Читаем без скачивания Opus Dei - Джон Аллен

Можно доказать, что хотя бы в некоторых случаях критические замечания бывших членов играли положительную роль в эволюции Opus Dei, сигнализировали о наличии проблемных сфер, нуждающихся во внимании. Представитель Opus Dei в Англии Эндрю Соан подтвердил это в своем выступлении в декабре 2004 года по информационному каналу Opus Dei, говоря с уважением об анти-Opus Dei группе, основанной ДиНикола и ее матерью: «Я посмотрел их вебсайт, и это помогло мне «настроить свою антенну» и выделить вещи, которые могут быть нам полезными». В этом смысле критики могут выполнять роль, как это называет мой друг и коллега, «стукачей на минном поле», предупреждая Opus Dei о потенциальной опасности как в теоретических, так и в практических вопросах. При этом не имеется в виду, что критика от экс-членов абсолютно неоспорима, — просто организации, как и создавшие их люди, больше учатся на своих ошибках, чем на достижениях, и их успехам больше способствует критика, чем восхваления. Все это, безусловно, справедливо по отношению к Opus Dei за все семьдесят семь лет его существования. Беспристрастное отношение к критике является косвенным признанием некоторого несовершенства Opus Dei. Можно сказать, что в каких-то частностях критика помогает организации больше, чем это можно себе представить.

Глава седьмая

СЕКРЕТНОСТЬ

LexisNexis — самая полная англоязычная информационная база данных газет, журналов и новостных агентств. Поиск по словам «Opus Dei» и «секретный» в хронологических рамках 2000–2004 годов дает результат 575 записей, то есть одна статья за два с половиной дня, что подтверждает распространенное общественное впечатление о «секретности» Opus Dei. Так обстоят дела с публикациями на английском языке. Если же обратиться к французскому, испанскому, немецкому и итальянскому языкам, не говоря уже о голландском, фламандском или португальском, то, без сомнения, выяснится, что за эти четыре года не проходило дня, чтобы где-то в мире к Opus Dei не был приклеен ярлык «секретной» организации. Не нужно никаких других подтверждений, чтобы понять, что у Opus Dei существует проблема имиджа.

Нельзя сказать, что она появилась лишь в последние годы. 18 марта 1957 года в Time была опубликована первая большая статья на английском языке, в которой, в частности, сообщалось, что три члена Opus Dei стали министрами в правительстве генерала Франсиско Франко. Opus Dei в этой публикации назывался «Белыми масонами», что, безусловно, намекало на его репутацию секретной организации. (В качестве иллюстрации к тому, как изменились времена, стоит упомянуть, что в статье 1957 года также говорилось, что в современной испанской политике Opus Dei считается организацией с «либеральными склонностями».)

Секретным обществом считают Opus Dei не только журналисты и ученые мужи, которыми часто руководят недоброжелательность и типично массмедийная погоня за сенсациями. Такое же мнение весьма единодушно высказывает католическая церковь. Самые ранние обвинения в секретности датируются 1930-ми — началом 1940-х годов. Документы, подтверждающие эти обвинения, опубликованы во II томе биографии Эскрива, написанной Васкесом де Прада.

В конце 1930-х годов члены Opus Dei в Мадриде обратили внимание на то, что молодые люди, ранее с энтузиазмом воспринимавшие проповеди Эскрива, вдруг перестали посещать кружки и встречи. Выяснилось, что ходят упорные слухи о том, что церкви в центрах Opus Dei украшены масонскими и каббалистическими знаками, что члены Opus Dei, преклоняя колени, необычным образом закладывают руки за спину, что они распинают себя на большом деревянном кресте, что, когда Эскрива имитирует вознесение, гипнотизируя аудиторию, в храме появляются странные огни. Примерно в то же время известный и харизматический испанский иезуит отец Анхель Каррильо де Альборнос публично назвал Opus Dei «секретным еретическим обществом масонского склада».

Слухи и сплетни докатились до самых верхов испанского общества. В июле 1941 года учрежденный Франко Трибунал для подавления масонства начал официальное расследование, базирующееся на обвинениях, что Opus Dei — «масонская ветвь, связанная с иудейскими сектами». Правда, в результате процесс так и не начался. Однако в 1942 году информационные службы фалангистов опубликовали «Конфиденциальный отчет о секретной организации Opus Dei», в котором утверждалось, что скрытой задачей Opus Dei является «противостояние целям испанского государства». Примерно тогда же начал свое расследование губернатор

Барселоны Антонио Корреа Веглисон. Он вызвал к себе члена Opus Dei Альфонсо Балсельса и потребовал, чтобы тот объяснил, что происходит за закрытыми дверями собрания группы. По воспоминаниям Балсельса, губернатор утверждал, что Opus Dei — это «секта иллюминатов или чего-то подобного». В Валенсии местная полиция направила молодую женщину Марию Тересу Льопис на проводимые Эскрива духовные собрания. Позже она рассказывала, что полиция поручила ей выяснить возможность тайного проникновения в подпольную деятельность Opus Dei, а также разыскать в центрах масонские символы. В некоторых городах Испании были публичные сожжения книги Эскрива Путь.

Из испанской католической церкви и гражданских судов слухи вокруг Opus Dei рикошетом проследовали в Рим. 3 июля 1942 года генерал ордена иезуитов, поляк, отец Владимир Ледоховский, выслал в Ватикан посвященный Opus Dei отчет, в котором писал, что хотя в Пути представлена «здравая христианская доктрина», книга Эскрива предназначена для «непосвященных», а внутри Opus Dei видны «признаки тайной склонности управлять миром при помощи своего рода христианского масонства». Историки замечают, что, по особой иронии, похожие обвинения выдвигались против как иезуитов, так и других ведущих групп католической церкви, например, тамплиеров (которые, как и Opus Dei, развивали активную деятельность в Пиренеях, в испанском Арагоне и на юге Франции).

Позже, в 1948 году, генеральный викарий мадридской епархии сообщил Эскрива, что на него поступил донос в Святую Палату Ватикана — ныне это Конгрегация доктрины веры. (В своем дневнике Эскрива записал: «Я так счастлив! Потому что из Рима, от папы, могут прийти только свет и добро».) Даже Ватикан иногда не имел информации об Opus Dei. В январе 1971 года государственный секретарь папы Павла VI французский кардинал Жан Вильо запросил у Эскрива список всех членов Opus Dei, работающих в Ватикане. Хотя Вильо и не указал причины этого запроса, можно было предположить, что имеется в виду некая «фильтрация». Эскрива тут же сообщил нужную информацию.

От этих внутрицерковных дебатов обвинения в адрес Opus Dei перешли в секулярную область. В 1986 году итальянский парламент занимался расследованием деятельности Opus Dei в рамках широких национальных дебатов о подпольном влиянии на страну тайных обществ, таких как бесславная масонская ложа Пи-2. Расследованием руководил Оскар Луиджи Скальфаро, убежденный католик, позже ставший президентом Италии. Восемь месяцев спустя доклад Скальфаро оправдал Opus Dei. «Opus Dei не является секретной организацией ни в правовом, ни в фактическом смысле», — заключил Скальфаро. В подтверждение этого заявления Скальфаро заметил: «Штаб-квартира викариата Opus Dei в Италии находится на Via Alberto di Giussano 6 в Милане, а в Риме работает информационный офис, который очень легко найти в обычной телефонной книге».

Тем не менее через два года на слушании в швейцарском федеральном суде в Лозанне все обернулось иначе. Процесс был посвящен спору между образовательной организацией — филиалом Opus Dei и швейцарской газетой, и суд постановил, что Opus Dei — «секретная организация», которая действует «скрытно». Однако в связанном с этим деле другой швейцарский суд встал на сторону группы-филиала Opus Dei. В январе 1996 года французская парламентская комиссия составила список из 172 «сект», или опасных религиозных движений, Франции, и среди них был Opus Dei. В ответ последовали протесты французских и итальянских епископов. Ватикан не заявил официального протеста, но через два месяца Иоанн Павел II назвал в честь Эскрива приходскую школу в Риме.

Споры по поводу мнимой секретности не ушли в прошлое, они вполне живы и сегодня. Несколько месяцев тому назад в Вашингтоне я столкнулся с американским архиепископом, который пришел на мою лекцию. В разговоре с ним я упомянул, что пишу книгу об Opus Dei. Он сказал, что «больше всего» его беспокоит в Opus Dei репутация секретности. «Мог бы, например, Расселл Шоу признаться в своем членстве?» — спросил он. На самом деле, как уже говорилось в главе 3, супернумерарий Шоу не скрывает своего членства и даже суммы своих ежемесячных добровольных пожертвований организации. (В интервью в Католическом информационном центре в Вашингтоне Шоу назвал мне эту цифру, не дожидаясь моего вопроса.) Однако вопрос архиепископа свидетельствует о широкой распространенности представления о секретности.