в щёчку.
Я же вздохнул и встал, чтобы учтиво отодвинуть даме стул.
* * *
Кажется, я обидел благородную княжну, отказавшись воспользоваться её гостеприимством и полететь в место аудиенции на её фрегате. Но это был бы исключительно глупый поступок.
При всём нашем сотрудничестве, я постоянно держал в голове, что интересы Линии превыше всего. Фрегат Фёдоровой мог свернуть «не туда». Это вполне могла быть ловушка. Мне не хотелось в это верить, ведь в Галактике и так чертовски много враждебных сил и хотелось бы иметь верного союзника. Но ещё не время ставить на Воронцовых такое клеймо.
Опять же был выбор на чём лететь мне самому и в каком составе. Ребята настаивали взять весь флот. Ну, настаивали все, кроме Смирнова, который хмуро заметил, что это, во-первых, будет выглядеть как неуважение и проявление недоверия, а во-вторых, у Воронцовых было две сотни крейсеров, не считая другой мелочи, и если уж они решат устроить нам ловушку, то будь у нас один корвет или весь наш «мощный» флот, — его сожрут и даже не подавятся.
Я был вынужден с ним согласиться. Это, своего рода, «прыжок веры». Поэтому я решил отправиться туда на фрегате «Кабальеро», взяв с собой исключительно боевую группу на случай неприятностей в Подпространстве. Да, я постоянно держал в голове частые визиты Хаоса, что посещали меня в начале моего пути. И чем больше было безопасных перелётов, тем сильнее я напрягался. Не может быть такого, чтобы меня оставили в покое.
В итоге я даже оставил Дюрера, который хотел лететь со мной. Это было неразумно. Тем более, что отставной коммандер Изотов был экстра квалифицированным капитаном, которого сам же Дюрер и выбрал. На мой прямой вопрос — справится ли текущий экипаж с этой задачей и есть ли у него в этом сомнения, — Дюрер развёл руками и сказал, что абсолютно уверен практически в каждом из своих людей. На этом, собственно, разговор был и закончен.
Из экипажа фрегата я поменял только Навигатора, взяв с собой Миуру, как самого опытного и доверенного мне, ведь именно с ним я планировал провернуть этот фокус с Проводником.
Следующий мой «бой» я выдержал со своими друзьями Одарёнными, которые так же хотели всей гурьбой лететь со мной. Их предложения я так же отклонил, всё из тех же соображений. Если захотят нас захватить или убить, им это ничем не помешает, а терять всех было бы глупо. Пашка хоть и не ответил на вопрос, — что он планирует делать после моей смерти, — но, надеюсь, они примут правильное решение. Конечно же, в том случае, если останутся живы.
И всё же как раз Пашку я решил взять с собой, из тех же соображений, что и Миуру. Если была возможность научиться чему-то новому, то этому должен научиться мой самый мощный ментат. Ну и наличие отпрыска Воронцовых на корабле возможно, но не обязательно заставит подумать благородных аристократов, в случае если они захотят шарахнуть по нам главным калибром.
Переход занял четыре дня, и мы появились в системе раньше фрегата Фёдоровой. Собственно, этот момент оговаривался. Каждый корабль в Подпространстве шёл с разным проводником и разной дорогой, поэтому разбег по времени прибытия всегда был. Это доставляло определённые сложности для реализации боевых операций с большим количеством кораблей. В этом случае просто выходили подальше от нужной системы, ну или делали два прыжка. Чем короче плечо — тем меньше разбег, так мне объяснял Миура.
В системе Сибирь было тихо. Насколько я понял из рассказа княжны, здесь не было такой эвакуации, в которой участвовали мы. Анклав из нескольких систем располагался очень компактно. Системы были хорошо развиты и в случае набега Хаоса вполне могли оказать друг-другу поддержку. Так что Воронцовы с эвакуацией здесь решили не торопиться. Ну, а Иван Воронцов прыгнул сюда после очередного боя для перегруппировки и небольшого отдыха. Первое, что мы получили при появлении в системе — это запрос с орбитальной крепости Воронцовых. Вот ещё одно отличие от второстепенных систем. Орбитальными крепостями называли орбитальные станции, сделанные для обороны, предназначенные для того, чтобы даже при отсутствии достаточного флота сдержать силы врага до прибытия подкрепления. Такой себе дредноут на орбите. И как я посмотрел — крепость была не одна, а целых три вертелись над голубой планетой Сибирь-1.
Мы отправили пакет данных, переданных нам княгиней, что полностью удовлетворило местных и они потеряли к нам интерес. Ну а мы просканировали систему, чтобы понимать к чему готовиться. Ловушки не было, но имеющийся флот впечатлял.
Тяжёлый крейсер «Справедливость» идентифицировался как собственность Линии Воронцовых и Пашка подтвердил, что именно он является флагманом Ивана.
Кроме «Справедливости» в системе было ещё два тяжёлых крейсера, двенадцать эсминцев и восемь фрегатов — вполне себе многофункциональный и мощный флот, способный решать множество боевых задач. И да, два десятка больших десантных кораблей подтверждали, что решать вопросы этот флот может не только в космосе, но и на планетах. Эти корабли идентифицировались как Седьмой Гвардейский Флот Линии Воронцовых. Кроме этого, здесь ещё было до полусотни кораблей, в том числе и боевых, видимо, относящихся к флоту обороны системы. В общем, здесь было оживлённо.
Фрегат Фёдоровой вышел через два с половиной часа. После быстрых переговоров оба наших корабля направились в сторону планеты. Путь до неё занял ещё три часа. И вот у нас уже получено разрешение на стыковку к орбитальной крепости.
* * *
Иван Воронцов внушал. Нет, он не был каких-то исполинских размеров. Его пропорции были сходны с моими. Ну, разве что на пол головы пониже и в плечах пошире. Неопределённого возраста, как и все сильные Одарённые в расцвете сил.
Но тем не менее исходило из него ощущение неимоверной мощи. Всего несколько людей в моей короткой жизни вызывали такие ощущения. Я уже начал подозревать, что в какой-то момент при достижении определённых сил Одарённые обретают какую-то ауру. Но это были только мои придумки. Однако определённо эта «аура» действовала не только на меня.
— Здравствуй, Иван, — кивнула головой княжна.
И это изумило меня в первую очередь. Не «привет, братишка!» или что-то в этом роде. А ведь она подобным образом общалась со Старейшиной своей Линии, при том, что, насколько я знаю, Иван старейшиной не являлся.
— Здравствуйте, дядя, — Пашка справа от меня так же почтительно склонил голову.
Воронцов же, не
