Читаем без скачивания Наследница - Кира Касс

— Кстати, — оглянувшись, произнес папа. — Я, конечно, дал волю своим чувствам и разрешил отправить его назад, не удостоверившись, что он пришел в сознание, но если он все же умер, это будет выглядеть очень некрасиво.

Сурово поджав губы, я бросила на папу ироничный взгляд:

— Очень хорошо. Впредь мы никого бездумно не вышвыриваем за ворота.

— И побольше поединков на мечах! — под аккомпанемент нашего смеха завопил Кейден.

— Спокойной ночи. Не засиживайтесь допоздна, — покачала головой мама.

Мы, впрочем, и не собирались, но за разговорами время пролетело незаметно. И в результате я заснула, притулившись к Кейдену, положив голову на руку Арену и чувствуя у себя на ноге руку Остена.

На следующее утро я проснулась раньше остальных и с нежной улыбкой посмотрела на братьев, моих верных защитников. Мне ужасно хотелось остаться с ними. Однако суровая правда жизни диктовала мне свои правила игры. Ведь я была не только сестрой, но и принцессой. Поэтому я встала, чтобы во всеоружии встретить новый день.

Утром за завтраком я поймала себя на том, что разглядываю парней, пытаясь определить, нет ли среди них еще какого-нибудь морального урода вроде Джека. Ну да, если бы я в первые дни обращала бы на Избранных больше внимания, то наверняка заметила бы, что Джек не дружит с головой.

Я остановила взгляд на уже хорошо знакомых лицах Генри и Хейла. Даже присутствие Эрика меня сейчас, скорее, радовало. Что ж, есть еще в этом мире нормальные парни, и не стоит из-за одного извращенца подозревать всех вокруг.

Затем я напомнила себе, что я как-никак принцесса, и сразу взяла себя в руки. Нет, я не могла позволить себе проявления слабости.

Когда завтрак подходил к концу, я поднялась из-за стола и попросила внимания:

— Господа, у меня для вас сюрприз. Через пятнадцать минут приглашаю вас в студию на интересное игровое шоу.

Кто-то засмеялся, кто-то захлопал в ладоши, однако ни один из них не подозревал, какая засада их ждет впереди. И мне даже стало немного не по себе. Ну да ладно, сейчас не до рефлексий. Я покинула столовую раньше других, чтобы перед съемкой успеть поправить платье и прическу.

Избранные, пришедшие в студию вскоре после меня, остолбенели, увидев декорации.

Я села лицом к аудитории, совсем как школьный учитель, парней рассадили на табуреты, снабдив каждого из них бумагой, маркером и картонной карточкой с именем вроде тех, что я видела в телевизионных игровых шоу.

— Добро пожаловать, господа! — пропела я. — Занимайте, пожалуйста, свои места.

Внимание, мотор! И операторы принялись снимать, как парни, смущенно улыбаясь и растерянно качая головой, искали свои места и прикрепляли к груди карточки.

— Сегодня мы проведем небольшой тест на знание родной страны. Обсудим историю, внешнюю и внутреннюю политику. Тому, кто даст правильный ответ, одна из этих дам, — я махнула рукой на стоявших в сторонке девушек из обслуги, — прикрепит к груди стикер с золотой буквой «V». Один неверный ответ — и вы получаете черную букву «X».

Ребята, возбужденно посмеиваясь, устремили взгляды на корзины со стикерами.

— Не волнуйтесь, все это просто развлекушки. Однако я непременно использую полученную информацию при проведении следующего отсева. Преобладание черных меток вовсе не означает автоматического исключения... Но не забывайте, Большой брат следит за вами, — направив на них указующий перст, пошутила я. — Итак, первый вопрос. Причем очень важный. Назовите день моего рождения.

Парни, хихикая и заглядывая через плечо соседа, склонились над бумагой.

— Все, время вышло. Поднимите бумажки с ответами! — Увидев широкий разброс дат, я демонстративно вытаращила глаза.

Кайл, естественно, знал, что это 16 апреля, кстати, как и многие другие, но вот практически никто не смог угадать год.

— А знаете, пожалуй, я отмечу всех, кто вообще не указал апрель.

— Вот здорово! — с энтузиазмом откликнулся Фокс, его радостно поддержали Лодж и Калвин.

На сцене появились ассистентки, и парни, получившие черную метку, театрально застонали, но стикеры взяли беспрекословно.

— А теперь вопрос, на который найдется множество возможных ответов. Итак, назовите самых верных союзников Иллеа.

Кто-то совершенно верно назвал Францию, Италию и Новую Азию. А Генри, под удивленные возгласы, предложил свою родную страну Свендей.

А вот на бумажке Джулиана были нарисованы стрелки, идущие к его лицу, а сверху заглавная буква «Я».

— Эй, а что это значит? — Я ткнула в него пальцем, пытаясь сохранить серьезность.

— Ну, я просто прикинул, что реально смогу быть отличным другом, — расплылся от уха до уха Джулиан.

— Глупости, — покачала я головой, хотя, если честно, мои слова прозвучали не слишком осуждающе.

— Так он получает «X» или что-нибудь другое? — спросила озадаченная ассистентка.

— Ну естественно, «X», — заверила я ее под дружный смех парней, включая самого Джулиана.

Затем конкурсанты более-менее правильно назвали имя Августа Иллеа, соратника папы в борьбе с отрядами повстанцев, ну а историю Четвертой мировой войны знали практически все. И когда наше мероприятие подошло к концу, я поняла, что мальчики в большинстве своем очень неплохо подкованы, что меня приятно порадовало.

— Ладно. Давайте посмотрим. Так, и у кого больше всех золотых стикеров?

Ассистентки помогли мне подсчитать стикеры, и я объявила количество очков:

— У Хейла — шесть. У Рауля и Ина столько же. Браво, джентльмены!

Я похлопала в ладоши, остальные меня поддержали, не успев толком сообразить, что будет дальше.

— Теперь давайте узнаем, у кого больше всего черных меток.

Ассистентки показали мне на беднягу Генри — обладателя самого большого числа черных стикеров.

— Генри, о нет! — добродушно рассмеялась я, желая показать ему, что не придаю особого значения этой игре.

Положа руку на сердце, я действительно собиралась отсеять кого-нибудь после игры, однако в случае Генри было очевидно, что его пробелы в знаниях обусловлены исключительно сложностями перевода и недостаточным сроком пребывания в нашей стране.

— Ну, кто там у нас еще? Бурк и Айван. Ну-с, могло быть и хуже. — На самом деле оба они справились весьма посредственно, но по сравнению с Генри у них было на три правильных ответа больше. Ладно, по крайней мере, я нашла объяснение своего равнодушного отношения к Айвану. — Господа, спасибо, что уделили мне время. Я непременно учту эту информацию, когда в ближайшие несколько недель продолжу сокращать число кандидатов. Мои поздравления всем, кто сумел продемонстрировать столь глубокие знания! — Я зааплодировала, и операторы выключили камеры. — Но прежде чем вы уйдете, хочу задать вам последний вопрос. Вопрос несложный, поскольку относится он к нашей недавней истории. — (Парни в ожидании очередной засады принялись нервно переговариваться.) — Если вы знаете ответ, то можете, не стесняясь, просто кричать. Готовы? Так вот, кто скажет, в каких случаях допустимо лапать меня без моего разрешения?

Я с каменным лицом уставилась на них, в глубине души опасаясь, что кто-нибудь сейчас, не дай бог, засмеется. Они начали недоуменно переглядываться, и только у Хейла хватило мужества ответить.

— Никогда! — выкрикнул он.

— Правильный ответ. И постарайтесь хорошенько его запомнить. Ведь именно неведение стало причиной того, что Джек Рейнджер вылетел отсюда, как пробка из бутылки, заработав попутно увесистую затрещину от моего брата и несмываемое пятно позора на всю жизнь. Если кто-нибудь из вас попытается дотронуться до меня без моего разрешения, он будет жестоко наказан. Я понятно выразилась? — (В студии воцарилась мертвая тишина.) — Отлично. Молчание — знак согласия.

И с этими словами я вышла из комнаты. Надеюсь, они хорошо зарубили себе это на носу. Все, игры закончились, началась суровая реальность.

После ланча папа, как ни странно, так и не появился в кабинете. И когда туда зашла леди Брайс, я сидела в гордом одиночестве.

— Ваше высочество, — обратилась ко мне леди Брайс, — а разве вашего отца еще нет?

— Нет. Ума не приложу, что могло его так сильно задержать.

— Хмм... — Она задумчиво поправила стопку бумаг, которые держала в руках. — Мне нужно срочно с ним поговорить.

Леди Брайс казалась женщиной без возраста. Конечно, она была старше меня, но моложе папы. За все время мне так и не удалось понять, что она за человек. Я не могла сказать, что она мне не нравится, но меня всегда удивляло, почему папа предпочитает работать именно с ней. Ведь она была единственной женщиной в его команде.

— Может, я могу быть вам чем-то полезна? — спросила я.

Она опустила глаза, обдумывая мое предложение.

— Не уверена, захочет ли ваш отец более широкого распространения данной информации. Поэтому, пожалуй, нет. Прошу меня извинить.