— У тебя сотрясение мозга, — проговорила она.
Он не сводил с нее глаз.
— А ты-то что тут делаешь?
— Неважно, — ответила она.
Ситуация показалась Йенсу абсурдной до предела. Тут у него за спиной распахнулась дверь. В комнату вошел Арон с рассеченной бровью и огромными синяками на щеке и возле правого уха. Вид у него был сосредоточенный и взбудораженный одновременно.
— Поехали, — произнес он.
Йенс поднялся на подгибающихся ногах.
— Подгони машину к заднему выходу, София, — продолжал Арон.
Женщина вышла.
— Йенс, мне нужна твоя помощь, — сказал Арон. — Они забрали с собой Гектора. Я могу отследить его местонахождение по навигатору. У тебя что-нибудь есть при себе?
Йенс отрицательно покачал головой.
Арон достал из шкафа револьвер 45-го калибра с коротким стволом.
— Это и есть «услуга за услугу».
Взяв оружие, Йенс убедился, что оно заряжено. Они поспешно вышли через заднюю дверь, которая вела на внутренний двор, прошли через подъезд другого дома и вышли на улицу. «Лендкрузер» подъехал на большой скорости, резко притормозил. Арон открыл переднюю дверцу.
— Ты останешься здесь, София. Мы одолжим ненадолго твою машину.
— Я вам пригожусь, — возразила она. — Я буду вести, а у вас с Йенсом будут свободны руки.
Времени на споры не было. Они прыгнули в машину — Арон на переднее сиденье, Йенс позади. Машина резко рванула с места.
— По Е-4 на север, — сказал Арон, глядя на дисплей своего телефона.
София быстро выехала через заставу Норртуль, вырулила на автостраду и увеличила скорость.
Тут она заметила «Вольво» — тот самый автомобиль, который попался ей на дороге, когда она отъезжала от дома. Теперь он держался чуть позади, в левом ряду на пустой автотрассе. В зеркало заднего вида София увидела, что «Вольво» приближается. Она задумалась. Дать ему следовать за ними, чтобы он помог спасти Гектора? А что потом?
Машина держалась теперь совсем близко.
На подъезде к парку Хагапаркен София перестроилась в крайний правый ряд. Уже почти проехав заезд в парк, она в последнюю секунду резко повернула вправо и поехала вверх по дороге, ведущей в парк. «Вольво» потерял ее и продолжал двигаться вперед по трассе. София успела разглядеть мужчину за рулем — его она уже видела раньше.
Арон оторвал глаза от навигатора:
— Что ты делаешь?
— Прости, я ошиблась — мне показалось, что я не в том ряду.
Поднявшись на вершину холма, она должна была продолжать ехать прямо, чтобы снова выехать на шоссе, однако вместо этого она свернула влево в сторону Сольны.
— София! — Голос Арона звучал возмущенно.
— Прости… я же должна развернуться!
Она изобразила на лице стресс и панику, в то время как Арон смотрел ей в лицо, пытаясь понять ее невероятный маневр. На развязке она проехала по кругу, вернулась к тому месту, откуда приехала, и снова вылетела на шоссе, вдавив педаль газа в пол.
Все получилось именно так, как она надеялась: «Вольво» свернул на следующий съезд в сторону Фрёсундавика, развернулся и снова выехал на шоссе. Она увидела, как машина едет по встречной полосе, обратно по направлению к городу. На этот раз она даже не стала смотреть на водителя, просто еще увеличила скорость.
Здравый смысл наверняка должен был бы подсказать ей бросить все это, не ввязываться в эту историю, но сейчас разум был где-то в другом месте. Она следовала не логике, а чувствам, вернее, одному чувству — тревоге за Гектора. В тот момент все остальное не имело никакого значения.
В зеркало заднего вида она увидела Йенса. Его внезапное появление из ниоткуда напугало ее. Сейчас он сидел на заднем сиденье ее машины и смотрел в окно. Старше, чуть шире в плечах, чем она его помнила. Но волосы по-прежнему светлые и чуть взлохмаченные, загорелое лицо, как у ребенка, только что вернувшегося с каникул. Она узнала его характерный взгляд — дикий и задумчивый одновременно. Словно прочтя ее мысли, он поднял голову. Глаза их встретились в зеркале заднего вида.
— Сейчас они к западу от нас, поверни на следующий съезд.
София съехала с шоссе. Они оказались на проселочной дороге, ведущей в сторону леса. В темноте они отыскали совсем узкую гравиевую дорожку, уходившую прямо в лес. София отключила фары, пробираясь вперед в полной темноте.
— Остановись! — Арон пристально разглядывал свой навигатор. — Дальше я пойду пешком. Ждите меня здесь, телефоны держите включенными.
Он навинтил на ствол своего пистолета глушитель.
— Я пойду с тобой, — сказал Йенс. — Ведь их двое!
— Нет, ты останешься здесь — на случай, если кто-то из них двинется сюда.
Арон быстро исчез за деревьями в черном лесу.
Йенс и София молча сидели в машине. Тишина становилась невыносимой. Йенс почувствовал, что не может усидеть на месте, открыл дверцу. Сделал несколько шагов в глубь леса, глядя в ту сторону, куда скрылся Арон.
София наблюдала за ним со своего места за рулем.
Михаил был недоволен. Клаус слишком сурово обошелся с испанцем. План заключался в следующем — войти в ресторан, устранить приближенных, а затем спокойно побеседовать с Гектором Гусманом, объяснить ему, что у него и его людей нет шансов против Ханке, заставить его принять изменения, на которых настаивает Ральф, а затем уехать прочь. Если он не согласится, пристрелить его на месте. Но Клаус отправил Гусмана в нокаут, а сидеть и ждать, пока он очнется, они не могли. И теперь они находились в темном лесу к западу от шоссе. Звуки проносившихся мимо машин доносились издалека. Михаил понимал, что ситуация резко изменилась.
Через некоторое время Гектор начал приходить в себя. Он сидел на земле, прислонившись к машине, смотрел мутными глазами на свой гипс, частично раскрошившийся по дороге.
Клаус стоял в нескольких метрах от него, облегчая мочевой пузырь, насвистывая тему из Пятой симфонии Бетховена. Гектор поднял глаза на русского, стоявшего перед ним.
— Ты от Ханке? — спросил он хрипло. В горле у него пересохло.
Михаил кивнул.
— Чего вы хотите?
— Они хотят, чтобы вы вернули украденный вами кокаин, они хотят иметь канал Парагвай — Роттердам, они хотят главенствовать. А вы присоединитесь к ним в качестве подразделения. С настоящего момента самое разумное, что вы можете сделать, — это следовать их пожеланиям. Кроме того, они хотят знать имя того, кто спалил машину Кристиана и его девушку. И еще они хотят знать, зачем вы обзаводитесь оружием.
— Слишком много всего.
Михаил не ответил. Гектор пристально разглядывал его.
— Так это ты меня сбил?
Михаил молчал.
— Конечно, ты, — проговорил Гектор и, достав из нагрудного кармана сигариллу, засунул ее в рот. — И в Роттердаме тоже был ты? Кто ты, маленькая шлюшка на службе у Ханке?
Михаил и бровью не повел. Гектор нашел в кармане зажигалку, раскурил сигариллу, сделал несколько затяжек.
— Извилин у тебя, видать, не слишком много. Ты потащился в Данию не за теми ящиками, мне рассказали эту историю. Человек, которому принадлежали ящики, был на корабле случайным пассажиром, к нам он не имеет отношения. Наш товар лежал в таких же ящиках — так их захотел упаковать капитан. Ты, как всегда, остался с носом.
Гектор сделал еще несколько затяжек.
— Это ничего не меняет, — пожал плечами Михаил. — Дай мне то, о чем я сказал, и мы уедем отсюда.
Гектор покачал головой:
— Сожалею. Ты предлагаешь мне самую невыгодную сделку, о какой я когда-либо слышал.
— Я ничего тебе не предлагаю.
Гектор посмотрел в глаза Михаилу:
— Нет, предлагаешь.
— Не строй из себя идиота, — проговорил русский.
Гектор почти улыбнулся:
— А как ты сам отнесся бы к тому предложению, которое только что мне изложил?
Михаил не ответил и, обернувшись к Клаусу, спросил по-немецки, не застрелить ли им собеседника на месте.
— Я тут только что помочился — если они начнут брать анализы на ДНК…
— Плевать, мы можем пристрелить его здесь, а потом увезти и спалить вместе с машиной в другом месте, — пробормотал Михаил.
Гектор загасил сигариллу, которая во время этого разговора приобрела не тот вкус.
— Я могу предложить вам перейти к нам, вы получите вдвое против того, что имеете у Ханке. — Он посмотрел на Михаила. — Кроме того, ты наверняка заметил, что почти все дела, за которые вы брались, оказались провалены к черту.
Михаил кивнул Клаусу. Тот подошел к машине, достал «ЗИГ-Зауэр», снял его с предохранителя и приблизился к Гектору, прицелившись ему в голову.
— У тебя по-прежнему есть выбор…
Гектор поднял глаза на большого человека, стоящего над ним. В кронах деревьев у него над головой гулял легкий ветерок.
— Иди к черту, — тихо произнес он.
