Асинаиля неуверенно коснулась отражения в туалетной комнате космопорта и губы неуверенно дрогнули, едва пальцы ощутили безразличный холод зеркала. Она свободна, она ничья и у нее хватит сил подарить себе и ребенку новую, замечательно - прекрасную жизнь. С этой внутренней уверенностью Ася и шагнула на борт корабля, чтобы добраться до затерянной в глубоком космосе маленькой планеты. Там пересела на экспресс до одного из спутников Кахалы, потом снова отправилась в путь, пытаясь запутать следы и только через три месяца судорожных метаний по холодным просторам космоса решилась осесть на Сагерти, почти уверенная в том, что здесь ее не догадаются искать.
Планета средней руки, без особенностей внешней и внутренней политики, с относительно развитой инфраструктурой и доброжелательным отношениям к не коренным жителям. Именно то, что искала Асинаиля в своем прибежище, не противник Мурано, не их союзник, нечто среднее и потому не приметное. Серость успокаивала, было приятно находиться в тени, надеяться на то, что теперь - то уж точно повезет и казались глупыми мечты о карьере, напрасные старания продвинутся вверх по служебной лестнице. К чему это ее привело?
Наверное, ее тихое счастье это простая квартира с бумажными обоями на стенах и окнами в городской парк за дешевой ситцевой занавеской. Из мебели диван, детская кровать и шкаф, на кухне стол, плита и одинокий табурет. После затканной золотом парчи и антиквариата Мурано, элегантной роскоши "Шивадо" почти вопиющая бедность, граничащая с нищетой. Но Асинаиля стоит у окна, поглаживая округлившийся животик и понимает, что именно здесь на Сагерти нашла свое неприметное счастье. Она в безопасности, у нее есть дом и совсем скоро появится красивая дочка. И деньги, ей так пригодились деньги Алеи, они спасли ее, они спасли ее дочь. Сагерти не славилась медицинскими клиниками и научными достижениями, но и здесь было возможным получить качественную помощь при определенных проблемах со здоровьем. И у нее они были, далекий привет из кошмарного прошлого.
- Судя по данным обследования, у вас были серьезные травмы, последствия аварии, - врач отрывается от разложенных перед ним на столе бумаг и испытующе смотрит на Асинаилю. - Часть органов искусственно заменена, даже удивительно, что вы смогли забеременеть.
- У меня трое детей.
Асинаиля безмятежно улыбается местному светилу акушерства, но тот не разделяет ее оптимистического настроя.
- Почему бы вам с супругом не остановиться на достигнутом, зачем рисковать жизнью?
- Это наш выбор.
Врач демонстративно морщится и веско произносит:
- Если вы погибнете, кто заменит мать вашим детям, ради чего рисковать?
Случайные слова бьют больно, наотмашь, сам того не зная доктор почти убивает ее.
- Мой муж справится, мы в разводе.
Светило некоторое время молчит, потом добавляет уже мягче:
- Это дорогое лечение...
- Я знаю, у меня достаточно средств.
Ей озвучивают стоимость, и Асинаиля невольно радуется щедрости Алеи, сумма действительно велика. Ей останется лишь на скромное жилье и питание... но трудности будут потом. Главное, она свободна и у нее будет ребенок, которого не отнимут после его рождения.
- Клиника настаивает на предоплате, ничего личного, вы же понимаете, это наша политика.
- Я могу внести всю сумму сегодня же.
Асинаиля дежурно улыбается врачу, невольно задаваясь вопросом, во сколько же обошлось Ярославу его желание отомстить ей? Удовольствие от мести на самом деле стоило этих денег? Оплатив услуги клиники, Ася устало бредет домой по главному проспекту, через городской парк, с непонятной жадностью вдыхая яркий, сочный, наполненный свежестью весны воздух и пыталась понять, зачем Ярослав с маниакальным упорством удерживал ее возле себя такое бесконечное количество лет. Вначале была его влюбленность, потом одержимость, превратившаяся со временем в жажду мести и ненависть. Он ненавидел ее, пытался убить... и не мог, возвращал, снова и снова тратясь на лучших докторов, оплачивая услуги хирургов и косметологов только для того чтобы через полгода привезти ее опять в одну из частных клиник Мурано потерявшую сознание от множества травм. А уж как изобретательны были его наложницы в гареме, с завидным постоянством не забывавшие мстить ей за недостаток внимания со стороны господина. Он с ними спал, конечно, но то была чистая физиология и никаких чувств, ведь все свои чувства он без остатка дарил ей, но получалось все больше его нетерпимость и ее боль. И лишь на время беременности монстр внутри Ярослава довольно урчал и становился трогательно нежным и почти прежним мужчиной, когда - то влюбленным в нее. Единственное время, которое можно было бы вспоминать без содрогания... но как же он бил ее после...
- Кто позволил тебе выйти из комнаты?
Она жалко жмется к стене, таращась на него перепуганными глазами. Почему у нее не получается не совершать глупостей? Почему она влипает в них со всего маху и по макушку? Зачем было поддаваться моменту и идти к этой девушке? Но как же устала она жить в тяжелой атмосфере чуждого ей общества, устала от его закрытости и агрессивности, от странных нравов и варварских обычаев. Только поэтому и пошла, желая увидеть иноземку, успокоить и научить. Сделать для той то, что когда - то не сделали для нее.
- Я жду ответа, Асинаиля.
На самом деле не ждет, растягивает получаемое удовольствие от ее страха. Сценарий всегда один и тот же, избитые вариации на тему ее изнасилования. Вопрос в другом, как скоро и как долго он собирается развлекаться с ней сейчас, в самом кошмарном месте этого дома? Отсутствие наложницы на кровати не может не радовать, значит, собирается спать с ней, а для этого она, как минимум должна быть в сознании.
- Ася.
Он останавливается перед ней, ее жуткий монстр в полумраке своей жутко - страшной спальни. Она понимает, что он удивительно красив и необычайно привлекателен, но как бы не пыталась увидеть в нем эту мужественную красоту, дальше стойкого отвращения не смогла пойти. Правильные черты лица, строгая линия носа и плавный изгиб губ не вызывали ничего, кроме омерзения и желания бежать от него. Наверное, он чувствует это интуитивно или читает в затравленном взгляде, потому что наотмашь бьет по лицу, разбивая не такие красивые губы, как у него в кровь. И радуга набатным звоном оглушает, заставляя потеряться за мгновение до того, как следующим ударом ее отбрасывает через стулья в район камина, если судить по мягкому ворсу ковра под щекой. Вряд ли она успеет прийти в себя настолько быстро, чтобы попытаться закрыться от удара ногой. Крайне выгодная позиция для того чтобы удерживаться от внушительного пинка в живот и он действительно не сдерживается, бьет и она нелепо подпрыгивает тряпичной куклой.
