удержался Алек от очередной своей остроты.
Нет ну серьёзно, он собирается подшучивать надо мной весь вечер? Не смотря на слегка задетые чувства, мне было совсем не обидно от его шуток. Даже наоборот, они казались забавными. Я содрогнулась от внезапно нахлынувших тёплых чувств. Всё, чего я боялась, ушло на дальний план. Мне было хорошо с этим парнем, пусть я и знала его всего ничего. Мы легко общались, легче, чем я себе представляла. Весь негатив от нашего знакомства испарился, словно ничего и не было. И ко всему прочему он подшучивал надо мной так, словно мы давно являемся лучшими друзьями. Но мы ими не были, а значит, и прикалываться над собой я не позволю. Пока. Дальше сторгуемся.
— Совсем нет! И вообще… — начала было я оправдываться, но вовремя остепенилась. — Эй, прекрати смеяться! — я пихнула Алека локтем в бок, не сильно, лишь чтобы задеть его самомнение, разросшееся до пределов Эвереста. Он, охая, съёжился, но смеяться перестал.
— Ладно, больше не буду, честно, — Алек произнёс это таким сдавленным голосом, словно я была Хабибом, а не выпускницей школы, но я всё же разглядела смешинки в его потрясающе красивых зелёных глазах. — Только не бей меня. Ты, я смотрю, опасная.
— Вот именно! Так что теперь ты знаешь, с кем связался, — рассмеялась я.
Алек подошёл к барной стойке, заказал два кофе и два пирожных. Женщина средних лет, работающая в этом заведении уже почти десять лет, кивнула и жестом указала на свободный столик в углу. Когда Алек отвернулся, она посмотрела мне прямо в глаза и быстро показала большой палец вверх, а затем сжала губы в тонкую линию и закивала, высказывая одобрение.
Я широко улыбнулась, стараясь не засмеяться вслух и не выдать свою знакомую, но это оказалось очень трудно.
— Ты чего такая довольная? — с подозрением спросил Алек, подходя ближе.
— Да так, день хороший, — захлопала ресницами я.
Парень с подозрением прищурился, но ничего не сказал.
Через минуту напротив меня стояла огромная кружка с любимым напитком. Я придвинула её ближе к себе и сделала большой глоток, на языке сразу заиграла горечь.
— Ой, сейчас вернусь, — воскликнула я и подбежала к бару. — Можно, пожалуйста, сахар и две чайные ложки? Огромное спасибо! — забрав всё необходимое, я стремительным шагом направилась обратно к столику. — Вот! — я протянула ложку Алеку. Он рассмеялся.
— Что бы я без тебя делал!
— То-то же.
— Только я пью кофе без сахара.
— Да ну тебя, — фыркнула я, насыпая сахар в чашку — мне больше достанется.
Так завязалась беседа. Наконец, я смогла вытянуть хоть капельку информации из этого загадочного парня. Только вот наш разговор, в большей степени, был о вкусах и предпочтениях, и лишь изредка дополнялся скромными зарисовками опыта реальной жизни. Я не переживала, для первого свидания и этого казалось достаточно. К тому же, мне самой не хотелось вываливать на Алека ведро со всеми своими тараканами. Они слишком личные, чтобы делится так скоро, пусть и с таким волнующим собеседником как он.
Так что же я выяснила за диалог, длиною в кофе? Оказывается, у нас схожи музыкальные вкусы. А еще Алеку, как и мне, не нравятся фильмы ужасов. Чему я оказалась приятно удивлена, ведь большинство парней их обожают. Он не любит публичные мероприятия, отдавая предпочтение спокойному досугу в компании близких друзей. Но изредко выбирается в театр или на выставки, правда обычно посещает их всего раз — в день премьеры. Еще Алек просто в восторге от своего мотоцикла, и считает, что «Нет ничего лучше, чем мчаться по пустой дороге навстречу тёплому ветру». И самое главное — он любит книги и кофе. Правда не ту романтику, которую я читала возле почты, а что-то более захватывающее, вроде Сандерсона, Кинга или Майка Омера. Про последнего я даже не слышала, но теперь определённо заинтересовалась.
Несмотря на обилие общих интересов, отличий тоже нашлось достаточно. Алек, например, прагматик и любит точные науки. Совсем не увлекается искусством как хобби, предпочитая оставаться наблюдателем со стороны. Я же в свою очередь… пишу песни и сочиняю музыку на гитаре. А еще скрываю это от всех вокруг. Забавно.
Еще Алек любит спорт во всех его проявлениях, как смотреть, так и заниматься. Впрочем, я бы догадалась и без признания. У меня же, всё таки, были глаза. И вполне неплохое зрение. Себя же я спортсменкой никогда не считала, довольствовалась генетикой, подарившей мне быстрый обмен веществ. Но пробежка или подход на пресс? Упасите великие силы! Единственным подобием спорта, к которому я могла обратиться, было плавание. В бассейне я не гналась за рекордами, мне нравилось плавать не спеша, в своё удовольствие. Это помогало отвлечься от всех переживаний, остудить голову после напряженного учебного дня.
Переваривая полученные сведения, я, к собственному удивлению, осознала, что для меня это важно. Маленькие пункты, объединяющие и разъединяющие нас, вызывали странное чувство, противоположное безразличию.
Что же о личном… Алек рассказал, что еще в раннем детстве родители отправили его учиться в Лондонский пансион. В Россию он возвращался лишь два раза в год — на каникулы. Так что он не только не учился в «СШС», но даже и не слышал о ней. В позапрошлом году Алек поступил в институт, там же, в Лондоне. Но сейчас взял академический отпуск, и вернулся в Солярис, чтобы разобраться с какими-то семейными делами. Он не вдавался в подробности, и вообще старался как можно меньше говорить о семье. Лишь упомянул о том, что у него есть старший брат, да и только.
Пирожные были давно съедены, а кофе почти закончился. Я, наконец, согрелась, а жар, исходящий от кухонной печи, разгорячил мои щёки. По крайней мере, я сваливала всё на кухню, боясь подумать, что дело совсем не в ней.
— Знаешь, здесь самое вкусное мороженое в городе, — сказала я, допивая свой напиток. Почему-то мысль о холодном шарике больше не представлялась мне нелепой. Даже наоборот, он казался как никогда уместен в этом жарком кафе.
— Мороженое? Никогда его особо не любил, — ответил Алек.
— Да ну? Не может быть. Оно же такое потрясающее, к тому же сейчас существует столько необычных вкусов, — я раскрыла рот от удивления. — Как вообще можно не любить мороженое?
— Каких необычных? — усмехнулся Алек. — Ваниль, пломбир и шоколад?
— Да нет же! Эти вкусы, конечно, классические, но я говорю о других, менее банальных.
— Это каких? — с сомнением произнёс он.
Я изумлённо уставилась на него. В жизни не встречала человека, не пробовавшего сорбет. Он что, с
