— Я никогда не сделаю этого, сеньора де Мелло. Поверьте мне, — искренне ответила Присцилла.
Ну вот, сейчас она уйдет, оставит его, как уже однажды сделала, с горечью подумал Карлос.
— Ты заставил меня устыдиться своих поступков.
Робкое смирение вызвало у Карлоса беспокойство. Он пристально пригляделся к матери, не зная, что и подумать. То ли это очередная уловка, чтобы вернуть себе его расположение. То ли искреннее выражение раскаяния. Мать как будто постарела, появились морщинки, которых он не замечал раньше, — признаки усталости и слабости. Они поразили Карлоса с такой силой, что все его раздражение мгновенно прошло.
— Надеюсь, ты найдешь в своем сердце прощение для меня… со временем.
Элда Регина говорила запинаясь, словно шла по незнакомой тропе, конца которой не было видно.
— Хосе Антонио сказал, что вы зааплодировали, когда я приняла предложение Карлоса, — произнесла Присцилла с легкой вопросительной интонацией.
Хочет убедиться, что это правда, удивился Карлос. Зачем ей это нужно?
— Это было то немногое, что я могла сделать, — последовал полный раскаяния ответ. — Я не думала… Нет, я не допускала даже мысли, что Карлос полюбит… способен полюбить тебя с такой силой. — Элда Регина оглянулась на сына, откровенно умоляя его о прощении. — Пожалуйста, поверьте мне сейчас! Я желаю вам обоим большого счастья.
В сущности, наперекор собственному желанию, Карлос оказался тронут. Может быть, взаимопонимание с матерью станет возможным, если она наконец поймет, что он не послушный инструмент в ее руках.
— Спасибо вам, — пробормотала Присцилла.
Обмен любезностями под конец? Карлос попытался преодолеть одолевавшие его сомнения.
— Поговорим в другой раз, мама, — пообещал он довольно бесцеремонно. — А сейчас извини нас.
Элда Регина де Мелло стушевалась и, покорно кивнув, отошла в сторону.
— Попроси Хосе Антонио не оставлять ее одну, — шепнула Присцилла.
Карлос озадаченно посмотрел на нее — надежда боролась в нем с недоверием. В красивых зеленых глазах он неожиданно увидел забот, сочувствие, желание помочь женщине, принесшей ей столько горя!
— Сейчас же, пока мы не ушли! Пожалуйста! — настаивала Присцилла.
Карлос посмотрел в ту сторону, где они оставили Хосе Антонио. Как оказалось, брат следил за ними. Кивком головы Карлос указал ему на мать. Этого оказалось достаточно. Хосе Антонио поднял руку, давая понять, что все будет в порядке, и направился к матери.
Увидев сомнение в глазах Присциллы, он криво усмехнулся.
— Он сделает все, что нужно, — заверил ее Карлос.
Присцилла улыбнулась в ответ.
— Не забывай: она твоя мать.
— А ты? Ты — моя невеста, Присцилла?
Ресницы ее дрогнули и опустились. Улыбка исчезла с лица, и Присцилла вздохнула. Карлос затаил дыхание.
— Давай уйдем отсюда.
Она не сказала «нет»!
— Машина с шофером ждет у подъезда.
Присцилла скользнула по нему ироническим взглядом.
— Какая расторопность!
Он с облегчением рассмеялся. Затем — обвил ее руку вокруг своей и повел к выходу. Она не отвергла его завуалированное предложение остаться с ним наедине. У него в запасе несколько часов, чтобы завоевать ее снова.
Еще пять минут, уговаривал себя Карлос, садясь в машину рядом с Присциллой. Желание схватить желанную женщину, посадить на колени и крепко прижать к своей груди, чтобы дождем страстных поцелуев смыть все ее сомнения, распирало его. Это было бы вполне в его духе, но почему-то сейчас казалось неуместным, особенно в машине. Еще немного, и водитель доставит их домой. А тогда уж его не остановить. Если только Присцилла…
Карлос глубоко вздохнул и посмотрел на свою спутницу, стараясь угадать в ней признаки такого же нетерпения. Взгляд Присциллы был обращен на дом, от которого они отъехали. Она не отрываясь смотрела на него, пока они не достигли резных чугунных ворот. Обеспокоенный, как бы этот символ непомерного семейного богатства вновь не стал барьером между ними, и полный решимости смести все преграды, Карлос схватил Присциллу за руку. Она резко повернулась к нему, но взгляд ее сохранял отсутствующее выражение. У Карлоса на душе опять заскребли кошки. Казалось, он был готов отдать все, лишь бы узнать, о чем она думает, что творится в ее душе. Но вот выражение лица Присциллы изменилось — теперь она доверчиво и серьезно смотрела на него.
— Понимаешь, Карлос, в нашей семье не было трагических столкновений, поэтому я не смогла в полной степени оценить всю тяжесть положения, в котором ты оказался. — Она сжала его руку. — Как бы ни было трудно, я рада, что сегодня все вышло наружу. Думаю, всем вам на благо. И мне тоже. На вашем примере я поняла, что вещи в своей сути не всегда такие, какими кажутся на первый взгляд.
Умиротворение снизошло на него. Никакого подвоха в ее маленькой речи Карлос не заметил.
— Что ты имеешь в виду?
Присцилла пожала плечами.
— Я относила на счет снобизма то, что твоя мать отвергала меня. Мне казалось, что она никогда не изменит своего отношения ко мне. Оказалось, дело было не в снобизме, тут причины более глубинные.
— Все дело в ее властности, Присцилла, — дополнил ее мысль Карлос.
Она кивнула.
— Пожалуй, теперь я это понимаю. — Вдруг с беспокойством взглянула на него: — А как ты думаешь, со стороны семейств Арбэлоэс последует ответный удар?
— Сомневаюсь. В любом случае они мало что могут сделать нашей компании. Для них мы неуязвимы. Возможно, какие-то сделки не состоятся, но это не изменит ситуации в целом.
Удовлетворенно вздохнув, Присцилла посмотрела на свою руку, что покоилась на колене, и снова залюбовалась подарком. Даже в тусклом свете изумруд и бриллианты сверкали и переливались, когда она шевелила пальцами.
А Карлоса внезапно вновь одолели сомнения. Что, если она собирается снять кольцо и вернуть ему?
— Прошлой ночью я решила, что все кончено. Что уже ничего между нами не может быть, — тихо сказала Присцилла, не отрывая взгляда от кольца, словно раздумывала, по праву ли оно занимает место на ее пальце.
Лицо Карлоса исказила гримаса боли. Как сильно ему хотелось повернуть время вспять и все сделать по-другому! Прошлой ночью он мог бы услышать от нее правду, если бы дал ей малейшую возможность и открыл бы ей… Что открыл? Его любовь к ней была погребена под таким слоем перегоревших страданий, ярости и отчаяния, что чудилось, будто ее и не существовало вовсе. Так почему же теперь она должна поверить ему?
Он растерянно искал приемлемый для нее ответ. Но ничего не приходило в голову. Хотелось только обнять ее, но вряд ли это поможет. Да и слова не помогут. Он должен доказать ей… заставить понять, что творится с ним. Все не так, как прошлой ночью. Все должно быть абсолютно по-другому.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
