Читаем без скачивания Культурный герой - Александр Шакилов

— Я горд за себя.

— А вот это зря. Разве может молоток гордиться, что им гвозди забивают?..

Конец троса с пупсиком и бутербродом уронили в лунку. Не успели вскарабкаться по надувному трапу на борт, как трос натянулся. Клюнула рыба камбала! Причем серьезно, с задором, так обычно хватает окунь — мощно, по-мужски.

— Василий, я в тебе не ошибся! И мантры твои боевые, и вообще!..

— Меньше звезди, больше копытами шуруй! — оборвал товарища Старлей. — А то три желания некому загадывать будет!

Джентльмен с воодушевлением схватился за ручку лебедки. Старлей притаился у лунки, багор наготове, чтоб, если куда, лишить добычу возможности сопротивляться. Тем более провиант на борту ледокола закончился. Вот бы осетринка подвалила! Килограммов на сто!

Но подвалила не осетринка, а…

— Твою мать, Вася! Ну ты крут!

Старлей едва не уронил багор, когда увидел, какую красоту на пупсика поймал. А красота была неземная в прямом смысле этого слова. Лицо — обычное и в то же время неправильное, не овальное и не квадратное. Мимические мышцы, что ли, как-то иначе напрягаются? И цвет глаз не пойми какой — радужный сейчас и огненный или, может, бесцветный вообще, а то и все вместе сразу. И змеи вместо волос. Натуральные змеи — шевелятся, языки гадские высовывают. А сиськи фуфловенькие, тему груди дамочка слила. Могла бы бюст и крупнее показать, нынче это не проблема: силиконовая промышленность впереди планеты всей по темпам прироста валового продукта.

— Эй! Вам чо, проблем захотелось?! Так я щас устрою! — Голос у пойманной дамочки был… неземной, лучше не скажешь.

Говорила она… не ртом точно, ибо изо рта у нее торчали игрушка, колбаса и трос. Согласитесь, со всем этим набором поперек глотки разговаривать крайне неудобно. Надо как-то иначе озвучивать свои мысли. Ядовитыми пастями змей, к примеру. Или еще как. Вдруг те губки, что ниже пупка, способны достаточно раздвинуться и выдать пару грубых слов? Старлей едва удержался, чтоб не спросить, угадал ли он. В некоторые особенности женской физиологии лучше не тыкать пальцем. Особенно если у дамы нет пупка.

— Эй, отморозки! Чего молчим?! Я спрашиваю, вам проблемы оптом подвезти или розница устроит?!

Пока выловленная «рыбка» грозила всяческими бедами и неприятностями, Старлей зачарованно любовался, как стекает вода по ее стройному, гибкому телу. Зато когда подледная красотка отвесила ему пощечину, сразу очнулся и спросил у Джентльмена, на хрена они вытащили эту уклейку недоразвитую из воды, пусть бы себе и дальше дайвингом занималась.

Брови Джентльмена удивленно изогнулись, лоб наморщился:

— Странно. Я думал, ты посвящен в сакральный смысл нашей экспедиции. Кир не мог не сообщить тебе. М-да… Ох уж этот Кир! Вечно себе на уме, сколько его знаю. Хитрожопее не найти в нашем секторе Вселенной.

— Слышь, майор, ты мне кариес не заговаривай. За каким хеком мы приперлись в эти холода? Чтоб выслушивать от полоумных идиоток угрозы?!

Испугавшись, как бы напарник не ляпнул лишнего, Джентльмен обнял его крепко-крепко, так что у Старлея дыхание перехватило и затрещали ребра, и прошептал на ухо тихо, но внятно:

— Это не просто идиотка, но идиотка инопланетная, попавшая на Землю посредством тушканчегов, против которых она организовала вооруженное восстание на родной планете. Да-да, Васенька, ты не ослышался, именно восстание. Успешное, кстати. Строительство Стены было остановлено на неопределенный срок. Но гнусные тушканчеги схватили революционерку и депортировали к нам, определив на пээмжэ в лагерь для политзаключенных. Откуда она сбежала и теперь скрывается во льдах. Несомненно, опыт девушки — зовут ее Медуза Горгонер — весьма ценен для командования ВэКаэС. Сам понимаешь, Васенька, почему.

— Ну и почему? — потребовал конкретики Старлей. Не в его привычках вникать в подтексты и намеки. Он парень простой, ему надо разжевать и сказать прямо.

Джентльмен вздохнул:

— Она поможет нам избавиться от агрессоров.

— От тушканчегов, что ли?

— От них самых, Васенька, от кого ж еще. А там и милиции сдамся, авось за добровольную явку срок скостят.

Тем временем инопланетная идиотка по имени Медуза Горгонер принялась безобразничать. Она зачерпывала из лунки воду — не ладонями, нет, эластичными щупальцами-присосками, и подбрасывала вверх. Капли мгновенно замерзали и, позабыв о гравитации, зависали кристальным каскадом, отражающим лучи заходящего солнца. Блеск, иначе не скажешь!

А потом Медуза запела.

Нежно.

Ласково.

Так, что захотелось кинуться к ее стопам (стопы-то у нее хоть есть?), облобызать их, прижаться и визжать от радости, и плакать, и…

— И смеяться, и быть самим собой, и… — Джентльмен замолчал, сраженный ударом Старлея.

Кулак с хрустом вмялся в квадратную челюсть офицера. Такой челюстью надо перекусывать арматуру. А дифирамбы искусительницам из иных галактик пусть поет кто-нибудь другой, у наших парней есть дела поважнее. Короче, когда возникает необходимость, надо без стеснения наподдать не взирая на субординацию и выслугу лет.

— Эй, очнись. Ты чего?

Джентльмен тут же пришел в себя и завертел головой, будто впервые увидел ледокол, напарника и выловленную красотку с щупальцами вместо рук. Он так усердно вращал черепом, что у него едва не слетела повязка с глаза. Полнейшая дезориентация.

— Не боись, майор, у меня тоже по географии двойка была, — успокоил коллегу Василий.

Но Джентльмен и не думал бояться, ибо головой он вращал не просто так — проводил рекогносцировку, оценивал обстановку и принимал решение. Обстановка была печальной. Если вы думаете, что Медуза Горгонер продемонстрировала нашим героям свой вокальный талант, то вы ошибаетесь. Она взывала о помощи. Догадайтесь к кому. Правильно, к пииингвииинааам.

Пииингвиииныыы — очень отзывчивые птахи, хоть и модифицированные посредством навоза тушканчегов. Девушка попросила — не отказали. Битва за внимание пернатых продолжательниц рода прекратилась. Бывшие соперники, подчиняясь приказам мгновенно избранного лидера, выстроились в боевой порядок — в три шеренги. Протяжный писк — сигнал к атаке. Напряглись перепончатые лапки, взмыли в небо черные тушки с белыми бронированными животиками. По первому же зову пииингвиииныыы окружили Медузу Горгонер, раскрыли пасти, полные заточенных резцов из высокопрочного полимера, и кинулись на землян с намерениями более чем определенными. Освободителям грозила серьезная опасность! У них был выбор — защищаться, убивая невинных существ, одурманенных инопланетной волей, или же погибнуть в неравной схватке. Естественно, парни предпочли устроить кровавую бойню, завалив девственно чистый лед обезображенными трупами и запчастями.

Двухцветный крупный самец, кувыркнувшись в воздухе, ударил Старлея в живот. Тот, пролетев метра три, опрокинулся на спину, пребольно ударившись затылком об угол ближайшего тороса. Тут же на черепе вскочила шишка, достойная быть предметом годности если не нарвала, то носорога точно. Старлей даже рассвирепеть толком не успел, твари не дали ему опомниться — на сей раз его атаковали вдесятером. Вскочив на ноги, Василий чуточку присел, стопы на ширину плеч, и хорошенечко прищурился. Он мгновенно вспотел так, что в одном месте зачесалось, и от души, с удовольствием жахнул по взбесившимся мутантам. Запахло горелым мясом и жженой проводкой.

Джентльмен предпочел иную тактику. Ну не к лицу ему набивать шишки. Он двигался плавно, даже чуточку вальяжно. Движения замедленные, но при этом максимально эффективные, ни одного лишнего жеста. Зубы пииингвииинооов клацали в миллиметрах от тела майора, когти секли в клочья опустевшее пространство, где еще мгновение назад он находился. Сам же майор брезгливо отпускал пощечины направо и налево. У пииингвииинооов, как известно, есть щеки, за которыми они хранят запасы пищи, горюче-смазочные материалы и наборы шанцевого инструмента. Ладошка майора как бы изящно, предельно нежно касалась мордашек злобных монстров, вышибая из пастей ключи на семнадцать, из черепов — мозги и дурь.

Бой продолжался… некоторое время. Старлей похудел на десять целых и две десятых килограмма. Все модифы были повержены. Остатки воинства пииингвииинооов раскинулись по льду мелко изрубленным фаршем, аппетитно зажаренным и приправленным рыбьей чешуей и отвертками под крест.

— Интересно, а пииингвииинооов едят? — тяжело дыша, брякнул, чтоб не молчать, Старлей.

Он внимательно осмотрел свою шубу и сделал вывод, что мех эстетическому восстановлению не подлежит, но функциональность вполне сохранил.

— Не советую, Васенька, даже пробовать. Потерпи, голубчик.

— Но-но. Сам ты голубчик, растлитель курсантов. Я — боец ВэКаэС!

Развернувшись личиком, измазанным копотью, к Медузе, уперев кулаки в тощие бока, Старлей грозно рыкнул: