ближайшее время материальное снабжение означенных ведомств будет кардинально пересмотрено, с соответствующим сокращением штатного расписания, особенно на уровне подполковников и старших прокуроров, которые, видимо, не до конца осознают цели и задачи, которые ставит перед ними правительство и месье Кокен лично…
Аслан посмотрел тем временем на часы. Без трех минут десять. Он подошёл к майору королевской службы охраны, молча приветствовал его, молча предъявил документы, и в сопровождении двух выделенных ему протекторианцев прошёл внутрь дворца по направлению к «учебному» крылу, где и должен был состояться его допрос принцессы Изабель. Подполковник, министр и прокурор словно бы ничего и не заметили и продолжали препираться с удвоенной силой.
Перестройка Тюильри, начатая ещё Жози Вторым, дядей принцессы Изабель, так всё и не могла закончиться, поэтому Аслан не удивился, шагая через коридоры, заставленные досками, кадками с известью и грудами кирпичей. Собственно, благодаря ремонту и было возможным хождение пешком по коридорам дворца; в другое время полагалось идти через непокрытые галереи, то есть фактически по улице. Двое из легардюкор, сопровождавшие его, шагали так бесшумно, что пару раз новоиспечённый капитан эвакуации вздрагивал, обнаруживая второго за спиной; первый шёл впереди, указывая путь. Когда коридоры кончились, их встретил ещё один протекторианец, и махнул рукой, от чего Аслан слегка опешил, решив, что тот так его приветствует; оказалось, что сотрудник подавал через окно сигнал кому-то на крыше – эвакуатор, оглянувшись, успел заметить лишь тускло блеснувшую сталь какого-то оружия. Всё это время он был на прицеле.
Встреча состоялась в учебной комнате, во флигеле Марсана. За партой в большом классе сидела её высочество и что-то чертила карандашом в листочке, а за учительским столом находился человек, лицо которого было известно в основном по газетным репродукциям и карикатурам. Принцесса была несовершеннолетней, при допросе должен был присутствовать опекун, поэтому лорд-протектор не выспался и вид имел раздражённый.
– Ваше высочество, – Аслан учтиво поклонился, и ещё раз. – Ваше превосходительство.
Лицо юной принцессы было заплаканным, губы надутыми, и вообще по всему было ясно, что ничего хорошего от этого допроса она не ждёт. Аслан вынул планшет, достал и открыл папку, разложил бумаги на второй парте, приставленной сбоку к той, где сидела принцесса, взял карандаш и попросил разрешения сесть. Принцесса его проигнорировала, а сир Оливер резко и нервно кивнул.
– Ваше высочество, – начал Аслан, слегка запинаясь. – Знакомы ли вы с Шарлем Фуке, отставным капитаном Иностранного легиона армии?
Изабель кашлянула и ответила хриплым тоненьким голосом:
– Они же уже спрашивали.
Аслан растерялся. Сир Оливер пришёл ему на помощь.
– Ваше высочество, придётся потерпеть.
Принцесса даже не моргнула, сидела недвижно. Аслан подождал несколько секунд, затем продолжил.
– Ваше высочество, расскажите, пожалуйста, при каких обстоятельствах вы с ним познакомились.
Изабель посмотрела на лорда-протектора. Тот хранил молчание, ни один мускул не дрогнул на его лице.
– Я сначала видела его во сне. И вот он пришёл сам.
Все газеты писали об этом. Официальный «Монитёр», разумеется, написал об этом первым, была большая статья «Снятся ли принцессам оруженосцы». А затем начался бум. История, достойная сказки, писали серьёзные издания вроде «Минервы». Прелесть, отзывалась женская страничка в каком-нибудь «Пирате». Ах, ах, вторили им скандальные листки типа «Утреннего комара», незнакомец из снов очаровывает принцессу! Ах! Ах! Вначале было известно только имя – Шарль. А на недавнем летнем балу-карнавале Изабель танцевала со статным кавалером в серебристой полумаске. На прошлой неделе три газеты сразу установили – это Шарль Фуке, отставной капитан Иностранного легиона, родом из Бретани.
А третьего дня он проник в опочивальню лично, и это было недопустимо.
Дальше допрос начал спотыкаться. Аслан спросил, был ли Фуке в опочивальне её высочества. Вопрос был снят опекуном как оскорбляющий честь и достоинство королевской власти. Аслан озадачился, думал несколько минут, затем задал следующий: каким образом Шарль Фуке мог – разумеется, чисто умозрительно – проникнуть в окно третьего этажа. На этот вопрос принцесса ответ дала.
– Понятия не имею, – сказала она.
Аслан спросил: видела ли её высочество рядом с Фуке кого-нибудь или что-нибудь, похожее на чудовище. Принцесса ответила, что видела.
– Это были три собаки, – сказала она. – Одна большая, вот такая. Вторая поменьше, с эту парту. Третья самая маленькая, ростом со стул. Глаза у всех как блюдца, круглые и сверкают.
– Эти собаки нападали на вас?
– Нет, – сердито ответила Изабель. – Они ручные.
Аслан поинтересовался, видела ли её высочество этих собак в действии. Ну, что они умеют. Принцесса ответила отрицательно: нет, не видела. Затем Аслан спросил, что именно произошло три дня назад. Здесь снова вмешался сир Оливер.
– Задавайте конкретные вопросы, капитан.
«Конкретные-шмонкретные», злобно подумал про себя Аслан. Вслух он произнёс:
– Каким образом Шарлю Фуке удалось избежать задержания?
Сир Оливер снова открыл рот, но Изабель опередила его и сказала громко и зло:
– Это было не задержание!
– Ваше высочество! – прикрикнул лорд-протектор. – Немедленно замолчите!
– Сами заткнитесь! – Принцесса вскочила, и порывистым движением, не глядя, сбросила бумаги Аслана на пол, потом очень неумело ударила кулачком по столу. – Он найдёт вас и пристукнет!
– Ваше высочество, сядьте, – быстро переводя взгляд с принцессы на Аслана и обратно, заговорил Оливер с угрозой. – Если вы ещё раз повторите эту выходку, я ведь тоже могу кого-нибудь… пристукнуть.
Лицо Изабель сморщилось, словно от зубной боли, и, будто внезапно утратив силы, она рухнула обратно на стул и опустила голову низко-низко. Аслан не спеша собрал бумаги.
– Я думаю, достаточно, – сказал сир Оливер. – Капитан, каков ваш план действий?
– Я бы хотел допросить всех непосредственных участников событий той ночи, – вежливо сказал Аслан. – Сотрудников королевской охраны, начальника смены.
Эвакуатор посмотрел прямо в глаза лорда-протектора.
– И вас, ваше превосходительство.
Лицо сира Оливера на мгновение утратило твёрдость, но он тут же овладел собой, кивнул и пригласил Аслана на выход. Они перешли в соседний кабинет, точнее, это было что-то вроде склада учебных принадлежностей. Двое протекторианцев по-прежнему стояли в коридоре, безмолвные и неподвижные.
– Её высочество в расстроенных чувствах, – сухо сказал лорд-протектор. – На первом допросе у неё тоже была истерика. Набросилась на инспектора, исцарапала ему лицо… Кстати, почему они так рано приехали? Мне казалось, что начало должно быть позже.
Аслан пробормотал что-то неопределённое, вынул лист бумаги, подложил планшет.
– В тот вечер, – безо всякого вступления начал сир Оливер, – начальник смены сообщил мне с помощью гонца, что в жилом крыле дворца имеет место быть проникновение посторонних лиц. Поскольку разные сигналы были и ранее, я счёл своим долгом присутствовать лично. Для меня в первую очередь стоял вопрос безопасности для жизни и здоровья её высочества, поэтому мы
