечили стремительность наступления немецких войск. Немецкая армия хорошо оснащена, приобрела солидный боевой опыт. Сражаться с таким противником будет нелегко. Раньше мы считали, что, если придется прорывать вражескую оборону, достаточно будет полуторного, в крайнем случае, двойного превосходства над противником на участке главного удара. На московском совещании одержало верх другое мнение: надо обеспечивать такое превосходство в силах не только на участке главного удара, но и во всей полосе наступления войск фронта».
Далее Георгий Константинович отмечал, что многие командиры продолжают рассматривать современную войну сквозь призму Гражданской войны, цепляются за старые оперативно-тактические нормы, не понимают значения массированного применения новых родов войск – авиации и танков. В то же время Жуков предостерегал от желания затеять полный переворот в военном деле.
«Эти товарищи забывают, что любые, даже самые смелые планы должны опираться на реальные возможности, – говорил он. – Планируя мероприятия на случай войны, мы не можем исходить из того, чем будет располагать наша армия в будущем. А если война начнется сейчас? Мы должны быть реалистами и строить планы, исходя из тех сил и средств, которыми располагаем сегодня».
В своем докладе Жуков подчеркнул необходимость более активного и целеустремленного совершенствования выучки войск, важность достижения тактической и оперативной внезапности в бою и операции, призвал к повышению бдительности и боевой готовности.
Остальные выступления, по существу, дополняли основной доклад. Много конкретных деловых мыслей высказал генерал И. Г. Советников, командовавший тогда 5-й армией. Интересным было выступление начальника штаба округа генерала М. А. Пуркаева по вопросам обороны: «Оборона, которая не рассчитана на победу, – говорил он, – беспредметна и не нужна. И в обороне нужно добиваться превосходства над противником, но создается оно совсем иначе, чем в наступлении. Здесь понадобится, пожалуй, еще больше умения в маневрировании силами и средствами».
Генерал М. И. Потапов, командир 4-го механизированного корпуса, свое выступление посвятил организации и осуществлению ввода в прорыв крупных механизированных соединений. Он высказал очень верную мысль о том, что нельзя копировать действия немецких механизированных войск в Западной Европе. Во-первых, там условия для них создались исключительно благоприятные. Во-вторых, немцы ничего не придумали нового. Они воспользовались идеями, которые зародились в Красной Армии еще в середине тридцатых годов при формировании первых механизированных корпусов. И воспользовались, надо сказать, весьма умело. Однако и здесь иногда их подводят пристрастие к шаблону и слепое следование принятым канонам.
«Главное внимание Потапов уделил необходимости тесного взаимодействия механизированных соединений с авиацией, – вспоминал И. Х. Баграмян. —Надо, чтобы авиационные командиры не только хорошо знали организационную структуру наших механизированных соединений, но и существо их боевого использования в ходе операции. Ратуя за тесное взаимодействие авиации и танков, Потапов переусердствовал и выдвинул совсем нереальное предложение: ввести в штат мехкорпуса авиационную дивизию, создать этакий гибрид – авиамеханизированное соединение. Замечу сразу же, что Г. К. Жуков камня на камне не оставил от этого прожекта, хотя в целом выступление Потапова оценил очень высоко и горячо поддержал ряд его предложений. В частности, генерал армии подхватил мысль Потапова о необходимости добиться одинаково высокой мобильности мотопехоты и танковых частей и шире практиковать на учениях действия пехоты в качестве танковых десантов. Потапов своевременно подметил резкое различие в запасе хода между автомашинами, на которых передвигалась мотопехота, и танками и предложил подумать, как устранить этот недостаток. Рекомендации Потапова, направленные на увеличение мобильности мехкорпусов, вскоре нашли широкое применение[119]».
На следующий день начались групповые занятия на картах. С командующими армиями, начальниками родов войск округа и их начальниками штабов занятия проводил сам Жуков, с командирами корпусов и их начальниками штабов – генерал Пуркаев, а с командирами дивизий, комендантами укрепрайонов и начальниками училищ – заместитель начальника штаба округа по организационно-мобилизационным вопросам генерал-лейтенант Г. К. Маландин и начальник оперативного отдела – заместитель начальника штаба округа полковник И. Х. Баграмян. Сборы длились пять суток. Они прошли интересно и дали много поводов для размышлений.
Вместо Г. К. Жукова командующим Киевским Особым военным округом был назначен 49-летний генерал-полковник М. П. Кирпонос. В годы Гражданской войны был помощником начальника прославленной 1-й Украинской дивизии. Здесь же командовал полком. В 1927 г. успешно закончил Военную академию им. М. В. Фрунзе. В советско-финляндскую войну командовал стрелковой дивизией. Зимой 1940 г. эта дивизия по неокрепшему льду под огнем противника прорвалась в тыл выборгским оборонительным позициям противника. За решительность и мужество Кирпонос был тогда удостоен звания Героя Советского Союза. С апреля 1940 г. Михаил Петрович командовал корпусом, а с июня – войсками Ленинградского военного округа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
