Роб и Митч? — удивленно переспросил Хэнк. — Но что они могли не поделить?
Откуда я знаю? — ответила Рева, — Митч все равно ни за что бы мне не сказал. Но это была ужасная драка. Роб как будто с цепи сорвался.
А через несколько часов Митча нашли убитым, — закончил ее мысль мистер Долби.
Это было так странно, — подхватила Рева, — Роб — один из самых тихих и безобидных людей, каких я только знаю. Такой милый. Не могу поверить, что он способен так отчаянно драться. Он так злился на Митча!
Так злился, что был способен его убить? — спросил Хэнк.
Рева пожала плечами.
Отец внимательно посмотрел на изображение и сказал:
Я звоню в полицию.
Поскольку это была последняя суббота перед Рождеством, магазин был заполнен покупателями до отказа. И, несмотря на раннее время, к Санта-Клаусу уже выстроилась очередь из трех десятков нетерпеливых детишек.
Рева стояла в стороне, пытаясь сдержать эмоции, и наблюдала за Робом, который возился с детьми. «Может быть, я ошибаюсь», — думала она. Роб всегда казался ей чем-то вроде плюшевого мишки, иногда печального, но всегда милого. Неужели он действительно стал хладнокровным убийцей? «Может быть, я ошибаюсь. Просто невероятно, этого не может быть. Этого не может быть…»
И даже через несколько минут, когда к трону Санты подошли четверо полицейских, Реве все еще казалось невероятным то, что Роба могут подозревать в убийстве. Как раз в этот момент на коленях у него сидела маленькая девочка в ярко- оранжевых трикотажных брюках и свитере. Мрачные полицейские окружили трон, вызвав искреннее возмущение девочки, которая кричала: «Сейчас моя очередь!» Один из полицейских бережно снял ребенка с колен Санты.
Что происходит? — обеспокоено спросил Роб,
Санту арестовали! — воскликнул кто-то из детей, стоявших в начале очереди.
Смотрите! Арестовывают Санта-Клауса!
Что он мог натворить?
Остановите их!
Они не могут арестовать Санту!
Крики возмущенных и обеспокоенных детей смешались с приглушенными голосами удивленных родителей. Двое полицейских взяли Роба под руки и стащили с трона. Один из них сорвал с него бороду. Несколько детей, наблюдавших эту странную сцену, ахнули, потом какой-то мальчик громко расплакался.
Вы Роб Спринг? — спросил офицер.
Да, но я ничего не делал! — воскликнул тот, перекрикивая голоса детей и взрослых.
Проедемте с нами, вы должны ответить на несколько вопросов.
И полицейский повел Роба вниз. Трое его напарников слегка напряглись на случай сопротивления.
Но я ничего не делал! — испуганно повторил парень.
Вы что, будете сопротивляться? — вполголоса спросил офицер.
«Как это ужасно», — думала Рева, глядя на отца, тоже наблюдавшего за этой сценой. Он стоял и молча качал головой. Она поняла, что пора уходить, что больше ничего интересного не будет, но тут почувствовала за спиной какое-то движение. Обернувшись, Рева увидела, как сквозь толпу, яростно работая локтями, пробивается ее кузина.
Фокси! — кричала Пэм. — Что происходит? Почему они тебя арестовали?
Неужели Пэм знает Роба? Почему она зовет его Фокси?
Извините, мисс, — сказал один из полицейских, мягко отодвигая девушку.
Фокси, что случилось?! — восклицала она, хватая Роба за рукав костюма.
«Фокси? Наверное, это его прозвище».
Я только хотел помочь тебе, Пэм! — патетически воскликнул Роб.
Что? Что ты сделал, Фокси? Что ты сделал? — побледнев, спросила она.
Я только хотел помочь тебе. Хотел, чтобы все было справедливо, — ответил парень, глядя на Реву, застывшую за спиной у сестры.
«О чем это он? — спросила себя Рева, удивленная грозным, сердитым взглядом Роба. — Неужели он хочет признаться? Признаться в том, что убил Митча?»
Я сделал это ради тебя! — сказал Роб, обращаясь к Пэм.
Фокси, я… я не понимаю, — слабым голосом ответила Пэм и закрыла лицо руками.
Мистер Долби выступил вперед и обнял племянницу за плечи. Полицейские увели Роба.
Я только хотел отомстить Реве! — кричал тот, оборачиваясь и роняя на ходу шапку и рукавицы Санта-Клауса. Затем вся группа исчезла на лестнице.
Родители уводили своих расстроенных детей из уголка Санты. Повсюду слышался детский плач, сердитые голоса взрослых, чьи-то нервные перешептывания. Рева стояла около стены, не обращая внимания на шум и пытаясь понять, что имел в виду Роб. Он кричал, что сделал что-то ради Пэм, что хотел отомстить Реве. Как отомстить? Каким образом убийство Митча могло стать отмщением для нее? «Неужели я стала причиной убийства? — спрашивала себя девушка. — Как это могло произойти?»
Она посмотрела на опустевший уголок Санты. Теперь здесь стояла только Пэм, изучающе разглядывая свою сестру. Как будто обвиняя ее.
Глава 27
Снова тёмный магазин
Рева сама себе удивлялась. Она вернулась за прилавок и простояла там до конца рабочего дня. Общалась с покупателями, выслушивала их просьбы, много работала и заставляла себя не думать о том, что случилось. Но, несмотря на то что все произошло очень быстро. Рева снова и снова возвращалась к пугающим картинам. Укоризненный взгляд Пэм. Дикие, страшные крики Роба. Окровавленное тело Митча в коробке. «Слава Богу, хоть убийцу поймали, — успокаивала себя девушка. — Слава Богу, Роба нашли до того, как он убил кого-то еще».
День прошел па удивление быстро. Магазин закрылся в семь. Поскольку отец ушел на какие-то переговоры, Реве пришлось ехать домой на автобусе. Она вышла из служебного входа в холодный и ясный вечер. В иссиня-черном небе сверкал полумесяц. Девушка пошла к автобусной остановке прямо у магазина. Ее ботинки громко стучали по асфальту. Вдруг в тени стены она увидела фигуру человека. «Кого он ждет? Не меня ли?» От внезапного приступа страха она остановилась. Фигура быстро вышла из тени и оказалась перед Ревой. Та отступила назад и замерла.
— Пэм!
Ее сестра, одетая в плащ, держа руки в карманах, подошла к ней.
Пэм, что ты здесь делаешь? — с некоторым облегчением спросила Рева.
Счастливого Рождества, — печально сказала кузина. Ее волосы, обычно собранные в аккуратный хвостик, были разбросаны по плечам, глаза заплаканы. — Я… я ждала тебя. Думаю, нам надо поговорить.
Она с ожиданием посмотрела на Реву, и во взгляде ее не было никакого обвинения или холодности.
Конечно, — ответила та, изучая озабоченное лицо сестры.
Мы так давно разговаривали в последний раз, — тихо продолжала Пэм. — Я имею в виду — как сестры.
Рева вздохнула.
С того момента, как умерла мама, — прошептала она.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
