В соответствии с рутинными правилами действий в аналогичных ситуациях, Фрэнклин побежал через двор к задней двери, а свидетель подошел к парадной двери и позвонил, но затем обратил внимание, что дверь закрыта не плотно. Он открыл дверь, сообщил что он офицер полиции, не получил ответа и вошел в дом. Осмотрев комнаты он обнаружил на полу в кабинете осколки толстостенного стеклянного стакана, а так же человека, лежавшего на правом боку, правая рука была отброшена чуть в сторону, левая рука лежала на теле, а левая кисть была согнута. Вокруг тела валялось много осколков, свидетель шагнул к телу и нагнулся, чтобы проверить пульс лежавшего на полу. Пульс был очень слабым и неровным, и в тот же момент свидетель услышал голос своего напарника, который сообщил, что видит человека, заглядывающего в боковое окно. Свидетель сразу же пошел к задней двери, открыл дверь, впустил напарника, который ждал вместе с человеком, назвавшимся Дональдом Дерби, помощником доктора Бэбба. Хеспер подтвердил что на Дерби не было одето ничего, кроме махрового полотенца, обмотанного вокруг бедер. На теле блестели капельки воды, поскольку Дерби вылез прямо из-под душа. Свидетель задал Дерби несколько коротких вопросов и отправил его в квартиру одеться, а сам вернулся в комнату вызвать скорую помощь и специалиста по отпечаткам пальцев.
Свидетель далее сообщил, что соседка, миссис Данкирк, а именно она и позвонила в полицию, пришла к парадной двери, чтобы дать показания, после чего свидетель вновь позвонил в участок, чтобы всем радиофицированным машинам, находившимся неподалеку, передали приказ оказать поддержку.
– Переходим к перекрестному допросу, – сказал Баллантайн.
– Вы следовали всем правилам осмотра места преступления? – спросил Мейсон.
– Да, сэр.
– Вы осмотрели дом как с фасада, так и с заднего двора?
– Да, сэр.
– Итак, после того, как вы вызвали скорую помощь и попросили прислать специалиста по отпечаткам пальцев, вы позвонили еще раз, чтобы попросить дополнительные машины?
– Да.
– Почему?
– Потому что я хотел задержать молодую женщину, которую видели выбегавшей из дома.
– Кто ее видел?
– Миссис Данкирк.
– Он дала вам описание этой молодой женщины?
– Да.
– Что она сказала?
– Одну минуту, – вмешался Баллантайн. – Нам не нужны свидетельские показания с чужих слов. Забудьте о том, что она вам сказала.
– У меня нет возражений, – сказал Мейсон.
– У меня есть, – возразил Баллантайн. – Давайте не будем захламлять записи секретаря показаниями с чужих слов, иначе очень скоро защита начнет подвергать сомнению любые, в том числе несущественные и не играющие никакой роли улики и показания.
– Но вы всегда можете протестовать, – напомнил Мейсон. – И ваш протест будет принят.
– Именно это я сейчас и делаю, – сказал Баллантайн.
Судья Камерон улыбнулся:
– Протест принимается.
– Вы разговаривали с соседкой доктора и, после того, как вы получили от нее новые данные, вы предприняли ряд конкретных действий?
– Да, сэр.
– Какие именно?
– Я оставил своего напарника Джорджа Фрэнклина следить за домом, а сам стал патрулировать близлежащие улицы, стараясь обнаружить эту молодую женщину.
– Вы разговаривали с соседями, которые живут и восточнее и западнее дома доктора?
– Я разговаривал с соседкой, которая живет в доме с восточной стороны, поскольку она сама пришла рассказать мне, а уже через минуту я ехал в машине и искал молодую женщину. Я побеседовал с соседями, которые живут с западной стороны чуть позже, когда понял, что поиски молодой женщины бесполезны. Соседей, в момент нападения на доктора, дома не было.
– Вы можете точно рассказать нам, что именно сделали, чтобы улики в доме не были бы уничтожены?
– Несомненно. Мы закрыли дом и постарались ни к чему не прикасаться, чтобы случайно не уничтожить какие-либо вещественные доказательства.
– Помощник доктора входил в дом вместе с вашим напарником?
– Мы не впустили его в дом, – с непонятным презрением ответил Хеспер. – Я допросил его, стоя в дверях. Затем я отправил его домой, чтобы он оделся и никуда из квартиры не выходил. Я не мог впустить его в дом, поскольку первым осматривает место преступления специалист по отпечаткам пальцев. Мой напарник следил за домом пока не прибыли криминалисты.
– И когда они прибыли?
– Скорая помощь приехала где-то через пятнадцать минут. Полицейские машины, тем временем, прочесывали близлежащий район, поскольку молодая женщина все еще могла находиться где-то неподалеку.
– Сколько времени продолжались поиски женщины?
– Я бы сказал – минут десять. Мы убедились в том, что женщина ускользнула от нас, поэтому патрульные машины вернулись на свои маршруты. Мы с напарником передали дело прибившим криминалистам.
– Что было дальше?
– Мы начали проверять фактор времени. Помощник доктора Бэбба был уверен, что доктор подошел к задней двери, чтобы позвать его, открыл дверь и в тот же момент преступник втащил его обратно в дом.
– Одну минуту, – вмешался судья Камерон. – Мы опять выслушиваем свидетельские показания с чужих слов. Возможно, часть из них весьма уместна, поскольку они касаются объяснения того, как свидетель начал проверять фактор времени. Тем не менее, это свидетельские показания с чужих слов.
– Но, Ваша Честь, – запротестовал Баллантайн, – свидетель сам начал об этом рассказывать. Это существенный вопрос, который, несомненно, лишь поможет всем нам разобраться в деле.
– Никто из нас не возражает, Ваша Честь, – добавил Мейсон. – Мы просто хотим точно знать, как шла работа. В конечном счете, это всего лишь предварительное слушание и Суд может не принимать во внимание улики, которые считает неуместными.
– Что ж, хотя я и считаю, что не стоит в первую очередь обращать внимание на свидетельства с чужих слов, – вздохнул судья Камерон. – Но, в интересах следствия, я разрешаю свидетелю продолжать.
– Я рассуждал следующим образом, – говорил Хеспер. – Основываясь на том, что последний крик, который услышала миссис Данкирк, имел место до того, как полиция была извещена, и, основываясь на том, что помощник доктора стоял у окна четыре секунды – а мы смогли вычислить это время как по тому, что он повторил нам последовательность своих действий, так и по тому, что проверили размер лужи, которая натекла с него, пока он стоял у окна, – мы вычислили временной интервал, который разделял крики и тот момент, когда Дерби увидел, как закрывается дверь, так же как и время которое разделило захлопывающуюся дверь и тот момент как мы подъехали к дому. Мы проследили за каплями на линолеуме в квартире Дерби, которые вели от душа до окна, от окна до места, где он схватил полотенце, затем до ступенек, по которым он бежал из своей квартиры, иными словами, мы смогли проследить, шаг за шагом, маршрут помощника доктора. Проведя сравнительный тест, но оставаясь в обуви, мы определили, что Дерби, выскочив из-под душа, мог оказаться возле задней двери через десять-двенадцать секунд. Конечно же, он был босиком, поэтому и мы сняли ботинки и носки, и провели еще один следственный эксперимент. Бег босиком по лестнице, а затем по земле занял больше времени и в итоге мы получили результат в пятнадцать-восемнадцать секунд.
