Чайльд осторожно сжал ее плечо.
— Как это могло произойти? — прошептала она. — Демон не просто овладел его телом, он стал им, Чайльд…
Они в ужасе переглянулись.
— Неужели это может произойти с каждым спящим? — озвучила Люмин мысль, от которой они оба не могли избавиться с момента встречи с одержимым ёрики. — Даже с Эи? С Яэ Мико? Неужели демоны тоже будут пользоваться их телами, пока… пока не переломают, не сотрут их в пыль?
Она попыталась взглянуть на убитого ёрики, но не смогла. Глаза заволакивала мутная пелена.
— Мы этого не допустим, — горячо пообещал Чайльд.
— Как? — в отчаянии воскликнула Люмин.
Чайльд не нашелся с ответом. Люмин почувствовала на втором плече легкую тяжесть: это Паймон, прижавшись к ней всем телом, пыталась молча ее утешить. Люмин слабо кивнула. Ее сердце сковал лед, и едва ли она сейчас могла по достоинству оценить чужую заботу.
— Что с тобой случилось? — спросила она у Чайльда. — Этот демон…
Слова застряли в горле, и Чайльд мягко стиснул ее плечо, давая понять, что не нуждается в продолжении.
— Я не знаю, Люми. Он посмотрел на меня, и я услышал в голове голос, которому не мог сопротивляться. Этот голос хотел, чтобы мы с ним воссоединились. Он хотел, чтобы я слился с ним. Нет. Не так. Он приказывал мне. Я пытался остановиться, но не мог.
— Думаешь, это то демоническое воздействие, о котором говорил Сяо? — прошептала Паймон.
Люмин судорожно выдохнула.
— Может быть. Может, тот ёрики… Тот ёрики тоже слышал этот голос. И поддался ему. Тебе нужно быть очень осторожным, Чайльд.
Он кивнул. Подняв на него взгляд, Люмин обнаружила, что он неотрывно смотрит на мертвого ёрики, а его глаза покраснели.
— Давай уйдем отсюда, — взмолилась она. — Я больше не могу.
Они помогли друг другу подняться. Чайльд напоследок обернулся на ёрики, и лицо его стало отстраненным, а взгляд — потерянным. Ухватив его за рукав, Люмин решительно потащила его прочь от злополучного места.
Когда они добрались до чайного дома «Коморэ», оказалось, что остальные еще не вернулись. Паймон предложила заварить чай, но Люмин отказалась: от одной мысли о еде ее начинало тошнить. Чайльд согласился, и горячий напиток, кажется, наконец сумел его успокоить. Прижимая чашку ко лбу, он сидел у окна и старался не встречаться с Люмин взглядом. Они оба были потрясены.
— Мы так ничего и не узнали, — нарушила тишину Люмин.
— Мы узнали достаточно, — отозвался Чайльд.
— Например? — скрестила руки на груди Люмин.
Чайльд вздохнул и покрутил чашку в руках. Бросил неуверенный взгляд на Люмин. Уставился в чай — с таким ожесточенным выражением, будто ждал от него совета. Устало сжал пальцами переносицу.
— Я думаю, мы имеем дело с Порчей, — наконец сказал он.
Потрясению Люмин не было предела. Тихо выдохнув, она опустилась на пол и воззрилась на Чайльда в ожидании объяснений.
— Я все пытался понять, почему барьер вокруг Тэнсюкаку так странно среагировал на мой Глаз Порчи. И эти демоны… Я не так чувствителен к энергии, как вы с Сяо, но когда разум демона соприкоснулся с моим, я почувствовал ее. Порчу. Дворец Царицы буквально пропитан этой ошарашивающей энергетикой. Удивлен, как я не почувствовал этого раньше.
— Это объясняет запах, — медленно проронила Люмин.
— Запах?
Люмин кивнула.
— Мы с Паймон почувствовали у барьера странный аромат. Его же я ощутила, когда… когда погиб демон. — Она заставила себя продолжать. — Мы думали, это запах какого-то цветка, но теперь я поняла. Это был запах Туманной Травы. Такой же витает вокруг магов цицинов, потому что они используют Глаза Порчи.
Паймон, которая все это время внимательно вслушивалась в их разговор, надоело хранить молчание.
— Погодите, — попросила она. — Паймон ничего не понимает! Что все это значит? Как демоны могут быть связаны с Порчей? Разве существует такой вид энергии — «Порча»? Паймон думала, Глаза Порчи просто имеют силу определенных элементов.
— Если бы все было так просто, имели бы Глаза Порчи такую смертоносную силу? — покачала головой Люмин. — Вспомни, какой эффект они оказывали на людей Сопротивления. Вспомни, в каком состоянии был Чайльд, когда ему пришлось уничтожить стражей руин ради безопасности своего брата.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Чайльд вздрогнул и отвернулся к окну.
— Глаза Порчи оказывают колоссальное воздействие на организм, — добавила Люмин. — Я уверена, все совсем не просто.
Вздохнув, Чайльд вытянул перед собой руку, и на его ладони появился Глаз Порчи — мерцающий Электро артефакт в серебристой оправе из Снежной. Паймон и Люмин невольно отшатнулись. После того, как Фатуи обманом заставили Сопротивление острова Ватацуми применять Глаза Порчи, они не могли смотреть на это страшное изобретение равнодушно.
Люмин не забыла, каким был Тэппэй в последние секунды своей жизни. Она никогда не забудет, кто виноват в смерти ее друга.
— Ты права, Люми, — заговорил Чайльд. — Все совсем не просто. Как вы знаете, Фатуи массово производили в Инадзуме Глаза Порчи. Причина, по которой они так отчаянно пытались отстоять Татарасуну — это, конечно, останки Архонта.
— Великого змея Оробаси, — кивнула Паймон.
Они с Люмин обменялись быстрыми взглядами.
— Верно, — ответил Чайльд. — Останки Архонта — необходимый компонент при создании Глаз Порчи. Но разумеется, вместе с останками в Глаз Порчи попадает и привязанная к ним энергия. Энергия яростная и смертоносная, потому что она хранит в себе гнев убитых в войне Архонтов.
Паймон задумчиво погладила подбородок. Некоторое время по ее лицу блуждали тени — она пыталась осознать сказанное Чайльдом. Наконец она щелкнула пальцами и повернулась к Люмин.
— Как Татаригами, — сказала она. — Помнишь, сколько людей в Инадзуме жаловались на болезни и другие несчастья? А все потому, что на них действовала энергия останков Оробаси!
— С такой же энергией сражается Сяо, — напомнила Люмин. — Демоны — не что иное, как порождение остаточной ненависти Архонтов. Чжун Ли назвал это «миазмами».
Чайльд кивнул.
— Остаточная энергия, миазмы, скверна… У этого явления много названий, но факт остается фактом. Миазмы отравляют Глаза Порчи. Именно из-за миазмов использование Глаз Порчи вызывает такую нагрузку на организм, и при неосторожном применении последствия… — Чайльд быстро взглянул на Люмин. — Последствия могут быть летальными. Далеко не каждый может справиться с этой разрушительной энергией. Бесспорно, она дает фрагмент силы Архонта. Это немыслимое могущество, Люми, и я не могу описать его словами. Ты и сама знаешь, как я, бывает, не могу вовремя остановиться, потому что меня самого до сих пор опьяняет эта сила.
Он опустил голову.
— Но она же убивает тебя изнутри, потому что не предназначена для людей.
Люмин поразило, как изменилось его лицо. Прежде Тарталья всегда рассуждал о схватках с азартом, и никакая опасность не могла его образумить. Он бросался в битву с головой, он готов был раствориться в силе Порчи, лишь бы доказать на поле боя свое превосходство, лишь бы рассмеяться смерти в лицо.
Но теперь он был серьезен и сдержан. Глядя на него, Люмин с новой силой осознала, в какой непростой ситуации они оказались.
— Маги цицинов, застрельщики Фатуи… — продолжил Чайльд. — До этого вы сталкивались только с одним видом Глаз Порчи — элементальным. Такие артефакты сделаны по образу и подобию Глаз Бога и дают владельцам силу стихий. Например, мой дает мне силу Электро.
— А Глаз Порчи Синьоры давал ей силу Крио, — подхватила Паймон.
— Случай Синьоры был особенным, — нахмурился Чайльд. — Нельзя сказать, что он давал ей силу. Он скорее сдерживал ее пламя, не позволял ей уничтожить саму себя. Но это уже частности. Ты совершенно права, Глаз Порчи Синьоры тоже был элементальным.
Он сжал руку в кулак, и Глаз Порчи исчез.
— В основе таких Глаз Порчи лежат останки Архонтов, но это не единственный их компонент. Из-за разных начинок они приобретают разные свойства, и элементальная энергия таких Глаз Порчи перебивает любую другую. Взять мой Глаз Порчи. Ты прежде всего почувствуешь энергию Электро и лишь потом ощутишь странную примесь — миазмы Архонта.
