Кристина улыбалась немного нерешительно, как улыбаются людям, которых видят впервые. Нина только молча смотрела на девушку, не зная, что сказать.
Кристина рассмеялась, присела и обняла Карло, не обращая внимания на то, что подол ее шелкового лилового платья утонул в пыли.
— Карло, милый мой, ты скучал по мне? Я тоже скучала, но Фредерико сказал мне, что Нина о тебе заботилась. — Кристина усмехнулась. Нина встала. — Слава богу, что здесь были вы. Карло и Фредерико друг друга недолюбливают. Не знаю почему. Наверное, просто нашла коса на камень.
Девушка протянула ей руку.
— Я — Кристина, как вы, наверное, уже догадались, — с улыбкой сказала она. — Фредерико только что рассказывал нам о вас. Это так интересно.
Нина вся напряглась, но все-таки пожала Кристине руку. Что именно Фредерико рассказал им? Правду? Вряд ли. Скорей всего, что-нибудь выдумал.
— По-моему, это так романтично, — с воодушевлением продолжала Кристина. — Он остановился на улице, чтобы помочь вам. Вы все должны мне рассказать. Те люди ужасно обошлись с вами, да? Я никогда не была в том районе Палермо. Я вообще плохо знаю Сицилию. Я выросла в Америке.
Нина улыбнулась.
— Значит, поэтому у вас нет итальянского акцента, — мягко проговорила она, не зная, что еще сказать. Как Фредерико объяснил им ее пребывание здесь? Нужно говорить очень, очень осторожно. Кристина приятная девушка, и Нине очень не хотелось обидеть ее.
— Фредерико говорил, что вы ездили за покупками в Милан. Как съездили?
Кристина, махнув рукой, рассмеялась.
— Да, мы ходили по магазинам. Правда, маме это доставило больше удовольствия, чем мне. Она так счастлива, что выходит замуж, а я не понимаю, почему вокруг этого столько шума. Кристина опять рассмеялась. — Папа ведет себя так же, как мама, но я принадлежу к другому поколению, и меня не смущает то, что я незаконная дочь. В пансионе, где я училась, все девочки такие же. О господи! — Она вздохнула. — Я вас шокировала?
Нина нервно улыбнулась. Если бы эта девушка знала, через что ей пришлось здесь пройти! Но, кажется, Кристине рассказали о ней какую-то историю. Нина смешалась, ведь она не знала, что именно придумал Фредерико.
— С вами все в порядке? — участливо спросила ее Кристина. — Вы, кажется, немного побледнели.
— Мы с Карло очень долго просидели тут, — объяснила Нина, выдавив улыбку. — Мне нужно пройтись.
На самом деле ей нужно было уйти отсюда как можно дальше. Она чувствовала себя очень неловко.
— Отличная идея, — подхватила Кристина. — Пойдемте прогуляемся. Карло, ты тоже можешь пойти с нами.
Нина хотела было запротестовать, но Кристина весело ей улыбнулась.
— Нина, я так рада, что вы здесь. Мы ровесницы, и теперь у меня будет с кем поболтать. А то мама сейчас отдыхает, а Фредерико иногда бывает таким занудой. Кроме того, он постоянно висит на телефоне. Он просил меня не давать вам скучать. Что я и собираюсь сделать. — Кристина рассмеялась. — Конечно, не только потому, что меня просил об этом Фредерико. Я сама хочу поговорить с вами. Идемте же. У меня в сумке холодная минералка. Вы уже видели тропинку к утесу? Наверное, Фредерико вам ее не показывал. Там умер его отец.
Кристина повернулась и пошла к воротам, Карло побежал за ней, а Нина замерла на месте как вкопанная.
Отец Фредерико… Утес… Он покончил жизнь самоубийством, бросившись с утеса? Поэтому Фредерико и пытался перехватить ее, когда она побежала туда? Нет, это слишком уж походит на мелодраму.
Нина пошла следом за Кристиной. Она поняла, что отказаться от прогулки под каким-нибудь предлогом, например, сославшись головную боль, у нее не получится.
— Нина, дорогая, куда вы идете?
Нина подпрыгнула. По дорожке к ней приближался Фредерико. Кристина с Карло уже прошли далеко вперед. Платье Кристины развевалось. Она весело шагала, видимо радуясь, что вернулась сюда. Услышав голос Фредерико, Кристина обернулась, но не замедлила шаг.
Нина подумала, что Фредерико назвал ее дорогой именно для Кристины. Что же он успел наврать про нее?
— Просто гуляем, — холодно ответила Нина. — Ты приказал Кристине развлекать меня, вот она и старается.
Фредерико схватил ее за руку и притянул к себе.
Нина встревоженно посмотрела на него, не зная, чего от него ждать. Его напряженное и усталое лицо подтверждало, что ему так же непросто, как и ей самой.
— Прежде, чем уйдешь, послушай меня. Не говори ничего, что может расстроить Кристину, — сквозь зубы процедил он.
— Зачем мне расстраивать ее? — прямо спросила Нина. — За кого ты меня принимаешь, Фредерико?
— Я ни за кого тебя не принимаю, я точно знаю, кто ты, — бросил он, глядя на нее опасно потемневшими глазами. — Я сказал маме и Кристине, что мы с тобой познакомились в Палермо и…
— Это я уже поняла, — фыркнула Нина, стараясь вырваться из его железной хватки. — И Кристина считает, что это очень романтично. Я с ней не согласна. Что именно ты им сказал? Спорю, что не всю правду?
— Я сказал им вполне достаточно, — грозно бросил он и притянул к себе Нину так близко, что их лица почти соприкоснулись. — Они знают, что тебя уволили Локасто и почему, правда я немного смягчил краски…
— Еще бы, — язвительно заметила Нина.
Фредерико встряхнул ее.
— Слушай меня. Я подобрал тебя и привез сюда, потому что тебе некуда было идти. Ты осталась у меня, и теперь у нас роман…
Нина едва не задохнулась от гнева и удивления.
— Да, теперь у нас роман, — повторил Фредерико.
— Это глупая и дешевая выдумка, — горячо запротестовала она. Ее глаза сверкнули. — Я ничем не заслужила…
— Именно заслужила, — отрезал Фредерико. — Ты же провозгласила себя любовницей Лучано, так что побудь в роли любовницы еще немного. Моя мать и Кристина считают тебя моей девушкой, и пусть считают. Для всех вокруг мы влюбленная парочка, ясно? Я делаю это ради матери и сестры. Если ты каким-то образом заставишь их засомневаться, то пожалеешь, что вообще родилась.
Тут он выпустил Нину, и она от неожиданности качнулась назад. В ту секунду она на самом деле пожалела, что вообще родилась на свет. Он затеял отвратительный спектакль. Ведь она-то на самом деле любит его. Но ведь его не волнуют ее истинные чувства, с горечью думала Нина.
— И… и как долго нам придется разыгрывать голубков? — сухо спросила она.
— Столько, сколько надо. Они через пару дней опять уедут в Палермо…
— Через пару дней? — Нина вспыхнула. — И мне все это время придется притворяться, что я люблю тебя?
— Лгать и притворяться тебе не впервой, Нина, — холодно бросил он. — Тебе это нетрудно. Это мне придется нелегко. Всю жизнь я говорил правду и был человеком честным, ложь мне отвратительна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
