помогало сориентироваться на местности. Я искренне надеялась, что мой топографический кретинизм сейчас не включится, ибо потеряться в трех соснах, конечно, будет еще тем достижением.
Тренировочное поле также подсвечивалось маленькими фонарями по периметру, бросая блеклый отсвет на поляну, где мы договорились встретиться с парнем. И он уже был там. Стоял, подперев спиной дерево, и задумчиво смотрел в небо. При виде него губы непроизвольно растянулись в улыбке, а вот на душе потяжелело. Но это была приятная тяжесть.
Шото заметил меня раньше, чем я успела приблизиться, поэтому поприветствовала его заранее, помахав рукой. Выглядел он, по обыкновению, спокойно и невозмутимо, что заставило меня занервничать. В такие моменты с трудом понимала, что творилось у него на уме. Мне хотелось и обнять его, и поцеловать, но черт его знает, как Шото отреагирует, не хотелось ставить нас обоих в неловкое положение. Блин. Даже не знаю, кто в такой ситуации ведет себя, как дурак.
— Привет, ты… — но не успела и двух слов произнести, как поймала на себе колючий, если не сказать убийственный, взгляд Шото. Аж вздрогнула. — Что?
Прищурившись, парень неспешно, но решительно вышел из тени и направился ко мне с видом грозовой тучи. Не зная, чего ожидать, просто приподняла руки в знак капитуляции, и готовилась ко всякому. И, признаться, в какой-то степени ожидала, что он обнимет меня. Но то, сколь крепко Шото это сделает, удивило.
— Почему ты не писала и не звонила всю эту неделю? И не говорила про ЮЭЙ? Я ведь волновался.
Я ведь писала… пару раз. Только это вряд ли послужит достойной отговоркой, да и препираться мне показалось бессмысленным. Расслабив плечи, я прочувствовала силу объятий, и, улыбнувшись, уткнулась в плечо парня и обняла в ответ. От него исходило приятное тепло, из-за которого не хотелось отдаляться.
— Извини, — прошептала я, не в силах убрать улыбку со своего лица. — Неделя была довольно сложной, и все привело к тому, что я здесь. Ох… не думала, что так по тебе соскучусь.
— Не переводи тему, ты сказала, что мой отец тебя уволил.
Очень не хотелось переключаться на мрачную тему для разговора. Не хотелось отстраняться, терять ощущение, как ладонь парня гладила меня по спине. Уж и не помню, когда в последний раз меня столь радовали обычные объятия. И в последнюю очередь мысли хотелось занимать бедами минувшего утра, поэтому, чуть отстранившись, мягко обхватила руками лицо парня. Из-за полумрака трудно сказать, смущен он или нет, но я посчитала большим упущением не поцеловать его.
Шото спокойно принял поцелуй, продолжая придерживать меня за плечи. Его горячее дыхание, солоноватый привкус на губах кружили голову. Никогда бы не подумала, что вот так просто, фактически по щелчку пальцев, я начну видеть в парне кого-то большего, чем просто друга.
Я настолько расслабилась, что едва не упала, когда Шото вдруг отстранился и, потянув меня в сторону, прижал спиной к дереву. Припер к стенке, как говорится, и, чуть склонившись, недобро прищурил глаза.
— Не уходи от ответа вот так. — Опустив голову, он добавил: — Пожалуйста.
Даже не знаю, это пугает или же умиляет.
— Если коротко, то… я подала заявку на участие в экзамене на временную лицензию героя. Ее одобрили, и когда об этом узнал Старатель, то не обрадовался.
Я постаралась сжато пересказать события сегодняшнего дня, Шото внимательно слушал и не перебивал. Признаться, на слух информация воспринималась иначе, эмоции остыли и головой я понимала, что поступила некорректно. Ведь своими действиями и себе могла навредить. От понимания неприятной правды стало неловко, я сложила руки на груди и отвернулась, а долгое молчание парня немного угнетало.
— Ясно.
— Ясно? — усмехнулась я. — Немногословен ты.
— Нет, просто… почему ты так поступила? То есть, я не осуждаю, даже наоборот, — мягко улыбнувшись, Шото добавил: — я рад, что ты захотела стать героем. Но почему?
— Почему? — удивившись вопросу, я подумала, парень просто позволяет мне все рассказать самой, однако он терпеливо ожидал ответ. — Из-за тебя. Из-за твоих слов. Что я могла бы стать героем и… просто мне надоело жить в тени Старателя, не иметь никакой возможности проявить себя, заявить о себе. Не то чтобы я хотела стать популярной или что, но…
Тяжко вздохнув, откинула голову назад и попыталась, глядя в безоблачное ночное небо, подобрать слова, способные описать мое внутреннее состояние. Ничего в голову не приходило. Я слишком устала.
— Прости, голова пухнет от такого количества событий и переизбытка информации, не могу даже сосредоточиться.
— Тебе на ночь нужно выпить успокаивающий чай.
— Ну умник, — сжав переносицу пальцами, застонала я, — у меня даже зубной щетки с собой нет. Завтра привезу с собой вещи.
— У меня есть чай, могу сделать для тебя.
Потребовалось несколько секунд, чтобы переварить услышанную информацию и не засмеяться.
— То есть ты меня зовешь на чай? Вот так поздним вечером?
— Ты же сама сказала, что хочешь расслабиться.
Блять.
Не удержавшись, засмеялась сквозь сжатые зубы, дабы не поднять на уши весь двор. От того, что моя реакция вызвала у Шото недоумение, кричать захотелось сильнее. Нельзя же быть таким до милоты прямолинейным и не улавливать клишированные намеки. А если он притворялся и прекрасно понимал, что предлагал, боже, дайте этому парню Оскар.
— Что смешного я сказал? — несколько обидчиво уточнил Шото.
— Просто… ох, — вытерев с глаз проступившие слезы, я перевела дух и рискнула просветить парня: — Просто, когда девушка или парень предлагают своей пассии зайти в гости выпить чай, это считается намеком не на предложение о чаепитии, а об интимной близости. А потом и твоя следующая фраза… ты явно не понял этого, поэтому это меня позабавило, прости.
Мгновение он все еще смотрел на меня с непониманием, но осознание достигло Шото довольно быстро. Удивило слегка, что он не залился краской, а воспринял мои слова с небольшой обидой. Насупившись и шумно выдохнув, он покачал головой, и все же по взгляду было заметно, что его немного смутили мои слова.
— Я не это имел в виду, а просто предложил… Наги, ты…
— Само очарование? — невинно улыбнувшись, уточнила я. — Ладно, я не против чая.
Он наградил меня взглядом, от которого захотелось отвернуться, чтобы спрятать улыбку. Слишком серьезный, хотя было подозрение, что Шото просто с недоверием и настороженностью относился к подобным разговорам.
В гости на чае… блин, не могу, одно слово «чаепитие» вызывало смех, — в общем, до конечного пункта пришлось двигаться необычным способом, а именно запрыгивать через окно. Комната Шото, будь она неладна, находилась далеко не на первом
