Глава 19
Наутро Корна ушла с сестрой на рынок – вместе будут торговать. А Елинка выпросила себе в помощницы Феру и пошла «посмотреть город». План смотрин у нее уже был готов, поэтому первым делом отправились к лучшей городской портнихе.
– Фера, она точно лучшая?
– Точно-точно, у нее сама баронесса шьет. И все дворянки там же, кому денег хватает.
– Зовут её как?
– Фру Калерия. Она из самого Кроуна приехала.
Шли они по самой большой улице города, и Фера трещала, рассказывая, где и кто тут держит лучшие лавки и магазины. Где самые вкусные сладости, а где лучшие ткани, даже бархат и ситец есть.
Городок был чистенький, по-провинциальному уютный и немножко снобистский.
Всю дорогу Елина внимательно рассматривала встречных дам. Дамы были прекрасны, пренебрежительно косились на двух нахальных девчонок, которые портили собой это мирное утро. Дам сопровождали. Кого – мужчина, кого – служанка, постарше и посолиднее видом. Некоторые шли с подругой. Пожалуй, это всё же не те мракобесные времена, когда женщинам совсем не позволялось выходить из дома в одиночку. Елину это радовало.
Ателье занимало первый этаж трехэтажного дома.
Все было очень красиво и очень дорого. Светящийся потолок. Разложенные на огромном столе дорогие ткани, резные кресла для прекрасных посетительниц и даже большое зеркало, которое при ближайшем рассмотрении оказалось составленным из шести одинаковых плотно подогнанных стёкол. Даже манекен в готовом платье как бы говорил: «Здесь очень солидное заведение!».
Владелица была под стать своему ателье. Солидная дама оказалась, габаритная. Величественно обмахивалась веером размером с совковую лопату. На вежливое – «Добрый день!» – не ответила, а на вопрос – «Где можно показать товар?» – небрежно ткнула пальцем в сторону портновского стола, даже не снизойдя до разговора.
Там Елина развернула перед ней платье.
Фру Калерия придирчиво осмотрела швы, обратную сторону вышивки, поморщилась и сказала:
– По серебрушке за каждое. И учти, милочка, я еще и переплачиваю по доброте душевной.
«Милочку» душевная доброта не впечатлила. Где вы видели женщину, выжившую в лихие девяностые, и не умеющую торговаться?
Правильно, не бывает таких.
– По две с половиной за каждое. Торговаться я не буду, если нет – уйду к вашей конкурентке. И учтите, эта вышивка сделана самой Линдой, знаменитой вышивальщицей старой герцогини.
Про себя она подумала: «Дурища какая, надо было хоть имя старой герцогини узнать. Сейчас спросит – я и засыплюсь…».
– Нахалка, вон отсюда! Да таких цен не бывает! И Линда уже давным-давно не живет в Кроуне. Она уехала оттуда чуть не двадцать лет назад!
– Хорошего вам дня, фру Калерия.
– Вернись немедленно! Что за поведение? Никакого почтения к старшим!
– Два с половиной за каждое.
Фера спряталась за спину Елинки и делала вид, что её тут нет.
Рассержено фыркнув, фру Калерия велела ждать.
Елина первый раз держала в руках монеты этого мира и рассматривала их с любопытством. Медяшки были размером в три раза крупнее серебрушек. Примерно, как «екатерининский» пятак. Не слишком она разбиралась в чеканке, но монеты были одна в одну. Все же, наверное, здесь есть что-то вроде прессов и станков. Вручную такие одинаковые не сделаешь. Ну, так ей казалось
Сложила деньги в мешочек и снова обратилась к несколько рассерженной хозяйке.
– Мама учила меня вышивать.
– Мне не нужны нахальные девчонки, можешь убираться, я никогда не возьму тебя на работу!
Елинка достала шпильку с канзаши. В руки посмотреть не дала, но сказала, что кроме такого может показать еще несколько приёмов, которые не знают даже в Кроуне. Дескать Линда сама придумала. И назвала цену обучения.
Все фото взяты из инета
Канзаши фру Кальму впечатлило, и торговалась она без энтузиазма.
Через три часа, став богаче ещё на пять золотых, она покинула фру Калерию. Кажется, достопочтенная фру даже не слишком жалела о деньгах. То, что она получила взамен, вернет ей эти деньги с о-очень большими процентами.
Фера получила на руки полсеребрушки и, будучи в полном восторге от суммы, поклялась молчать до конца дней.
Мешочек с деньгами изрядно оттягивал руку. Всё же пластиковые карты значительно удобнее. Даже непонятно, как в книгах пишут, что средневековые кошельки цепляли на пояс. Такую тяжесть на поясе носить – кособокой станешь.
Следующим по плану стал визит к ювелиру. К лучшему ювелиру Варуса.
