Читаем без скачивания Государство страха - Майкл Крайтон

— Стало быть, взломщики оказались настоящими профессионалами, знали, как стереть записи на жестком диске.

— А кто знал коды отключения сигнализации и цифровые комбинации цифр?

— Насколько мне известно, только Джордж и я. Но, очевидно, знал кто-то еще. — Думаю, все же стоит позвонить в полицию, — сказал Эванс.

— Они ведь здесь что-то искали… — задумчиво произнесла Сара. — Нечто, принадлежавшее Джорджу. И считали, что Джордж мог отдать это нечто одному из нас. Тебе или мне.

Эванс нахмурился.

— Но если это так, — заметил он, — почему они действовали столь открыто и нагло? Мою квартиру просто в клочья разнесли, не заметить было невозможно. А здесь оставили дверцы всех сейфов открытыми, словно нарочно хотели подчеркнуть, что Мортона ограбили.

— Да, верно, — сказала она. — Они хотели, чтоб мы это заметили. — Сара задумчиво прикусила нижнюю губку. — Хотели, чтоб мы ударились в панику. Бросились искать пропажу, чем бы она там ни оказалась. Решили, наверное, следовать за нами по пятам, выследить, где мы прячем это нечто.

Эванс призадумался.

— Что бы это могло быть, как тебе кажется?

— Не знаю, — ответила Сара. — Представления не имею. А ты?

Эванс подумал о списке, о котором Джордж упоминал в самолете. Тогда он так и не успел объяснить, что это за список, а затем погиб. Возможно даже, Мортон выложил за этот список целую уйму денег. Но Эванс почему-то решил не упоминать сейчас об этом.

— Нет, — ответил он.

— Джордж тебе что-нибудь передавал?

— Нет.

— Мне тоже. — Она снова прикусила губку. — Думаю, нам лучше уехать.

— Куда?

— Просто уехать из города хотя бы на время.

— Мне твое желание понятно, — сказал Эванс. — Но знаешь, все-таки, думаю, надо позвонить в полицию.

— Джорджу бы это не понравилось.

— Джорджа больше нет с нами, Сара.

— Джордж просто ненавидел полицию Беверли-Хиллз.

— Но, Сара…

— Он никогда им не звонил. Доверял только личной службе безопасности.

— Быть может, однако…

— Да и потом, они все равно ничего не сделают. Примут заявление, этим все и кончится.

— Возможно, но…

— А ты сам в полицию звонил? Насчет ограбления твоей квартиры?

— Пока нет. Но обязательно позвоню.

— Ну что ж, попробуй. Позвони. Увидишь, чем это кончится. Напрасная трата времени.

Тут у Эванса зазвонил мобильник. Ему пришло сообщение. Он посмотрел на маленький экран. «Н. ДРЕЙК. ПРИЕЗЖАЙ В ОФИС НЕМЕД. СРОЧНО».

— Послушай, — сказал он Саре. — Мне нужно повидаться с Ником.

— Ничего страшного. Как-нибудь справлюсь одна.

— Я вернусь, — сказал он. — Постараюсь как можно скорей.

— Ничего, поезжай.

Он поднялся, она тоже. Неожиданно для самого себя он вдруг обнял ее. Сара была такая высокая, почти с него ростом.

— Все будет хорошо, — сказал Эванс. — Не переживай, все образуется.

Она не сопротивлялась, но когда он отпустил ее, вдруг сказала:

— Никогда больше не делай этого, Питер. И потом, я не какая-нибудь там истеричка. Поезжай. Скоро увидимся.

Он, ощущая неловкость, быстро направился к двери. И был уже на пороге, когда она вдруг спросила:

— Да, кстати, Питер, оружие у тебя есть? — Нет, — ответил он. — А у тебя? — Только девятимиллиметровая «беретта». Но все лучше, чем ничего. — О'кей, — кивнул он, развернулся и вышел, раздумывая над тем, до чего же они самоуверенные, эти современные женщины.

Затем Эванс сел в машину и поехал в офис к Дрейку.

Он уже припарковал машину и направлялся к главному входу в здание НФПР, как вдруг заметил припаркованный в конце квартала ярко-синий «Приус». В нем сидели двое мужчин.

Следили за ним.

БЕВЕРЛИ-ХИЛЛЗ

— Нет, нет и еще раз нет! — кричал Николас Дрейк. Он находился в рекламном отделе, в окружении полудюжины художников и дизайнеров. На стенах красовались постеры, знамена, афиши, на столах, между кофейными кружками, были разбросаны пресс-релизы и газетные вырезки. Но главное, что привлекало внимание, было огромное полотнище ярких тонов, с переходом от зеленого к красному, по нему тянулись слова: «РЕЗКОЕ ИЗМЕНЕНИЕ КЛИМАТА. ВПЕРЕДИ ОПАСНОСТЬ».

— Просто омерзительно! — не унимался Дрейк. — Хрен знает что. Мне это не нравится категорически!

— Но почему?

— Да потому что это скучно! Долбаная зеленая тоска, вот что! Нам здесь нужна какая-то мулька, что-нибудь эдакое…

— Если помните, сэр, — сказал один из дизайнеров, — вы изначально хотели избежать преувеличений.

— Разве? — воскликнул Дрейк. — Да ничего подобного! Это Хенли вечно боится преувеличений. Хенли считает, что все это мероприятие должно быть обычной научной конференцией. Но если мы проведем ее в таком ключе, никакого освещения в средствах массовой информации нам не видать. Черт!.. Да знаете ли вы, сколько научных конференций по изменению климата проводится ежегодно? Во всем мире?

— Нет, сэр. И сколько же?

— Э-э… так вот, сорок семь. Впрочем, не в этом дело. — Дрейк постучал по полотнищу костяшками пальцев. — Вы посмотрите на это. Вдумайтесь. «Опасность». Слишком расплывчато. Ни о чем не говорит.

— Но мне казалось, именно этого вы и хотели. Ничего конкретного, лишь обобщение.

— Нет, хотел! «Кризис» или «катастрофа». «Нас ждет кризис». «Впереди катастрофа». Так куда лучше. Само слово «катастрофа» гораздо весомее.

— Но мы уже использовали «катастрофу» на последней конференции. Ну, той, по исчезновению видов.

— Не важно. Используем еще раз, потому что это сработает. Конференция должна предупреждать человечество о катастрофе!

— При всем к вам уважении, сэр, — начал кто-то из художников, — правда ли то, что резкое изменение климата приведет к катастрофе? Потому что во вспомогательных материалах, которые мы получили…

— Да, черт побери, — рявкнул Дрейк, — это приведет к самой настоящей катастрофе! Поверьте мне, обязательно приведет! А теперь за работу! Все переделать!

Художники и дизайнеры взирали на гору материалов на столе.

— Но, мистер Дрейк, конференция открывается через четыре дня.

— Думаете, я этого не знаю? — снова взорвался Дрейк. — Считаете, мне это неизвестно?

— Не уверен, что мы успеем завершить столь…

— Катастрофа! Я же сказал, убрать «опасность». Добавить вместо нее «катастрофа»! Неужели не ясно? Неужели это так трудно сделать, а?

— Но, мистер Дрейк, мы, конечно, успеем переделать надписи на флажках и плакатах, а вот с кофейными кружками это проблематично… — В чем проблема?

— Мы заказывали их в Китае, и…

— Заказывали в Китае? В этой изгаженной и загрязненной до предела стране? Чья это идея?

— Мы всегда заказывали кружки в Китае для…

— Нет, использовать их определенно нельзя. Наша организация называется НФПР, или вы забыли? Сколько всего у нас этих кружек?

— Триста штук. Их раздают представителям средств массовой информации, прессе и…

— Тогда извольте раздобыть экологически приемлемые кружки! — сказал Дрейк. — Разве в Канаде, к примеру, кружки не производятся? Никто никогда еще не жаловался на канадскую продукцию. Раздобудьте канадские кружки, нарисуйте на них это слово, «катастрофа». Вот и все.

Художники переглянулись. Кто-то из них сказал:

— Есть один поставщик в Ванкувере…

— Да, но у них кружки только кремового цвета…

— А мне плевать, хоть серо-буро-малиновые! — отрезал Дрейк. В голосе его звучали визгливые нотки. — Давайте действуйте!.. Так, теперь что у нас с пресс-релизами?

Один из дизайнеров приподнял листок бумаги.

— Четырехцветные знамена, нарисованы биологически разлагающимися чернилами на бумаге из переработанных отходов.

Дрейк взял листок у него из рук.

— Из переработанных отходов, говорите? Здорово смотрится.

— Вообще-то это обычная бумага. Свеженькая, только что с комбината, — дизайнер занервничал, — Но никто не узнает.

— Вы этого мне не говорили! — рявкнул Дрейк. — Это очень важно, чтоб материалы из переработанных отходов выглядели хорошо.

— Они так и выглядят, сэр. Так что не беспокойтесь.

— Ладно, идем дальше. — Он обернулся к сотрудникам, падающим связями с общественностью:

— Каков общий план кампании?

— Ну, во-первых, стандартное выступление с участием звезд, которые доведут до сведения общественности всю значимость проблемы резкого изменения климата, — поднявшись, ответил один из сотрудников. — У нас имеется договоренность с телевидением о воскресных ток-шоу, а также договоренность о соответствующих публикациях в воскресных выпусках газет. Они расскажут о том, что за конференция начинается в среду. Появятся интервью с самыми фотогеничными ее участниками. Стэнфорд, Левин, другие люди, которые хорошо смотрятся по ящику. Рекламные материалы о конференции будут напечатаны во всех ведущих мировых еженедельниках, в «Тайм», «Ньюсвик», «Дер Шпигель», «Пари Матч», «Огги», «Экономист». В общей сложности информация о нашей конференции появится в пятидесяти новостийных печатных изданиях. Ряд из них мы попросили вынести рекламу на обложку и снабдить ее графическим изображением. Предположительно, такие обложки будут у двадцати изданий.