был Джон Сомерсет, монах, состоявший на службе у Глостера, однако он умер, когда Генриху исполнилось девять, научив его английскому и французскому и пробудив в сердце его любовь к христианской вере, так что Генрих теперь мог повторить наизусть всю церковную службу. Мальчику было куплено много книг, в том числе богословские трактаты, «Церковная история английского народа» Беды Достопочтенного и труд под названием «О правлении государей», посвященный тому, как надлежит вести себя монарху и как должно ему служить моральным примером своим подданным. Генрих был не единственным мальчиком, извлекавшим пользу из подобных наставлений, ведь каждому из «подопечных» короны, воспитывавшемуся при его дворе, был назначен личный учитель и, таким образом, создана аристократическая привилегированная школа.
В 1427 году, когда он приближался к своему шестому дню рождения, король был изъят из-под опеки женщин. Теперь он попеременно проживал в таких своих резиденциях, как замки Виндзор, Беркхемстед, Уоллингфорд и Хартфорд, и лишь изредка виделся с матерью, хотя они по-прежнему были очень привязаны друг к другу. Он ни разу не забыл выбрать для нее милые подарки к Новому году – например, в 1428 году одарил ее рубиновым перстнем, полученным им от Бедфорда.
1 июня 1428 года опекун короля граф Уорик был также назначен его гувернером и наставником; на него возлагалась единоличная ответственность по приказу совета от имени короля обучить его хорошим манерам и этикету, грамоте и языкам. Как и Алисе Батлер до него, Уорику предоставлялось право «время от времени подвергать нас разумному, взвешенному, умеренному наказанию». Уорик не берег розгу, однако Генриху VI посчастливилось: его обучал один из выдающихся умов своего времени.
Уорик был сыном одного из лордов-апеллянтов, взбунтовавшихся против Ричарда II в 1388 году. Принадлежащий к плеяде блестящих полководцев, сражавшихся под началом Генриха V в Нормандии, он покрыл себя славой, а после смерти своего сюзерена остался во Франции и столь же верно и столь же блестяще служил Бедфорду. На императора Сигизмунда, встречавшегося с Бедфордом в Англии, его рыцарственный облик и манеры произвели впечатление столь глубокое, что он прозвал Уорика «воплощением благородства и учтивости». Действительно, именно эти качества он прививал юному Генриху VI наряду с великодушием и благочестием, каковое последнее отличало и самого графа, совершившего полное опасностей паломничество в Иерусалим.
В так называемом Свитке Роуза, составленном антикварием Джоном Роузом в восьмидесятые годы XV века, дабы увековечить деяния графов Уориков, содержится рисунок пером, изображающий гувернера Генриха VI в полном вооружении, который держит маленького короля на руках. Уорик и в самом деле внушал к себе уважение, а от своего подопечного требовал дисциплины и твердости характера. Воспитание Генрих получал строгое, но справедливое и уже вскоре, испытывая благоговейный трепет перед своим наставником, «стал чаще воздерживаться от поступков неблаговидных и чаще склонялся к добродетели и учености». Уорик обучил его грамоте и языкам, а также рыцарским искусствам: верховой езде, фехтованию, участию в поединках, самообороне и военной стратегии, – всеми этими знаниями и умениями Уорик владел столь блестяще, что трудно было найти для Генриха лучшего учителя. Впоследствии Генрих не стремился снискать рыцарскую славу, но заповедей, привитых ему Уориком, он будет придерживаться всю свою жизнь и так обретет силу и стойкость, какие бы несчастья и унижения на него ни обрушивались.
В период между 1425 и 1429 годом королева Екатерина влюбилась в валлийца Оуэна ап Маредиза ап Тьюдура (Тюдора). Роман их окружен тайной. О личной жизни Екатерины известно мало, хотя она и ее свита жили при дворе короля по крайней мере до 1430 года, а за это время она, по-видимому, родила Тюдору одного ребенка. Впрочем, скрыть беременность в ту эпоху, возможно, было не так уж трудно, поскольку женские платья шились тогда с высокой талией и с пышными, ниспадающими складками спереди.
Многие хронисты более позднего времени утверждали, что Екатерина и в самом деле тайно сочеталась с Тюдором браком; действительно, законность их союза стали подвергать сомнению лишь в XVII веке, да и то на ложных основаниях. Весьма вероятно, что венчание пришлось держать в тайне потому, что, выходя за человека столь ниже ее по положению, королева, как писал хронист эпохи Тюдоров Эдвард Холл, «руководствовалась скорее своими чувственными желаниями, чем соображениями чести и приличий». Первое упоминание об их браке встречается в так называемой «Хронике Грегори» за 1438 год, где говорится, что простой народ ничего о нем не знал. Совету и королю почти наверняка было известно о заключении этого союза, однако они предпочли не тревожить неравную чету, чтобы избежать скандала и не запятнать пересудами королевский дом.
Тьюдуры, или Тюдоры, как впоследствии стали их называть, были процветающими представителями мелкопоместного дворянства с острова Англси, что в Северном Уэльсе. В свое время они примкнули к восстанию Глендаура и в наказание были лишены всех своих земель. Старшая ветвь этого семейства в конце концов добилась, чтобы ей возвратили имение в Пенминизе, и, приняв фамилию Теодор, жила там в безвестности до XVII века, не замечаемая своими знаменитыми родственниками.
Оуэн Тюдор служил во Франции в свите сэра Уолтера Хангерфорда, впоследствии управляющего двором Генриха VI. Возможно, именно при его посредничестве Тюдор затем получил должность Хранителя королевского гардероба королевы Екатерины. Холл описывает его как «красивого джентльмена, благообразного и пригожего, щедро одаренного природой», тогда как «Хроника Грегори» величает его «человеком незнатным и не имеющим состояния». Он никогда не был посвящен в рыцари, а его доход никогда не превышал сорока фунтов в год. Он принял английское подданство, однако англизировал свое имя, изменив его на «Тюдор», только в 1459 году.
Много фантастических, ничем не подтвержденных слухов окружают роман Екатерины Валуа и Оуэна Тюдора. Среди них есть романтические, есть сенсационные, и почти все, вероятно, вымышленные, однако из них напрашивается следующий вывод: Екатерина, якобы побуждаемая чувственной страстью, взяла инициативу в свои руки, пренебрегая всеми предупреждениями своих придворных дам, что Тюдор для нее неподходящая партия. Сейчас невозможно как-то подтвердить или опровергнуть более поздние слухи о том, что он-де упал ей на колени во время танцев или что она увидела, как он купается обнаженным; их истинные отношения скрывает пелена легенд.
Однако Екатерина совершенно точно родила Тюдору детей, и те из них, кто дожил до зрелого возраста, стали верными сторонниками дома Ланкастеров. Старшим их сыном был Эдмунд, родившийся около 1430 года во дворце Мач-Хэдем в Хартфордшире, кирпичном особняке XII века, на протяжении восьмисот лет принадлежавшем епископам Лондонским и сохранившемся до наших дней. Вторым сыном был Джаспер, который появился на свет примерно в
