Что такое коммунизм? Что такое социализм? Как к ним идти?
Думал, думал. Потом позвонил…
— Егор, ты обедал?
…
— Ну, пойдём, пополдничаем…
Файв о клок ти — британский обычай, чай с сухим бисквитом. Я же нормально не пообедал, потому взял картошку с котлетами. Егор взял макароны по-флотски…
— Слушай, Егор Кузьмич — сказал я, расправляясь с котлетой — я вот программу партии сейчас читал, и не могу от мысли отделаться.
…
— Смотри, у меня вчера Ельцин был с расчётами. Если мы берём на себя обязательства — программа видимо будет называться «жильё-2000» — каждой семье к 2000 году благоустроенную квартиру или дом — то ввод в эксплуатацию жилья надо увеличивать минимум в два с половиной раза. Плюс — наши проекты по свободным экономическим зонам — там по моим прикидкам, рабочий должен получать 500–600 рублей минимум. Госкомтруд считает, у него уже не хватает трудовых ресурсов, придётся опять завозить из Китая, Вьетнама людей, не уйдём от этого. На ЗИЛе, вообще на всех московских заводах ты ситуацию лучше меня знаешь. А мы в программе партии пишем — сокращать рабочий день, работать меньше. Не находишь противоречия?
…
— Я вот впереди вижу только одно — работать не меньше, а больше, пахать извини, как в войну может пахали.
Лигачёва от слов про войну передёрнуло. Я себе замечание сделал — не надо так.
— Война, не война, но работы просто непочатый край. А мы пишем — работать меньше.
Лигачёв это обдумал. Потом спросил
— Хочешь инициировать дискуссию, Михаил Сергеевич?
— Да хочу. Считаю, что тезис о том, что коммунизм это меньше работать — ошибочен, по крайней мере, на этом историческом этапе. Работа — это и есть то, что приближает нас к лучшему будущему, работа, а не праздность. Человек познаётся в труде, человек воспитывается трудом, трудовым коллективом. Лучше мы поднимем вопрос о достойной оплате за труд, о повышении платы — чем будем демобилизовывать людей такими заявлениями, что, мол, при коммунизме трудиться придётся меньше, а то и вовсе не придётся.
…
— Не хотел бы я жить в обществе, где трудиться не надо — подытожил я — не знаю, в какую сторону общество такое пойдёт
Знаю. В плохую. Очень плохую.
Я ведь ещё не говорю, про ближневосточные шейхства и что там творится — когда нефть позволяет жить, не работая всем.
— И вообще, давай-ка мы с тобой критически программу партии посмотрим. Что удалось, что не удалось. Например, есть тезис, что проезд на транспорте станет бесплатным. Удалось? Нет. А надо ли?
— К Съезду не успеем.
— Должны успеть. Крайний случай отложим Съезд на месяц на два. Приняли программу на двадцать втором Съезде, сейчас собираем двадцать седьмой. Самое время подвести какие-то итоги. Критически посмотреть на то, что не получилось, и почему. Наметить новые цели и задачи…
Более опытный Лигачёв, понимая, что значит, критический разбор программы на Съезде перевёл разговор на другую тему.
— Я слышал, ты разбирался с поворотом северных рек
Я помрачнел
— Разбирался. Там половину вышвырнуть надо с тёплых кресел. А то и посадить…
Поворот северных рек — этот вопрос тянется уже лет двадцать. Под него созданы институты, люди защитили диссертации, созданы тонны документации и даже построены кое-какие заводы. Приняты поистине чудовищные планы — например, пробить русло канала серией из нескольких десятков промышленных ядерных взрывов. То есть считай произвести атомную бомбёжку собственной страны. Причём пробные взрывы уже произвели. Не менее чудовищен — и по деньгам и по последствиям — план создания крупнейшего в мире искусственного Сибирского моря с затоплением миллионов гектаров земли в Южной Сибири.
Между тем, в более умеренном варианте — план вполне рабочий. Без ядерных взрывов, Сибирского моря и затоплений. Надо просто создать огромный… водопровод.
В проекте планировалось создание каналов (открытых) и водохранилищ с плотинами. Помимо расхода средств и затопления земель, которые мы так и не научились ценить — это неминуемо приводило к огромным потерям воды на маршруте, заболачиванию местности и потерям за счёт испарения. Если мы заменим проект канала на трубопроводный, то результатом станет
— Почти полное отсутствие потерь по маршруту, что позволит отбирать намного меньше воды, чем это планировалось
— Куда меньший отвод земли
— Отсутствие необходимости строительства огромных плотин и водохранилищ
И тем не менее, мы получим все те преимущества, какие планировались за счёт проекта. В частности второе дыхание получит освоение целины, поднимется урожайность зерновых и хлопка. Плюс то что не знает никто кроме меня. Поворот сибирских рек практически исключит возможность отделения Казахстана и Средней Азии от СССР.
Технически… технически это надо будет считать. Вариантов два — трубы большого диаметра, которые нам надо ещё научиться производить или закрытый бетонный подземный канал — водовод. Или их комбинация.
В первом случае хорошо то, что вода может прокачиваться под давлением как нефть или газ. Но надо считать, во что нам это обойдётся. Во втором случае проект потребует меньше вложений (у нас и так с металлофондами напряжёнка и то ли ещё будет — мало кто знает, например, что для кабины ЗИЛ стальной лист в Италии до сих пор закупаем и не только). Но тогда придётся напрягаться по железобетону, а у нас — стройки.
В целом — проект как хороший нефтепровод, хорошо ещё что у нас как раз специалистов по строительству крупных нефте и газопроводов хватает, и они как раз сейчас отстроились в основном. Но надо считать, считать и ещё раз считать.
Впрочем, есть ещё предложение пока реализовать гораздо меньший по вложениям альтернативный проект — переброска части стока Печоры в Волгу для того чтобы поддержать мелеющее Каспийское море. Может, начать стоит с этого — кстати, именно на этом проекте, тоже уже начатом, произвели три ядерных взрыва…
Информация к размышлению
Поворот северных рек (из Википеедии кратко)
… Основная цель проекта состояла в направлении части стока сибирских рек (Иртыша, Оби, Тобола, Ишима и других) в регионы страны, остро нуждающиеся в пресной воде. Проект был разработан Министерством мелиорации и водного хозяйства СССР (Минводхоз). В это же время готовилось грандиозное строительство системы каналов и водохранилищ, которые позволили бы перебросить воду рек северной части Западно-Сибирской равнины в Аральское море.
Задачи проекта:
Транспортировка воды в Курганскую, Челябинскую и Омскую области России с целью орошения и обеспечения водой малых городов;
Транспортировка пресной воды в Казахстан, Узбекистан и Туркмению с целью орошения;
Открытие судоходства по каналу «Азия» (Карское море-Каспийское море-Персидский залив).
Над проектом работали около 20 лет более 160 организаций СССР, в том числе 48 проектно-изыскательских и 112 научно-исследовательских институтов (в их числе 32 института Академии Наук СССР), 32 союзных министерства и 9 министерств союзных республик. Было подготовлено 50 томов текстовых материалов, расчётов и прикладных научных исследований и 10 альбомов карт и чертежей. Руководство разработкой проекта осуществлял его официальный заказчик — Минводхоз. «Схему комплексного использования вод бассейна Аральского моря» готовил институт «Средазгипроводхлопок».
Канал «Сибирь — Средняя Азия»
Канал «Сибирь — Средняя Азия» был первым этапом проекта и представлял собой строительство водного канала из Оби через Казахстан на юг — в Узбекистан. Канал должен был быть судоходным.
Длина канала — 2550 км.
Ширина — 130–300 м.
Глубина — 15 м.
Пропускная способность — 1150 мі/с.
Предварительная стоимость проекта (водоподача, распределение, сельхозстроительство и освоение, объекты АПК), равнялась 32,8 млрд рублей, в том числе: на территории РСФСР — 8,3 млрд, Казахстана — 11,2 млрд и Средней Азии — 13,3 млрд. Выгода от проекта оценивалась в 7,6 млрд рублей чистого дохода ежегодно. Среднегодовая рентабельность канала — 16 % (по расчётам Госплана СССР (Захаров С. Н.) и Совинтервода (Рыскулова Д. М.)).
