Читаем без скачивания Никто не знает - Мэри Кларк

Этот поганец-мальчишка провел его. Но как он посмел? Как осмелился ребенок задавать тон делу? Пробегая глазами строчки, написанные неустоявшимся детским почерком, он чувствовал, как в нем клокочет ярость.

«Вам нужно кольцо. Мне нужен брат. Я должен точно знать, что вы на самом деле собираетесь его вернуть. Давайте меняться. Приходите сегодня в 6 вечера к старому пирсу и брата захватите. Я верну вам кольцо, когда увижу Марка. Передаю лекарство Марка и устройство, которое помогает ему дышать. Он расскажет, как им пользоваться. Присматривайте как следует за моим братишкой. Если с ним что-нибудь случится, у вас будут большие неприятности.

Винсент Бейлер».

Он запихнул записку назад в коробку и бегом покинул стоянку. Напрасно мальчишка вздумал ему угрожать. Он не знает, с кем рискнул в игры играть.

Глава 63

Винсент ждал, когда сможет покинуть свой тесный наблюдательный пост. Щели между досками, которыми была обшита пляжная душевая, давали хороший обзор. Ему хотелось убедиться, что лекарство и массажер дойдут до Марка. А еще он надеялся увидеть машину и если удастся, то и номерной знак. Но, против его ожиданий, незнакомец явился пешком.

Винсент жалел, что не нашлось места поближе, где бы можно было спрятаться. Тогда бы он смог разглядеть лицо пришедшего. Но в целом его затея удалась. Он, по крайней мере, знал, что Марк получит все необходимое.

Глава 64

Торговля шла бойко. Потоку покупателей, казалось, не будет конца. Двери магазина круглосуточной торговли «Севн-илевн» не успевали закрываться. А люди все шли и шли, раскупая соки, воду и печенье. Ураганы только на пользу торговле. Молодой продавец работал все утро без отдыха, получая деньги за покупки, заправляя автомат фруктовой водой, пополняя ассортимент быстро пустеющих полок. Ему позвонил владелец магазина и распорядился закрыть магазин в час дня. Продавец не мог дождаться этого момента.

— И это все, что у вас осталось? — поинтересовался мужчина с идеальной стрижкой. В руках он держал два бутерброда с тунцом в пластиковой упаковке.

— К сожалению, мистер, это так.

— Жалкие остатки. И ради этого я стоял в очереди? — Нечего было и думать, что Брайан придет в восторг от такого ничтожного улова. Тони даже возвращаться к машине не хотелось.

Добросовестный продавец принял на себя упрек.

— У нас еще осталось несколько пончиков, — поспешил предложить он, указывая на витрину.

— Нет уж, спасибо.

Мужчина раскрыл бумажник, и продавец заметил лежащее в нем удостоверение с фотографией и рельефными буквами WSBC-TV, что указывало на работника местной телекомпании.

— Вы из новостей? — полюбопытствовал продавец.

— Да, я Тони Уитком. — Мрачное лицо покупателя заметно посветлело.

— Рассказываете об урагане?

— Да, точно так. Наши сообщения касаются урагана, а также пропавшего малыша Бейлера.

— Что еще за пропавший малыш?

— Это пятилетний мальчик, что живет в нескольких кварталах отсюда. С прошлого вечера о нем нет никаких известий.

— Надо же, а я ничего не знал. Вот это беда, — продавец занялся следующим покупателем.

Время подумать у него появилось только потом, когда он запер двери магазина. Подумалось о странном типе, что заходил накануне вечером. Он еще вырвал страницу из телефонной книги, думая, что его никто не видит. А потом спросил, как проехать на улицу Калле де Перу.

Продавец подошел к стойке, где лежал справочник, и пролистал до буквы «Б». В книге не хватало страницы с фамилией Бейлер.

Глава 65

Прибывавшие в эвакуационный центр островитяне располагались на выделенной им площади. Все полы в школьной столовой, спортзале, классах и коридорах были заняты спальными мешками, воздушными матрасами и детскими кроватками.

— Думаю, если сегодня сильно припечет, нам надо ехать сюда, — задумчиво проговорил Лерой. — Может быть, стоит занять места?

— Занимай, если хочешь, — равнодушно откликнулась Касси.

Ей было не до сна. Ее ждала работа. Феликс будет снимать, а ей надо взять интервью у эвакуированных, а затем написать текст для программы новостей «Вести для Америки». Для утреннего выпуска несомненно потребуется материал. Возможность отдохнуть могла представиться только Лерою. Чтобы собрать весь необходимый материал, много времени не потребовалось. Феликс снял несколько общих планов эвакуированных, а Касси записала несколько интервью. Уже на выходе из здания подал голос пейджер Касси. Крошечный экран сообщал, что она должна позвонить в Нью-Йорк Елене Грегори.

Стараясь унять в пальцах дрожь, Касси набрала нужные цифры на мобильном телефоне. Она предположила какие-то подвижки с судебным иском. Возможно, удалось наконец достичь соглашения.

— Касси Шеридан отвечает на вызов Елены.

— Подождите минутку, пожалуйста.

Елена ответила почти сразу:

— Как у вас там дела, Касси? Не заливает?

«Хватит болтовни, Елена, ближе к делу, — мысленно торопила ее Касси. — Мы обе знаем, что директора компаний не звонят, чтобы справиться о погоде».

— Пока дела у нас идут неплохо, но скоро, по всей вероятности, придется туго.

— Я знаю, что вы не теряете времени даром.

— Спасибо, Елена.

— Мм, Касси, я хочу сказать тебе кое-что, прежде чем ты услышишь это от кого-либо другого.

— Есть новости насчет иска?

— Нет, с этим вопросом пока ничего нового.

Мысли стремительно понеслись у нее в голове. Если ее ждал не кошмар судебных разбирательств, то что же тогда?

— Что вы хотели мне сказать, Елена? — сдерживая волнение, спросила Касси.

— Касси, мне очень жаль. Я на самом деле искренне сожалею. Но мы сочли необходимым официально назначить Валерию Делейн специальным корреспондентом рубрики «Закон и порядок». Она хорошо справлялась с работой и это назначение заслужила.

Касси изо всех сил старалась держать себя в руках.

— Но вы же говорили мне, что подождете с решением, и когда закончится дело с иском, я смогу вернуться в Вашингтон.

— Сожалею, Касси.

— При чем здесь сожаление, Елена. Это же моя должность. Так поступать несправедливо. — Довод насчет справедливости даже для нее самой прозвучал по-детски неубедительно. Речь о справедливости больше не шла.

Глава 66

Ему впервые приходилось видеть ребенка, который бы с такой охотой отнесся к лечению.

— Я лягу набок, а ты должен приложить массажер к моей груди.

По мере того как прибор работал, ребенок откашливал мокроту в одну салфетку за другой.

— Кто дал тебе мое лекарство? Его принесла мама?

— Нет. Мне передал его твой брат.

— Винсент? Его принес Винсент?

— Да, Винсент.

— А где он? Я хочу его увидеть.

— Не беспокойся, ты его увидишь.

— Когда?

— Когда я скажу. А теперь помолчи.

Малыш заплакал.

— Я хочу к маме. — Усилившийся кашель сотрясал тщедушное тельце.

— Послушай, малыш, успокойся. Ты увидишь свою маму. Обещаю. Но пока тебе придется делать то, что я скажу.

Марк вытер опухшие от слез глаза.

— А зачем тебе вся эта пудра и помада? Это же все для женщин.

— Не только. Мужчины в кино и на телевидении тоже пользуются гримом.

— А ты с телевидения?

— Нет.

— Тогда зачем тебе грим?

Он ответил вопросом на вопрос:

— А ты когда-нибудь был в цирке?

— Да, мама меня водила. — Вспомнив о матери, Марк снова готов был расплакаться.

— Клоунов помнишь?

Марк утвердительно потряс головой.

— Ты что же думаешь, у них на самом деле такие лица? Конечно же нет. Это все грим.

— Так ты клоун?

— В душе, малыш. В душе.

Сколько он себя помнил, ему больше всего хотелось уверенности, что он хорош собой, мил и достоин любви. Но в доме, где он вырос, ни о чем подобном не приходилось и мечтать. В семье он не знал нежности. Ни о какой ласке, ни о поцелуе на ночь не могло быть и речи. Даже наказание обходилось без непосредственного прикосновения руки. Оружием наказания служил ремень, или линейка, или тыльная сторона щетки для волос, принадлежавшей матери.

Он наблюдал за мальчиком на диван-кровати. Дыхание малыша выровнялось, и кашлял он теперь реже.

— Тебе когда-либо доставалось, малыш?

— Как это? — озадаченно спросил Марк.

— Мать когда-нибудь тебя била?

— Нет, — ответил мальчик. — Но брату иногда от нее попадает, — добавил он, стараясь угодить своему похитителю.

— И чем же она его бьет?

— Рукой.

Чувства распирали его, рвались наружу. Он не мог сдерживаться. Ему необходима была отдушина для своих чувств.

— Поди сюда, малыш. Иди-ка сюда.

Марк поднялся с дивана и сел на стул у туалетного столика.

— Хочешь, я сделаю тебе маску, как у клоуна?