– Р-р… – вдруг зарычали они. Я от неожиданности споткнулась и упала прямо в густые заросли сорной травы. И проснулась.
– Р-р…
Щёку кто-то лизнул шершавым языком, и сонную хмарь как рукой сняло. Сердце испуганно ёкнуло и забилось, как заяц в силках.
Медведь, будто ощутив мой страх, отошёл подальше и сел, сверля меня глазками-бусинками. Небо едва-едва подёрнулось предрассветной дымкой.
– Напугал, – выдохнула я и села. – Больше так не делай, ладно?
Косматая голова чуть склонилась набок, выглядело забавно.
– Долго же тебя не было видно, – хмыкнула я.
Уже послезавтра мы будем дома. Ура!
– Имя тебе дать надо, – вздохнула я. – Топтыгин слишком просто.
– Ур-р, – донеслось в ответ.
Мои глаза скользнули по сизому туману, стелившемуся по земле, мне пришлось лечь на землю, поскольку на телегах не было свободного места. И пусть Алекс и натаскал хвойных веток, чтобы повыше от стылой почвы, это всё равно не сильно помогло уберечься от холода.
– Призрак, – слово само сорвалось с губ.
– Р-ра! – медведь встал на все четыре лапы, будто соглашаясь.
– Вот и хорошо, – удовлетворённо хмыкнула я. – Я оставила для тебя угощение, – кутаясь в одеяло, встала и зашагала к повозке. Вынула из мешочка одно яблоко и протянула зверю. Прямо на ладони, не став кидать ему под лапы, раз уж он не укусил меня, пока спала, значит, не сделает этого и сейчас. Так оно и вышло: медведь обнюхал фрукт и, аккуратно подхватив зубами, забрал.
Хотелось погладить животное, но я не стала его раздражать, вместо этого повернулась к спящему биваку и к часовому. Жильбер уснул, прислонившись спиной к стволу дерева на другом конце лагеря, и сладко посапывал в унисон с остальными. Сейчас было около пяти утра – самое время для крепкого, сладчайшего сна, когда веки сами собой закрываются. Но, насколько я знала, Жильбер не так давно сменил Ника и не мог вырубиться, потому что в отличие от друга должен был вполне выспаться.
Костёр, разведённый в самом центре, давно погас.
– Это всё ты? – повернулась к Призраку, он уже расправился с яблоком и выжидательно на меня смотрел. Стоило обратить на него внимание, как косолапый встал и куда-то пошёл. Через пару метров остановился, обернулся, подождал и снова двинулся вперёд. И опять притормозил, покосился на стоявшую меня, рыкнул возмущённо.
– Хорошо-хорошо, иду, – вздохнула я отмирая.
Шастать по ночному лесу – не самое приятное занятие. Плед пришлось оставить в телеге, чтобы не путался под ногами. Я осталась в плаще, куталась в него, но он всё равно не шибко согревал, ледяные руки ветра так и норовили шаловливо проникнуть под полы и просочиться через ткань брюк и футболки. Вот говорила мама взять свитер, надо было её послушать! Мамы плохого не посоветуют.
По ощущениям шли долго, Призрак никуда не спешил. А я любовалась пробуждающимся лесом.
Деревья росли очень густо, но мишка вёл меня по какой-то ему одному ведомой тропке, и мы ни разу нигде не напоролись на упавшее дерево или на колючие кусты. Я настолько глубоко задумалась, что не заметила, как мохнатый проводник резко остановился, а я чуть в него не влетела.
– Ай! – успела притормозить. – Ты чего?.. – и замерла с открытым ртом.
Мы очутились на прелестной полянке: первые солнечные лучи позолотили окружающий мир, превратив его во что-о волшебное. Росинки, осевшие за ночь, блестели на каждой травинке, создавая ощущение, будто вся полянка усыпана мелкими бриллиантами. Лёгкий туман ещё не успел рассеяться и стелился по земле, окутывая деревья и кусты загадочной дымкой. Воздух полнился непередаваемой свежестью, всё вокруг дышало безмятежностью, время словно замерло на мгновение, чтобы я смогла насладиться моментом, той едва уловимой гранью между ночью и днём.
В самом центре луга росло дерево. Это был дуб. Но какой! Мощный, точно в три человеческих обхвата. Я стояла и ощущала, что пришла домой. Вот по-настоящему, тут моё сердце, и оно звало меня – я почувствовала, как в груди дыхание спёрло…
Шаг, ещё один и вот я прикоснулась ладонями к шероховатому стволу, прикрыла веки, в ушах зашумело, мир вокруг меня исчез, остался только мой Источник, корни которого тянулись далеко и невероятно глубоко, к подземной колдовской реке.
В меня щедрым потоком потекла мана, наполняя тело энергией, обновляя каждую клеточку. А у ног сидел Призрак, он помогал мне, и я знала: медведь – проводник. Где бы я ни была, он поможет найти короткую дорогу к моему источнику силы. Главное, чтобы за мной никто не следил, иначе и преследователю откроется путь.
Через несколько ударов сердца всё закончилось, я присела у мощного основания, прислонилась к шершавой коре спиной.
– Прости, – я посмотрела на растянувшегося у ног зверя, – ты, оказывается, девочка, и тебе три года, по вашим меркам, если верить полученной от Источника информации, подросток. А я почему-то решила, что мальчик. Вот и сказывается моё образование. Такова доля многих офисных работников, – я широко улыбнулась.
– Пф-ф.
– Но имя Призрак оставим?
– Ур-р.
– Итак, получается, ты растёшь не так далеко от нашего Яблоневого сада? – обратилась к дубу. – Приходить к тебе необходимо не реже одного раза в неделю, и тогда моих сил хватит, чтобы даже зимой зацвели цветы?
Я чувствовала, как дерево отвечает мне, по-доброму, ласково. Как такое возможно? Это же что-то за гранью фантастики!
– Я попаданка, – заговорила вслух, – обладающая магическими способностями. У меня отныне есть фамильяр, только не дух, а вполне себе живой, разумный, но не говорящий. И у меня, кажется, впервые за долгое время появилась надежда, что всё будет хорошо, – от этой мысли резко полегчало, на сердце стало радостно. – Пойдём назад, а то, боюсь, народ весь переполошился, не стоит заставлять их сильно нервничать.
Медведица неохотно встала и повела меня назад, но уже другой тропой. Мимо кустов, на которых призывно висели алые ягоды. Я скинула плащ, несмотря на всё ещё царящую прохладу, и стала в него собирать спелый шиповник.
Вернулась в лагерь, а там народ носится, у всех глаза полны тревоги.
– Ребята, я в порядке, – мягко сказала я, выходя из-под сени деревьев. Половины
