– Может, хочешь немного отдохнуть перед ужином в своей комнате? – наконец спросил Дэн.
Мэнди с радостью ухватилась за эту возможность.
Окна ее спальни выходили на лимонную рощицу. Здесь было очень тихо, спокойно и стояла широкая низкая кровать. Дэн не стал сюда заходить, оставшись на пороге.
– Здесь у тебя есть душ, но если захочешь принять ванну, то знаешь, где ее искать. Разберешься?
Он говорил как сердечный, но слегка утомившийся хозяин. Одно лишь воображение Мэнди было виновно в том, что она мгновенно представила себя принимающей совместную с Дэном ванну среди лопающихся пузырьков пены.
– Конечно, – ответила Мэнди, усилием воли отгоняя назойливый образ.
– Если что-нибудь понадобится, позови меня. Я буду в саду.
– Хорошо.
– Или буду плавать в море. Обычно я купаюсь перед ужином. Вода замечательная. Если захочешь, можешь присоединиться ко мне.
Мэнди покачала головой и произнесла с оттенком облегчения:
– У меня нет купальника.
Дэн проявил вежливое безразличие.
– Думаю, редакция обеспечила тебя всем необходимым. Наверняка здесь найдется не сколько купальников.
Он кивнул на чемодан вдвое больших размеров, чем ее скромная дорожная сумка. Мэнди только сейчас его увидела.
– Это мой?
Дэн пожал плечами.
– Его прислали прямо в аэропорт.
Мэнди догадалась, кого следует благодарить.
Синтию, конечно!
– Хорошо, позже я посмотрю, что там есть. А сейчас мне хотелось бы отдохнуть. Так что если не возражаешь…
– Да, разумеется, – вежливо ответил Дэн, словно все это очень мало его интересовало.
Впрочем, Мэнди отметила, что его дыхание до сих пор не пришло в норму. Она с триумфом усмехнулась про себя.
– Отдыхай как следует. – С этими словами хозяин бунгало покинул ее.
Когда Мэнди проснулась, было уже темно и звучала музыка. Она быстро сполоснулась под душем и оделась в джинсы и хлопковую рубашку. Это была ее собственная одежда. Мэнди не решилась проверить, какие искусительные туалеты упаковала для нее Синтия.
Она направилась в сторону доносящейся музыки. Ее источник находился на террасе. Здесь было еще не так темно, как в спальне Мэнди. Дэн сидел под увитыми виноградом сводами, положив ноги на мраморный столик и с бокалом вина в руке. Где-то над его головой прятались в листве динамики.
– Что это? – спросила Мэнди, очарованная льющимися сверху звуками.
Дэн поставил бокал и встал.
– Чайковский. Обожаю его. – Он взял второй бокал и плеснул в него вина из бутылки, на которой отсутствовала этикетка.
– Я плохо разбираюсь в классике, – призналась Мэнди.
И тут Дэн ее удивил.
– Это чудесно, – заметил он. Мэнди опешила.
– Почему?
– У тебя впереди столько радостных открытий. – Дэн протянул ей бокал. – Вот, попробуй. Вино изготовлено моими здешними родственниками и настояно на травах.
Мэнди послушно пригубила напиток. Он отдавал базиликом, орегано и еще чем-то непередаваемо приятным. Она сказала об этом Дэну.
– Ты очень чувствительна к вкусовым ощущениям, – улыбнулся тот. – По мне, так это обычная продукция Мигеля.
Стоявшие на террасе кресла были сплетены из лозы, но сидеть в них было очень удобно. Мэнди вольготно откинулась на спинку.
– Кто такой Мигель?
– Муж дочери сына моего двоюродного дедушки, – произнес Дэн с такой легкостью, будто ему не раз приходилось отвечать на подобный вопрос.
Заметив удивление Мэнди, он рассмеялся.
– Степень родства здесь имеет очень большое значение. Например, в свое время этот дом моему деду разрешили построить только благодаря тому, что он был женат на моей бабушке. Она родилась на мельнице, которая находилась неподалеку отсюда.
– Ты ее знал?
Дэн покачал головой.
– Она умерла, когда родился мой отец. – Немного помолчав, он добавил: – В нашем доме не было женщин. Моя собственная мать погибла в автокатастрофе, едва мне исполнилось три года. Конечно, были няньки, но они не в счет. В общем, я получил истинно мужское воспитание. Возможно, в этом кроется причина того, что я не понимаю женщин, – задумчиво и слегка смущенно произнес Макгриди.
– Можно задать тебе вопрос? – поинтересовалась Мэнди.
– Какой только захочешь, – серьезно ответил Дэн.
Она помолчала, потом не без усилия произнесла:
– Скажи, та женщина, которую тебе не удалось понять… насколько она для тебя важна?
Дэн тоже выдержал паузу.
– И как это ты догадалась, что речь идет о конкретной персоне?
Мэнди очень хотелось спросить, не Лайза ли это. Она почти решилась, но в последний момент не смогла произнести вопрос вслух.
– Так что же?
Дэн заерзал в плетеном кресле.
– Она была гораздо более важна, чем мне хотелось бы. – Он хмуро взглянул на вино в бокале. – Если уж говорить начистоту, она узлы из меня вязала. Я должен был понимать ее без слов. Но настроение моей пассии постоянно менялось, и это сбивало меня с толку.
На Лайзу не похоже.
– В конце концов я сдался. – На его скуле задергалась мышца. – Правда, некоторое время еще держался. Не в моем характере сдаваться без борьбы. Так что я продолжал биться лбом об стену, пока моя подруга не сказала, что любит другого. Человека, который ее понимает.
А вот это могла быть Лайза.
Судя по болезненным ноткам в голосе Дэна, произошедшая с ним история не такая уж давняя. Если бы у Мэнди хватило мужества спросить! Сразу бы все прояснилось…
– Понятно, – неуверенно протянула она, так и не решившись на большее.
Он быстро взглянул на нее.
– Теперь мы квиты?
Мэнди не поняла вопроса.
– Ну, ты сказала, что никому не говорила о своих чувствах к… известному тебе человеку. Сейчас я поведал тебе свою тайну, которую тоже не открывал никому.
Ее сердце сжалось.
– Мне очень жаль, – сдавленно произнесла она.
Дэн промолчал. Из динамиков над их головой лилась негромкая музыка, в саду стрекотали цикады, внизу шумел морской прибой. В темной бархатистой вышине загорались первые звезды. Из-за движущихся потоков воздуха создавалось впечатление, что они дрожат.
Мэнди тоже трепетала, но не из-за свежести бриза.
– Спасибо за сочувствие, – произнес наконец Дэн.
Она ощутила, как ее глаза наполняются слезами. Странно, причин для их появления не было.
– Обычно я запекаю пойманную за день рыбу, но сегодня мне рыбачить не пришлось, так что наш стол будет вегетарианским. Ничего?
– Вполне, – ответила Мэнди, прокашлявшись.
– А потом мы обсудим твое редакционное задание. – Дэн встал. – Наслаждайся вином и музыкой. А я пока все приготовлю.
После его ухода Мэнди уставилась в темноту сада, чувствуя себя более взволнованной, чем когда-либо в жизни. Музыка лилась на нее словно водопад.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
