Нынешний конфликт можно рассматривать как продолжение фирменного стиля Большого — от скандала вокруг приснопамятной Волочковой до ухода звездных Осиповой, Васильева. Можно и как дань исторической традиции — отсюда выдавливали ставших вдруг «просто пенсионерами» Екатерину Максимову и Майю Плисецкую, Владимира Васильева и Мариса Лиепу. Как известно, незаменимых у нас нет — есть незамененные. Именно эти «кости» сейчас перемывают в блогах, и рефрен звучит политически — «доколе?». Доколе в нашей стране будут пользоваться талантами, а затем выбрасывать их как использованный пакет? Сдается, вопрос риторический. А если искать ответ, то только пессимистичный, потому как выбрасывать будут всегда — вчера, сегодня и завтра. Так и хочется припомнить, что, несмотря на все еврокризисы, в стране Голландии есть целый департамент, занимающийся устройством быта вышедших на пенсию артистов балета — совсем молодых по общим меркам людей. Но мне думается, «казус Цискаридзе» иного свойства. «Оппозиционером» он стал не только из-за особенностей характера и не в одночасье. Никто из ныне здравствующих артистов так методично Большой не критиковал. А Цискаридзе критиковал все — и инновации, и безвременье. Притом руководство Большого не глухо и не слепо, и команда Анатолия Иксанова время от времени делала вполне конструктивные выводы из критики Цискаридзе. Однако за последние два-три года объем этого негатива вырос в разы. Фактически Цискаридзе в одиночку олицетворяет группу влиятельных оппонентов Иксанова. Причем складывается впечатление, что как талантливый художник, человек эмоциональный, априори неспособный что-либо объединить или возглавить, он часто оказывается идеальной «дубинкой» для лиц, желающих остаться в тени. И уж они-то, если получат начальственные кресла, в первую очередь избавятся от ершистого артиста.
Работай Цискаридзе в нетворческом коллективе — где-нибудь в банке или паче чаяния правительстве, — система бы его так долго не терпела. Я ни разу не оправдываю нынешний шаг руководства Большого. Но есть ведь не только честь мундира, которую так неловко пытается сейчас спасти Большой, — в наших широтах она давно вывернута наизнанку. Есть профессиональная этика. Был бы Цискаридзе 18-летним юнцом, ему можно было посоветовать выбрать другой театр, раз уж так не устраивает этот. Что, кстати, сделали уже помянутые Наталья Осипова и Иван Васильев. Но предлагать артисту «вольную» сегодня, когда лучшая часть жизни отдана Большому, язык не повернется. При этом очевидно, что выдающийся артист не удовлетворен своим нынешним положением и тревожится за будущее, хотя по своему рангу достоин особого внимания. Да, Цискаридзе немолод, но все же дает фору молодым, которые рядом с ним как крестьяне перед принцем крови. Ведь искусству жеста он учился у легендарного профессора хореографии Петра Пестова, чувство сцены развивал с Галиной Улановой и Мариной Семеновой, главные роли строил вместе с «домовым» Большого Николаем Фадеечевым. Он бы мог здорово пригодиться, если это кому-нибудь нужно. Загрузи Цискаридзе по уши любимым делом, и, глядишь, не осталось бы у него времени на скандалы и придирки.
И тогда выходит, что случившееся — не типичный русский скандал с битьем праведника, а провал кадровой политики Большого театра, не сумевшего приспособить строптивую звезду к станку.
Лейла Гучмазова
Как поживаете? / Искусство и культура / Художественный дневник / Как поживаете?
Я сейчас волей судеб существую в двух ипостасях. Этой осенью стал директором Дома актера. Но первая ипостась, актерская, остается по-прежнему первой. Мне доставляет невероятное удовольствие играть в моей последней мхатовской премьере по пьесе Евгения Гришковца «Дом». А в ближайшее время собираемся начать репетировать вместе с друзьями пьесу Макса Фриша «Бидерман и поджигатели». И хотя слово «антреприза» себя скомпрометировало, мне кажется, у нас собралась хорошая компания. Мы вместе сделали очень неплохой спектакль по Вуди Аллену. И на этот раз выбрали серьезный материал, к тому же весьма современный. Само слово «поджигатели» перекликается с событиями сегодняшних дней. Она написана в 50-х годах прошлого века, а читается так, будто автор опирается на утренние новости. Фриш — из тех драматургов, кто предвидел многие опасности, впоследствии приведшие Европу к социальной напряженности. В пьесе один из персонажей говорит: «Как часто мы сами даем в руки поджигателей спички, надеясь, что они окажутся хорошими людьми», — речь идет об ответственности каждого, о том, как может аукнуться в будущем то, что в настоящем кажется совсем безобидным.
Мое назначение на «высокую» должность произошло совершенно неожиданно. Собралось правление, что-то обсуждали, дебатировали, вдруг нам с Сашей Жигалкиным предложили попробовать поруководить. Вот мы теперь и пробуем.
Пробуем привести сюда молодежь. Хочется, чтобы этот дом не просто оставался милым-милым старым домом, а стал бы творческим центром, где бы она дневала и ночевала. Хороший пример подал «Винзавод», где 24 часа в сутки происходят какие-то события, перформансы, фестивали. И во всем этом активно участвует именно творческая молодежь. Хотелось бы создать у себя такую же атмосферу, альтернативные площадки. Хочется нащупать свою линию, создать свой арт-хаус. Причем не только театральный. Дом актера может стать домом артиста с большой буквы. АРТ — это и художники, и фотографы, и все-все люди искусства. Вот сейчас в нижнем фойе открыта выставка ребят из профессионального художественного училища. Летом проведем реконструкцию сцены и тогда сможем показывать полноценные спектакли, и созданные в этих стенах, и приглашенные. Активно работает мастерская драматургов под руководством Сергея Коковкина, думаем даже издать книжку. Планов громадье.
Ну и, конечно, мы не собираемся забывать о традициях Эскиных, среди которых главная — помощь ветеранам сцены, тем, кто одинок и обездолен. И дело не только в материальной помощи, эти люди должны чувствовать, что не забыты и не брошены. Мы приглашаем их каждый месяц в ИХ дом, где они видятся с коллегами, общаются. Им должно быть здесь тепло.
В наше, как говорится, бурное и непростое время мы, безусловно, рядом с теми, кто протестует против фальши и лжи. Но никаких форпостов в своем доме организовывать не собираемся, как это делалось во времена перестройки в Доме кино. На мой взгляд, художник должен быть беспартийным. Как и президент. Встав на чью-то сторону, он становится заложником ситуации. Независимо от того, любит ли он «Единую Россию» или либералов. Ни в том, ни в другом случае нельзя сказать правду. Но когда меня используют и обманывают, мне это неприятно. И в этом смысле мы будем современными.
Игорь Золотовицкий
актер МХТ, директор Дома актера
Экономическая физика / Парадокс
Пока главы ведущих мировых держав пытаются найти пути выхода из экономического кризиса, а финансисты стремятся постигнуть его природу, ученые из Забайкальского государственного университета решили вникнуть в... физическую сущность денег. Они выдвинули гипотезу, что финансы — не что иное, как специфический вид материи, а потому они подчиняются классическим законам физики. И значит, чтобы грамотно управлять экономикой, нужно просто освежить в памяти учебник физики.
Экономический взрыв
В своей работе ученые исходили из того, что все сущее началось, как принято считать, с момента Большого взрыва, после которого последовало расширение Вселенной, продолжающееся и по сей день. Этот процесс сопровождается энтропией необратимым рассеянием энергии и постепенным ее угасанием. Примерно все то же самое, как предположили исследователи из Забайкальского госуниверситета, происходит и с финансами. Когда-то давным-давно в качестве денег в ходу были предметы, имевшие реальную вещественную ценность, например, раковины, как у индейцев Северной Америки. Если проводить параллель с космологической теорией, то зачаточное состояние экономики, в котором денежные знаки имели реальную стоимость, можно сравнить с некой точкой отсчета, точкой сингулярности. А затем в мире финансов произошел свой «большой взрыв»: появился институт ростовщичества, в обороте возникли производные инструменты долговые обязательства, векселя. Деньги стали постепенно превращаться в невообразимую бумажную массу и тем самым тоже подверглись энтропии началось их рассеяние с одновременным угасанием энергии.
