Алкоголизм по-прежнему тяжелая проблема, как и у нас тяжелой проблемой стали тот же алкоголизм и наркомания. А медикам все равно, насколько политически свободны их пациенты...
В общем и целом происходящее там волнует нас, не может не волновать, поскольку простой народ великой страны действительно пытается стать свободнее, чем были все предшествующие поколения. Если эти усилия продолжатся - а им в любой момент могут положить конец всего-то несколько человек, - можно ожидать, что и советские граждане получат шанс удостовериться: свобода, как и нравственное достоинство, - это благо само по себе, и оно способно обернуться разочарованием. А ведь и там, как едва ли не повсюду на планете, громадное большинство населения ожидает благ более существенных.
После той встречи я задумался, чем вознаградили собственные ваши устремления к свободе, за которыми стоит уже более двух веков истории. Советский Союз стал мечтой для пролетариата лишь с 1922 года, кстати, того самого, когда я родился в нашей Цитадели Свободы, представляющей собой Маяк для Всего Человечества.
Переводчика я попросил сказать нашему почтенному гостю: может быть, не так уж плохо все обстоит у него в Советском Союзе, ведь в моей стране рабство оставалось вполне законым еще сто лет после подписания Декларации независимости. И прибавил, что даже наш святой Томас Джефферсон был рабовладельцем.
Я уж не стал распространяться про геноцид индейцев, хорошо знакомый еще моему деду. Это было бы слишком. О таких вещах я стараюсь не думать и говорить как можно меньше. Хвала Всевышнему, в школах о подобном почти вообще не упоминают.
Понятно, что и у нас тоже началась своего рода гласность. Я имею в виду попытки уравнять с белыми мужчинами женщин и расовые меньшинства, так чтобы соблюдались предусмотренные для них гарантии и права, распространяющиеся и на них законы. Хотя это будет означать посягательство на заповеди тех мудрецов былых времен, чьими откровениями молодежь, считается, пренебрегла ради своей опасной склонности к рок-н- роллу.
Тем королевским астрономам, которые мечут громы и молнии из-за этих посягательств, американцы, я думаю, должны бы ответить примерно так: "Из ваших мудрецов никто не помышлял о настоящем равенстве, вы тоже не помышляете, а вот мы хотим его добиться".
Было или не было в Америке моей юности что-нибудь такое, что теперь вызывает у меня ностальгию, или ностальгия вызывается тем только, что сама юность для меня давно в прошлом? Да нет, все же было тогда нечто, пробуждающее чувство тоски, с которой трудно бороться, - была свобода незнания, что человек очень скоро сделает нашу влажную, голубовато- зеленую планету непригодной для того, чтобы на ней жить. И ничто нас не остановит. Мы так и будем плодиться, словно кролики. Так и будем забавляться диковинками техники, не задумываясь об ужасных непредусмотренных последствиях. И довольствоваться чисто косметическими мерами, когда разваливаются наши города. И оставлять на земле горы ядовитого мусора, которые сами же нагромоздили, мало заботясь о том, как бы от него избавиться.
Если лет через сто на нашу планету явятся пилоты летающих тарелок, ангелы или еще кто-то и обнаружат, что мы вымерли, как динозавры, какое бы человечеству следовало оставить для них послание, может быть, выбив его аршинными буквами на скалах Большого каньона в Аризоне?
Ветхий старичок предлагает вот этот текст:
МОЖЕТ, НАМ БЫ И УДАЛОСЬ ВЫЖИТЬ,
ЕСЛИ Б МЫ НЕ БЫЛИ ЧЕРТОВСКИ ЛЕНИВЫ И ЛЕГКОМЫСЛЕННЫ.
А еще можно добавить:
И ЕСЛИ Б НЕ ОБОЛЬЩАЛИСЬ ВСЯКОЙ ДРЕБЕДЕНЬЮ.
Я старею, однако занавес падает не для одного меня. Ну, и как там насчет настоящей королевской астрономии?"
XII
"Массачусетскому технологическому институту принадлежит важная роль в истории той ветви семейства Воннегут, к которой я принадлежу. Мой отец и дед получили там свои дипломы архитекторов. Дядю Пита оттуда выгнали. Мой единственный брат Бернард, который девятью годами старше меня, получил там докторскую степень по химии. Отец с дедом оба были архитекторами, работавшими индивидуально, а затем с партнерами. Дядя Пит стал строительным подрядчиком, тоже работавшим индивидуально. Брат смолоду хотел стать ученым, исследователем, так что работать индивидуально ему была не судьба. Чтобы получить достаточно просторное помещение и нужное оборудование, требовалось куда-то устроиться на службу. А вот куда именно?"
Так начиналась моя речь в Массачусетском технологическом институте, с которой я выступил в 1985 году, и такое начало, мне казалось, должно было произвести сильный травмирующий эффект. (Иной раз я по наивности воображаю, будто в силах капельку воздействовать на ход истории, и тут был как раз такой случай.) Передо мной в аудитории Крегес сидели ряд за рядом молодые люди, умеющие делать все то, что волшебник Мерлин при дворе короля Артура в Камелоте лишь воображал себя способным сделать. А вот эти молодые люди и вправду способны держать под своим контролем или отпускать на волю гигантские силы (видимые, но столь же часто и незримые), которые послужат на благо или, напротив, воспрепятствуют какому-то начинанию (допустим, звездным войнам).
"Большинству из вас, - продолжал я, - вскоре предстоит столкнуться с теми же сложностями, что и моему брату, вот только закончите учиться. Чтобы выжить и стать на ноги, большинству из вас придется осуществлять чьи-то фантазии в области техники, хотя и свои собственные тоже, разумеется. То есть фантазия соединится с фантазией в форме, именуемой партнерством, а если сказать романтичнее - брачным союзом.
Брат получил свою докторскую степень, если не ошибаюсь, в 1938 году. Если бы после этого он поехал в Германию, то помогал бы осуществлению фантазий Гитлера. Если бы в Италию - фантазий Муссолини. В Японии он помог бы воплотиться фантазиям Тодзио. В Советском Союзе - фантазиям Сталина. А вместо всего этого он устроился работать на заводе фабриканта бутылок в Батлере, штат Пенсильвания. Кто ваш босс, чьи фантазии вы помогаете осуществить? - Случается, разница важна не только вам самим, а всему человечеству.
Фантазия Гитлера была вот какая: истребить евреев, цыган, славян, гомосексуалистов, коммунистов, свидетелей Иеговы, слабоумных, приверженцев демократии и так далее, придав истреблению масштабы промышленного производства. И эта фантазия так бы фантазией и осталась, если бы не химики, разбиравшиеся в своем деле не хуже, чем мой брат, - они придумали для гитлеровских палачей цианидосодержащий газ, известный под названием Циклон-Б. Она бы осталась всего лишь фантазией, если бы архитекторы и инженеры, не менее моего отца с дедом понимавшие толк в своей профессии, не построили лагеря смерти с их ограждениями, вышками, бараками, железнодорожными ветками, газовыми камерами, крематориями - все, чтобы операции выполнялись эффективно и легко. Не так давно я побывал в двух таких лагерях на территории Польши - в Освенциме и Биркенау. С технической стороны они само совершенство. Тем, кто их строил, я мог бы выставить только 5 с плюсом. Будьте уверены, поставленную перед ними задачу они выполнили безупречно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
