Принц скептически покачал головой. Варя и сама с недавних пор подозревала Нею в обмане. Чего-то та или недоговорила, или приукрасила. Но Варвара была уверена, что сможет вывести соффу на чистую воду: не угрозами, так обещанием хорошо заплатить.
– Решение обязательно найдётся, – подбодрила Варя. – И, кстати, у нашей команды есть ещё одна задача, кроме поиска способа вернуться домой. Нужно разобраться, что творится вокруг, почему происходят покушения и как не стать следующей жертвой.
– Покушения? Их было несколько? Кто-то ещё был отравлен кроме мамы?
– Не совсем отравлен, – пояснила Варя. – Троица охотников на лис, что напала на Адриана в лесу, скорее всего не имела никакого отношения к охоте, да и атакован был не только принц.
Варваре пришлось рассказать Эрвину свою версию инцидента, отличную от той, что была официально озвучена Адрианом. Как бы зловеще не звучала информация, был момент, когда принц улыбнулся:
– Значит, утёрла кое-кому нос. Представляю, как братец разозлился, что ты не убежала, а бросилась его защищать.
А потом добавил с искренним восхищением:
– Ты крутая.
Слова принца польстили. Эх, вот если б и сам участник инцидента прореагировал на Варин поступок именно так. А то придумал в качестве благодарности дурацкий поцелуй, воспоминания о котором почему-то никак не хотели выходить из головы.
– Думаешь, за нападением в лесу и отравлением королевы стоят одни и те же люди? – спросил Эрвин.
– Скорее всего. Я бы даже попыталась приплюсовать к этой цепочке событий ещё и покушение на Вилария.
– Получается, все эти преступления дело рук Джареда? Он так обиделся на отца за оскорбление, что решил попытаться отправить на тот свет, не только его самого, но и всю его семью: и королеву, и старшего принца и невесту младшего?
– Возможно. Но мне кажется, что всё гораздо сложнее. Есть какая-то странная связь между Джаредом, Рамнезой и Юнивецией. Суди сам. Неизуральдине удалось выяснить, что королева посещала матушку Джареда, после того, как его обвинили в покушении на Вилария. Кстати, не знаешь, зачем?
– Нет, понятия не имею. Я даже не знал, что они были знакомы.
– После этой встречи мать Джареда поменяла завещание. И вскорости умерла. Обрати внимание – ещё одна смерть. На оглашение завещания вызывают Юнивецию, как будто она родственница Джареда. И после этого она помогает арестанту сбежать.
– Так, может, она и вправду родственница? Сначала не знала об этом, а на оглашении завещания узнала.
– Допустим. Но при чём тут королева? Кстати, в разговоре с Неизуральдиной она сказала, что очень виновата перед Юнивецией. Не знаешь, что имела в виду?
– Не знаю. Странно всё это… – Эрвин задумался. – Слушай, а может мама знала, что Юнивеция и Джаред родственники. Это бы многое объясняло. Смотри, предположим, что покойная мать Юнивеции была не верна мужу – тайно встречалась с Джаредом. Рамнеза могла об этом знать. Они с матерью Юнивеции были близкими подругами.
– Хм. Логично. Когда в семье Лукреция рождается девочка, – продолжила мысль Эрвина Варя. – Глава семейства полагает, что это его дочь, а на самом деле дочь Джареда. Эта тайна долго остаётся тайной, пока однажды Рамнеза не рассказывает об этом матушке Джареда. И та меняет завещание, чтобы упомянуть в нём внучку, о которой до этого не знала.
– Похоже на правду, – кивнул Эрвин.
– Только одно не понятно: зачем королева, так долго хранившая тайну, всё-таки рассказывает о ней. И самое главное, что в этой тайне такого уж криминального, чтобы из-за неё убивать людей? Где-то в наших рассуждениях закралась ошибка или мы не всё знаем. Но зато понятно, где теперь надо копать: разузнать об отношениях родителей Юнивеции за год до её рождения.
![]()
Глава 28. Вызов![]()
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Адриан стоял у окна в своей комнате. С этого места хорошо просматривалась площадка для фехтования, где проходил тренировочный поединок. Но принц не мог сосредоточить на нём внимание. Он, вообще, не знал, куда себя деть. Покушение на мать выбило из колеи.
Затеяна какая-то грязная игра. С каждым днём это становилось всё очевидней и очевидней. Сначала напали на него самого – ну, это ещё хоть как-то можно объяснить. Мало ли кому могло понадобиться убрать с дороги наследного принца. Но зачем было травить королеву? У кого могла подняться рука на добрейшую из женщин? Кому и чем она могла помешать?
Желание урыть подонков, навредивших матери, смешивалось с тревогой за её состояние. Жуткая смесь чувств выворачивала душу наизнанку. В таких ситуациях Адриану всегда помогала хорошая физическая нагрузка. Не смотреть, как орудуют шпагами другие, а самому провести несколько поединков. Но рука ещё побаливала, а растревожить рану было бы очень глупо.
Существовало, правда, ещё одно средство – Винетта. Она бы нашла, что прошептать принцу на ухо, чтобы невесёлые мысли вылетели из головы. Найти её и назначить встречу в каком-нибудь укромном местечке? Адриан попытался представить, как красавица-брюнетка утешает его страстными поцелуями, но почему-то перед глазами всплыла совсем другая картинка, та, что видел сегодня в комнате матери: другая девушка утешает другого парня – Юнивеция кладёт руки на плечи Эрвина, её ладони скользят по его рукам. Чёрт! Этот невинный жест показался таким интимным. Охватило необъяснимое острое желание оказаться на месте брата. Это было впервые, когда Адриан позавидовал Эрвину. Странные чувства категорически не понравились тогда, и ещё больше разозлили сейчас. Стресс, что ли, так подействовал?
Адриан отлепился от окна и вышел из комнаты. Если не с Винеттой, то хоть с кем-нибудь поговорить ему всё-таки надо было. Как вариант, выйти на площадку для фехтования. Среди болельщиц полно желающих с ним пообщаться. Но дамского общества категорически не хотелось. Поэтому решил найти Эрвина. В апартаментах брата не оказалась. Значит, искать надо в оранжерее.
Зимний сад Адриану нравился. И хотя принц никогда бы в этом не признался, но считал, брата талантливым биологом. Вырастить столько сортов экзотических растений – тут не только терпение надо, но и умение анализировать. Эх, вот если б к этому своему увлечению ботаникой, Эрвин добавил бы хоть немного чисто мужских занятий. Сколько Адриан потратил сил и энергии, чтобы раскачать брата. Как самозабвенно старался заинтересовать его хоть чем-то из того, чем увлекается сам. Как долго не мог смириться с тем, что брат, однажды резко изменившись, навсегда стал другим.
Адриан дошёл до середины оранжереи и вдруг услышал странные звуки, доносящиеся из дальнего угла, где заросли растений были особенно плотными. В общем-то, ничего особенного в звуках не было. Они были обыденными для тренировочного зала или площадки для фехтования, только никак не вязались с зимним садом. Может, послышалось? Осторожно подошёл поближе. Теперь к звукам добавился ещё и голос Юнивеции:
– Движение надо делать резче и амплитудней. Участвует не только рука. Податься вперёд необходимо всем корпусом. Давай ещё разок.
Адриан ушам своим не поверил. Обогнул заросли какого-то колючего кустарника и оказался на площадке, где растительность была тщательно выкорчевана. Увидел Эрвина, который находился в боевой стойке со шпагой в руках. Юнивеция, обхватив его сзади, направляла движения, объясняя, как сделать один из атакующих приёмов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Дыхание перехватило от этой сюрреалистичной картины.
– Что здесь происходит? – прогремел ошалевший Адриан.
В первый момент парочка от неожиданности замерла. Но Юнивеция нашлась быстро:
– Здесь происходит тренировка.
– Какая, к чёрту, тренировка? – возмутился Адриан.
– Обыкновенная. Тренировка по фехтованию, – спокойно ответила Юнивеция.
Глава 28. Вызов
