половинная мощность, — распорядился примарх. — Отключить кормовые батареи с первой по четвёртую.
Легионеры откликнулись, подтверждая получение приказов, и в течение минуты схемы звёздной крепости на вспомогательном дисплее изменились, отражая новое состояние двигателей и энергосистемы.
— Мой господин, я знаю, что вы полностью осведомлены о том, как ограничены возможности «Фаланги» на скоростях ниже боевой, а потому чувствую, что обязан спросить, каковы ваши намерения.
Дорн, погрузившись в раздумья, несколько секунд не отвечал и взирал только на один из гололитов в глубине огромного стратегиума. Наконец он моргнул и перевёл взгляд на хускарла.
— Я желаю хорошо рассмотреть вражеские корабли. Если они установят размеры и мощь «Фаланги», то, возможно, откажутся от сближения, поэтому сейчас мы маскируемся под менее крупный звездолёт.
Гидореас кивнул. Легионес Астартес, и особенно Имперские Кулаки, редко применяли обманные манёвры. В целом это обосновывалось тем, что такие ходы чрезмерно полагаются на огрехи противника — надежду на то, что он не обнаружит уловку. Впрочем, в нынешних обстоятельствах хускарл понимал, почему от них требуется скрыть свою силу и спровоцировать неприятеля на атаку, хотя в большинстве ситуаций такие действия стали бы нелогичными.
Корабли противника, откровенно показывая свои намерения, в последующие минуты набирали ход, приближаясь к «Фаланге». Оказалось, что в одном из плазменных шлейфов скрывались два звездолёта меньших размеров, и, как только противник вошёл в зону боевого сканирования, Нитталья Кирасова уверенно объявила:
— Два капитальных корабля и два эскорта, мой господин. Идут прямо на нас. Мощные всплески энергии указывают, что их оружие заряжено.
Из другого сенсорного блока поступил сигнал о попытке сканирования для наведения на цель.
— Отлично, враждебность неприятеля подтверждена, — заключил Дорн.
— По протоколу нам следует передать сообщения с требованием мирных переговоров и Согласия, — негромко произнёс Гидореас. Слова давались ему с трудом, ведь хускарл уведомлял примарха о том, что Рогал наверняка знал и сам, однако офицер ясно понимал свои обязанности как заместителя командира. — Мне отдать приказ?
— Не в этот раз, мой хускарл, — медленно произнёс Дорн, нахмурив брови. — Я не думаю, что к нам прислушаются, и предпочёл бы не уведомлять о наших намерениях, пока враги ещё могут отвернуть и уклониться от боя. Мне бы хотелось как следует рассмотреть их.
Корабли противника, мчавшиеся в атаку, уже находились в пределах досягаемости лэнс-излучателей, однако Дорн не отдавал приказа лазерным турелям захватить цель и открыть огонь. Примерно через минуту кто-то из бригады слежения выкрикнул предупреждение о том, что на «Фалангу» наводят несколько орудий.
— Реакторы на сто десять процентов, двигатели — полный вперёд! — рявкнул примарх. Повернувшись спиной к стратегиуму, он направился к воротам в задней части площадки. — Всем ремонтным бригадам сосредоточиться на пустотных щитах. Запитать основной телепортариум. Магистр хускарлов, собери ударную группу из пятидесяти легионеров. Провост-лейтенант Вендраал, на тебе командование стратегиумом.
— Вы хотите взять врага на абордаж, господин? — уточнил Гидореас, шагая за примархом, пока по залу разносились очередные подтверждения того, что приказы ясны.
— Мне надо хорошенько поглядеть на них вблизи, а им, полагаю, нужно то же самое, — сказал примарх, и его руки внутри массивных латных перчаток сжались в кулаки. — Потеря целой оперативной группы заслуживает моего личного внимания.
Пока они спускались по палубам к главному залу переносов, Рогал Дорн непрерывно отдавал краткие распоряжения орудийным расчётам, навигационным командам и персоналу телепортариума. Гидореас созвал пять отделений хускарлов и повелел им присоединиться к примарху на основной телепортационной площадке. Между тем по воксу поступил рапорт о том, что противник ведёт обстрел из лазерных орудий, но первые лучи поглотил многослойный заслон из пустотных щитов «Фаланги».
— Ответный огонь не открывать, — наказал Дорн. — Ждать моего приказа. Станции слежения, есть ли признаки наличия пустотных щитов на вражеских кораблях?
Ответ прозвучал через несколько секунд.
— Никак нет, владыка примарх, — ответила Кирасова. — Энергетическая схема иная, однако же их щиты напоминают стандартные силовые поля. Телепортация должна пройти успешно.
— «Должна»? — рявкнул Гидореас. — Лейтенант, мы не отправим примарха через телепорт с гарантией вроде «должно сработать».
— Разумеется, нет, заместитель командующего. Я посоветуюсь с адептами Механикума в телепортариуме.
— Время до переноса? — спросил Дорн, когда их траволатор резко замедлился и остановился.
— Три минуты и четыре секунды при текущих скоростях, владыка примарх, — доложил штурман.
Рогал с хускарлом двинулись к главному залу телепортариума, а в противоположном конце коридора показались отделения бойцов Гидореаса. Облачённые в терминаторские доспехи, они колонной по пятеро прошагали к широким воротам отсека для переноса и встали там. Со стороны легионеры больше походили на стену из металла и керамита, чем на полуроту воинов.
Двери с грохотом раздвинулись, открывая проход в просторный зал с низким потолком, залитый электрическим светом. Из оголённых реле вырывались разряды энергии, и платформу телепорта обвивали дуги актиничных молний. Техножрецы Механикума, чьи лица скрывались под капюшонами красных балахонов, возились с панелями управления и кабелями.
— Магос Ортсиакс заверяет меня, что вражеские силовые поля не повлияют на луч наведения телепорта, мой господин, — сообщила Кирасова.
— Позвольте мне сначала отправить одно отделение, просто для уверенности, — предложил Гидореас.
Примарх не ответил и зашагал между послушниками Механикума, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону — он явно кого-то искал. Наконец Дорн обнаружил старшего из техножрецов, магоса Ортсиакса. Тот отвернулся от наполненной искрами стеклянной трубки, и сочленённые щупальца, вздымающиеся у него над спиной, на секунду опустились, изображая поклон.
— Насколько надёжна ваша оценка в отношении луча телепортации, магос? — требовательно спросил Дорн.
В тени под капюшоном Ортсиакса блеснули искусственные глаза. Когда он заговорил, его голос звучал шипяще и влажно от мокроты.
— Надёжна на сто процентов, Рогал Дорн. Я произвёл расчёты лично, и их по отдельности проверили три эксперта.
— Отлично, продолжайте приготовления.
— Главный телепортариум уже выведен на полную мощность, Рогал Дорн, — уведомил магос.
— Понял вас.
Как только примарх отошёл от магоса, к Ортсиаксу приблизился
