II. СОН
c 8-е на 9-е или 10-е апреля
Когда же складны сны бывают.
Дмитр[иев]
Я видел сон — чудесный сон! Но с робкой музою моею Пересказать его не смею: Уж я таиться приучен! Не часто ль горестною мукой За откровенные слова Души простой и близорукой Платил мне слепок божества? Не часто ль после вдохновенья Отрад возвышенных я ждал, Заране чуял наслажденья, Заране сердцем ликовал — И только знаки отверженья В глазах красавицы читал.
Любовь, любовь! я помню живо Счастливый день, как в первый раз Ты сильным пламенем зажглась В моей груди самолюбивой. Тогда все чувства бытия В одно прекрасное сливались; Они светлели, возвышались, И гордо радовался я!
Не жив поток под сумраком туманов Не ярок взгляд заплаканных очей: Медлительно в безмолвии ночей С холма на холм порхает стая вранов, Не скоро сна тревожного мечты От юноши денница прогоняет; Не скоро он волшебные черты И горькие обиды забывает: Свободен, быстр, пленителен полет Часов любви, надеждой окрыленных, Когда душа кипит, чего-то ждет И вся полна желаний вдохновенных!
Теперь мне странны и смешны Любви безумные припадки, Не утешительны, не сладки Ее пророчества и сны. Теперь по опыту я знаю, Что сердце жар, что красота, И с Соломоном восклицаю: Все суета, все суета!..
ВИДЕНИЕ
Вчера, как сумраки по небу Туманный вечер расстилал, Я в тишине молился Фебу, Я вдохновенье призывал; Уже душой, ему покорной, Неукротимый, животворной Его огонь овладевал; Мечты кипели, разгорались, Росли, блистали и сливались И видел я — мой идеал: Чело, и очи, и ланиты, Уста, и локоны, и грудь, И стан божественной Хариты Непринужденно, как-нибудь Одеждой легкой перевитый. Как мил и жив мой идеал! Я млел, я таял, я стыдился, Я задыхался и дрожал, И утомленный — пробудился!
ВОСКРЕСЕНЬЕ
Ich kann mich auch verstellen.
Ramler[8]
He долго на небе горела Мне благосклонная звезда, Моя любовь мне надоела — Я не влюблюся никогда! Ну к чорту сны воображенья! Не раз полночною порой Вы нестерпимые волненья В душе будили молодой; Не раз надеждою неясной Страдал доверчивый певец — Я зарекаюсь наконец Служить волшебнице прекрасной; Я прогоню мою тоску, Я задушу мой жар безумной И снова музе вольнодумной Стихи и сердце обреку. Уже божественная лира Почти молчит, почти мертва Для безответного кумира И не кипят ее слова; Так после бахусова пира Немеют грудь и голова.
" Вы скоро и легко меня очаровали, "
Вы скоро и легко меня очаровали, Не посмотрели вы на то, что я поэт, И самовластно все мечты мои смешали В одну мечту, в один любовный бред! И много брежу я: с утра до самой ночи Я полон вами: вы даруете мне сны; Мне дивный образ ваш сверкает прямо в очи В серебряном мерцании луны. Цветущий младостью, прелестный, светлоокий, С улыбкой на устах и сладостном челе Как мил он мне тогда, как действует глубоко На сердце в тихой, лунной полумгле! Томленье нежное на сердце он наводит И пробуждает он полночную мечту, И перед ним она шалит, и колобродит, Так и летит на вашу красоту — И что ж? Весь этот рай желаний сладострастных, И треволнение и жар в душе моей Вы сделали одной улыбкой уст прекрасных И мигом черных, пламенных очей!
[ЗАПИСКИ А. С. ДИРИНОЙ]
I
Мне очень жаль, что я сегодня У вас обедать не могу. (Как христианин, я не лгу На случай праздника господня). Теперь мне скучная пора: Я занят письмами большими; Еще с вчерашнего утра Сижу задумчиво над ними, А все не вижу им конца. Нельзя ж оставить без ответа От Киселева письмеца И от приятелей привета? Итак — надеюся, что вы Мне одолжите извиненье В не очень важном прегрешенье Не очень важной головы!
II
Как цвет небесного эфира, Как безмятежная луна, Моя поэзия ясна. Но суете земного мира Порой покорна и она. Пускай божественного света Восторги сладостны уму Самолюбивого поэта: Он все не бог, и все ему Нужна подлунная монета — Удел но славный, не святой! Но так судьба определила, И все мы ходим под судьбой. Вы понимаете в чем сила! Благодарю — и бог со мной.
III
В последний раз в семестре этом — Пускай за деньги — так и быть — Я притворяюся поэтом И вас могу благодарить; Не раз, не два вы прогоняли Мои карманные печали И тайным подвигом добра И дух и здравие пера Певцу-студенту оживляли.
Все слава богу — мне пора Скакать дорогой к Петрограду: Найду там братскую отраду, Найду поэтов и друзей; — Но, верьте богу вдохновенья, Я не забуду здешних дней, И вашего благотворенья, И благодарности моей!
ЭЛЕГИИ
