на первой ступеньке, оказалась к ней вплотную.
– Вот и хорошо. Рада, что тебе ясно. – Дальше она заговорила так тихо, что мне пришлось напрягать слух: – Не забывай, я тебя знаю как облупленную, Джилл. Ты помешана на контроле. Советую осознать: ты больше не можешь контролировать Тома. Тебе придется с этим смириться.
– Том вполне самостоятельная личность, – задохнулась от возмущения я. – И в твоем руководстве он тоже не нуждается.
– А вот это мы еще посмотрим, – зашипела она.
Я тяжело задышала и скрестила руки на груди.
– Я навсегда останусь его матерью. И буду рядом, когда он тебе надоест. Ибо не забывай, я тоже хорошо тебя знаю, Бриджет. Я знаю, как быстро тебе становится неинтересно, как ты любишь идеализировать, но не приемлешь реальное положение дел. В точности, как твой сын.
Я с удовольствием смотрела, как с ее лица сползает фальшивая улыбка.
– Не смей примешивать сюда моего сына. – Накрашенные губы изогнулись в недобрый оскал, в глазах сверкнула ярость. – Я могу превратить твою жизнь в ад, помни об этом. Давай вести себя друг с другом вежливо ради Тома, иначе ты рискуешь нажить в моем лице врага. Тебе решать, Джилл.
– Эй! О чем это шепчутся две мои любимые девочки? – В холл вышел ничего не подозревающий Том.
– Вспоминаем старые добрые дни! – откликнулась Бриджет. Она убрала ногу с нижней ступеньки, давая мне, наконец, возможность сойти с лестницы.
Она поцеловала Тома в губы и небрежно обронила:
– Твоей маме очень понравилась стена памяти Джесса.
Я внимательно следила за реакцией сына.
– Это Бридж отлично придумала, правда, мам?
– Целое море фотографий, – коротко ответила я.
– Да, столько моментов, ценных и для меня тоже. – Он окинул взором стену и потупил глаза. – Я любил Джесса как брата. Вспоминаю его каждый день.
– Пошли! – Бриджет потащила моего сына за собой. – Ты же знаешь, Джесс не хотел бы, чтобы мы разводили нюни. Давайте выпьем, обед почти готов!
Они бодро зашагали в кухню, а я снова осталась в холле одна. Как ни силен был соблазн тихонько просочиться наверх и немного пошпионить, я решила дождаться, пока Том предложит осмотреть дом. Хотя мне наверняка станет противно до тошноты, когда я представлю своего ненаглядного мальчика с ней.
Я нехотя поплелась на кухню. Уловив краем глаза движение справа, повернулась и заметила Эллиса. Он сидел один в освещенном уголке комнаты. Игровая приставка работала, свет от экрана падал на Эллиса, но мальчик не играл; он с потерянным видом смотрел куда-то в пространство. И хоть он ни разу не видел отца, то, что бабушка вышла замуж за человека, которого осудили за его убийство, наверняка не укладывалось у бедняги в голове.
– Привет, Эллис! – заглянув в комнату, поздоровалась я. – Рада, что мы наконец-то увиделись.
– Здрасьте, – буркнул он и уткнулся в приставку.
Интересно, о чем сейчас думает Эллис? О том, что я мать человека, убившего его отца? По всей видимости.
Я зашла в комнату, но увидев, как встревожился мальчик, остановилась.
– Не волнуйся, я сейчас уйду. Только хотела сказать, что знаю, как тебе сейчас тяжело. Я понимаю, и если…
– «Тяжело» – не то слово. Это невыносимо, – раздалось за моей спиной.
Позади меня стояла Корал.
– Невыносимо нам обоим, если хотите знать. – Она вошла в комнату и прикрыла за собой дверь. – Я знаю, вы ее не любите. Я сразу поняла. Мы в ловушке. Бриджет контролирует нашу жизнь. А Эллис… он признался, что ненавидит Тома… Простите, Джилл, что вынуждена вам такое говорить, но Бриджет заставляет Эллиса проводить время с Томом, и это несправедливо. – Корал нервно обернулась на неплотно прикрытую дверь. В ее глазах светился страх. – Только, пожалуйста, ничего ей не говорите. Не сегодня, когда Бриджет в хорошем настроении. Иначе она меня никогда не простит. И так уже грозится, что перестанет помогать с арендной платой.
– Не скажу ни слова. – Я дотронулась до руки Корал. – Поверь, я тоже не одобряю этот брак. И прекрасно понимаю, как тяжело твоему сыну общаться с Томом.
Эллис, весь красный, молчал, опустив голову. Я решила высказаться откровенно.
– Если захочешь поговорить, только дай знать, – обратилась я к нему. – Я всегда готова…
Корал вдруг странно на меня посмотрела, и мой голос осекся.
– Спасибо за предложение, но вряд ли это поможет. Вы ни в чем не виноваты, я знаю. На самом деле мне вас очень жаль.
– Жалеть меня не надо, – с напускной беззаботностью произнесла я. – Я справлюсь, как справлялась со всем остальным в жизни. И я ни капли не боюсь Бриджет.
– А стоило бы.
– Ты о чем? – нахмурилась я.
– Да так.
– Корал, если мне следует что-то знать, прошу, скажи. Меня тоже беспокоит этот липовый брак.
Она посмотрела на меня чуть ли не с жалостью.
– Я просто сорвалась. Мне нечего вам сказать.
Но Корал явно что-то скрывала. Я видела. На мгновение она заколебалась и чуть не раскрыла важный секрет, но потом передумала. Что ж, я не стану дожидаться, когда Корал созреет. Выясню сама. Я опытный библиотекарь и сумею накопать информацию. Надо помочь Тому аннулировать этот позорный брак, и времени у меня в обрез.
Глава 26
Бриджет
Я, конечно, заметила, что Джилл, Корал и Эллис вернулись в кухню одновременно. И Джилл, и Эллис не смотрели мне в глаза, и я тут же догадалась: их что-то гложет.
– Проголодалась, Джилл? У меня уже слюнки текут! – весело произнесла я, хотя в глубине души мечтала, чтобы они с Робертом поскорее уехали.
Я и забыла, какая хитрая интриганка скрывается за внешностью серой мышки. Я повернулась к бутылкам, выставленным в ряд на разделочном столе.
– Я купила нам шампанского, – подмигнула я бывшей подруге, чувствуя, как по телу разливается приятное алкогольное тепло. – Ты отстаешь от меня на бокал, и сейчас мы это исправим!
Я налила ей игристого, попутно отметив, что в дверях кухни со скрещенными на груди руками стоит бледная от злости Корал. Я специально не предложила ей напиток – нечего тут торчать, подслушивая каждое наше слово. Но она, естественно, ни на шаг не отпускала от себя Эллиса, тем самым лишь нервируя его.
Том и Роберт молча взглянули на недовольную Корал и поникшую Джилл. Похоже, нам предстоял веселенький вечерок.
– Бридж, все хорошо? – многозначительно спросил Том. – Тебе чем-то помочь?
– Все под контролем, но спасибо, что спросил. – (Кстати, Джилл даже не предложила как-то поучаствовать). – Приглашаю всех к столу.
Присутствующие двинулись к столу, который я сервировала без особых изысков: белые льняные
