Читаем без скачивания Идеальный маньяк (сборник) - Алексей Макеев

– Вот! – вдруг сказала девушка, и ее палец уперся в одну из строчек.

Гуров почувствовал, как у него екнуло сердце. Он торопливо повернул к себе журнал и прочитал указанную строчку:

– Винников Юрий Александрович.

Он поднял глаза на девушку.

– У вас есть такой сотрудник? – уточнил полковник.

– Да, это наш психотерапевт, – пояснила та.

– Высокий, худой, с бородкой? – стал перечислять Гуров.

– Да, это он. А что случилось?

– Скажите, а с ним можно сейчас побеседовать? – встал с кресла Орлов.

– Он уже уехал. Ему кто-то позвонил, и он уехал. У него только один клиент оставался, он перенес встречу с ним на завтра.

Гуров и Орлов переглянулись.

– Дайте нам, пожалуйста, его адрес! – потребовал Гуров.

У Елизаветы потемнело лицо, и она заколебалась. Было видно, что ей крайне неприятна вся эта ситуация, однако она не осмелилась спорить с высокими чинами из Главного управления и раскрыла ведомость:

– Нижегородская, семь, квартира семьдесят девять.

– Телефон, – кратко сказал Гуров, записывая данные.

Спицына продиктовала номер сотового Винникова, и Гуров незамедлительно его набрал. Раздались долгие протяжные гудки. Абонент не отвечал.

– Ничего удивительного, – позволила себе заметить Спицына, пожав плечами. – Он же на важную встречу поехал.

– А вы, как я понял, слышали его разговор? – спросил Гуров.

– Только начало. Юрий Александрович как раз находился в холле, когда ему позвонили. У него привычка – переспрашивать говорящего, так что мне стало ясно, что кто-то срочно просить его приехать. Видимо, дело было важное, потому что Юрий Александрович пошел в свой кабинет и продолжал беседу уже там.

– Лизонька, а что вы еще слышали? – торопливо проговорил Гуров, переходя на неформальное общение. Лоб полковника прорезали несколько морщин, он лихорадочно о чем-то размышлял на ходу.

– Да, собственно, больше ничего. Юрий Александрович вышел из кабинета – он был уже в плаще – и сказал мне, что позвонил Конд… То есть своему клиенту, – быстро поправилась она, – и они перенесли сеанс на завтра.

– Лиза, а чем вообще занимается Юрий Александрович?

– Он проводит сеансы психотерапии.

– А поконкретнее?

– Ну, к примеру, решение психологических проблем путем воздействия на подсознание.

– А понятнее? – проворчал Орлов.

Девушка усмехнулась, взглянув на него снисходительно.

– Чтобы было понятно, вам нужно семь лет отучиться в мединституте, – девушке, видимо, было приятно, что она в чем-то компетентнее самого генерала, и она не замедлила это продемонстрировать.

– Разумеется, – не стал спорить Орлов. – Но любую вещь, даже самую сложную, можно объяснить простыми словами.

– Ну, к Юрию Александровичу мы направляем клиентов, переживших когда-то сильный стресс, – принялась объяснять Спицына. – И он погружает их в особое состояние, дабы они снова как бы прошли тот же путь, испытали те же эмоции, но вот выход должен быть иным, не таким, как в реальности. Проще говоря, выйти из него они должны в другом настроении и с другим отношением к жизни. Юрий Александрович словно стирает весь негатив. Это если говорить простыми словами, – съехидничала напоследок Спицына.

– То есть он применяет гипноз? – нахмурил брови Орлов.

– И гипноз в том числе, – кивнула Спицына, чуть занервничав и начав притопывать ножкой. – Все сертификаты и лицензии у нас в полном порядке, я могу вам их показать.

– Мы непременно с ними ознакомимся, Лизонька, но для начала нам нужен список клиентов Юрия Александровича, – потребовал Гуров.

– Но я не могу! Это не положено, это тайна! – заговорила Елизавета.

– Елизавета Михайловна, вы что, не понимаете? – повысил голос Орлов. – К вам пришли из Главного управления внутренних дел! Пришли лично генерал-лейтенант и полковник! Вы думаете, просто наведались почитать чего-нибудь горяченького на ночь?

Спицына вспыхнула и молча полезла в стол, после чего протянула Орлову стопку карточек. Генерал и полковник быстро их просмотрели, но не обнаружили ни одной знакомой фамилии. Гуров переписал все данные в свой блокнот и еще раз обратился к Спицыной:

– Юрий Александрович называл своего собеседника по имени или, может быть, фамилии?

– Нет, – ответила Лиза. – Он только уточнил, что подъехать нужно в Свиблово.

От неожиданности Гуров резко выпрямился.

– Куда? В Свиблово? – повторил он. – Вы не ошибаетесь, Лиза?

– Нет, совершенно точно. Я еще подумала, что Юрий Александрович будет долго добираться, потому что на проспекте частенько пробки.

Гуров и Орлов переглянулись.

– Поехали, Лева! – дернул за рукав Гурова Орлов.

Они почти бегом побежали к машине генерала, Гуров сел за руль, и автомобиль с места рванул вперед. А Орлов уже доставал свой телефон и отдавал распоряжения. Он затребовал данные на все звонки, исходящие и входящие, на номер Винникова, потом немного поколебался и позвонил Крячко.

– Стас, немедленно дуй в Свиблово! Без вопросов! Оружие с собой? – коротко спросил он и, услышав ответ Крячко, отключил связь. Потом повернулся к Гурову: – Лева, ты что-нибудь понимаешь?

– Пока нет, – честно ответил тот. – Но кожей чую, что поспешить нам не помешает. В любом случае связь Винникова со Свиблово установлена, и нам нужно как можно скорее с ним поговорить.

Гуров гнал машину на полной скорости. В этот час, к счастью, многие пробки уже рассосались, и передвижение их не было мучительным и долгим. К скверу они подъехали как раз одновременно с Крячко, выруливавшим с другой стороны из-за угла.

– В чем дело? – вылезая из машины, спросил тот. – Из вредности меня сюда приехать заставили?

Со стороны сквера послышался слабый вскрик.

– Стас, за мной! – крикнул Гуров, со всех ног бросаясь ко входу, однако на ходу прикинул, что до ворот далеко, и сменил траекторию.

Быстро рассчитав силы, он с разбега достиг забора и, подпрыгнув, подтянулся на руках. В следующее мгновение полковник уже исчез за оградой сквера. Крячко, поколебавшись, все-таки решил, что он быстрее добежит, чем перепрыгнет, и помчался к воротам с неожиданной для его комплекции прытью.

– Петр, останься здесь! – на ходу крикнул он Орлову. – Стереги выход!

Орлов, волею судьбы оказавшийся вовлеченным в оперативную работу, от которой весь отдел давно его избавил в силу уважения к возрасту и больному сердцу, сконцентрировался до предела. Он, ветеран сыска с почти полувековым стажем, сейчас должен был мобилизовать все силы и опыт. И хотя он уже перенес один инфаркт, а годы его давно перешагнули пенсионный возраст, опыт никуда не делся. И Орлов в эти мгновения, тянувшиеся бесконечно долго, вновь ощутил себя молодым и полным сил. Все он сделал правильно, и позицию занял верную, и посты успел предупредить по связи, и обстановку вокруг оценить, равно как и возможные пути отхода преступника.

А Гуров тем временем бежал напролом через кусты туда, откуда донесся крик. Вскоре он услышал топот ног и понял, что Крячко уже тоже на территории сквера. Гуров остановился. Никаких звуков больше слышно не было. Он достал пистолет и посмотрел по сторонам. Темно было, разглядеть что-либо впереди себя метрах в десяти было затруднительно.

Гуров сделал несколько шагов вперед, туда, где, как ему казалось, кто-то шевелился. Потом достал спички и чиркнул одной из них. Осторожно ступая, он пошел вперед. Крик больше не повторялся, в темноте было лишь слышно, что где-то поодаль стучат ботинки Крячко.

Неожиданно Гуров увидел, как из кустов, пошатываясь, показалась какая-то фигура. Гуров вскинул руку и крикнул:

– Стоять! Руки на голову! Стреляю без предупреждения!

Человек молча уронил что-то, поднял руки и продолжил идти вперед. Выйдя на дорожку, остановился перед Гуровым и вдруг проговорил нетвердым голосом:

– Я… Я убил человека.

Полковник отбросил горелую спичку и тут же зажег еще одну, осветив лицо стоявшего перед ним мужчины. Это был Виктор Гордин – бледный как смерть, с пустыми глазами, он словно находился в каком-то заторможенном состоянии и лишь повторял бескровными губами:

– Я убил человека… Я убил его…

– Кого? Где? – пытался добиться ответа Гуров.

Гордин мотнул головой в сторону кустов. В это время на дорожку выскочил Станислав Крячко.

– Стас, проверь, что там! – крикнул ему Гуров, кивая на то место, что указал им Гордин.

Крячко, ломая ветки, полез в кусты.

– Ах ты, чтоб тебя! – воскликнул он с досадой, а потом, согнувшись, вылез обратно.

– Что там? – спросил Гуров.

– Труп, – буркнул Крячко. – Свежий совсем…

Затем он бросился к Гордину и, схватив его за плечи, принялся трясти.

– Я тебя предупреждал? Предупреждал? – кричал он. – Ты понимаешь, дурак, что ты наделал?

В бессильной ярости и отчаянии Станислав влепил Виктору несколько оплеух. Гордин никак не реагировал, послушно позволяя лупить себя, и был похож на тряпичную куклу, голова которой моталась из стороны в сторону.