- Идите, идите, а мы с коровой чайку попьем.
- Только я недолго, - предупредила Корова, - мне надо ещё к Рябине слетать, новые стихи послушать...
- Ладно, - согласилась мама, - мне тоже скоро просыпаться на работу...приснится же такое... А о какой рябине ты говоришь, уж не о той ли, что стоит на вершине?
Элис не услышала ответа, она неслась за Кикириллой словно именитый рекордсмен на сверхскоростном гоночном автомобиле.
В этот момент, когда они добрались до высокой ели, где на вершине, в гнезде сидел Лена, на огромной скорости, ровняя траву с землей, примчался пенек с обезумившим наездником. Не сбавляя скорости, пенек стремглав вертикально поднялся по стволу ели и притормозил у гнезда. Скинув за шиворот седока в гнездо, он скрылся из виду. Сергей, вытаращив глаза и открыв рот, ошалело уставился на Лену и летучую мышь.
- Закрой рот, - сказала Лена, - червей натолкают.
Видя, что друг не очень-то реагирует на её слова, она помогла ему. Зубы Сергея лязгнули и он выдавил из себя:
- А... ты что здесь делаешь?
- Жду тебя. Ведь ты же мой принц. Ты должен прийти и спасти меня, из лап чудовища. - Последние слова Лена сказала с надрывом. Вскинув руки и растопырив пальцы и показывая, в какие страшные лапы она попала, Лена протяжно завыла.
- у-у-у ... Теперь понял?
Сергей сглотнул комок в горле и посмотрел вниз. О, ужас! Внизу, задрав головы, стояли крохотные создания и с нетерпением ждали что же будет дальше... У Сергея закружилась голова, он лег на дно гнезда и несмело промямлил.
- А как я должен тебя спасать?
- Ты должен сказать, я спасу тебя.
- А дальше?
- Все... - удивленно пожала плечами Лена.
- Все??? - глаза Сергея округлились.
- А ты ещё что-то предлагаешь? - И Лена вопросительно уставилась на Сергея.
Сергей отрицательно замотал головой и вскинул руку. Он сделал это так резко, что летучая мышь подпрыгнула, не удержалась и вывалилась из гнезда. Плеер остался внутри, а мышь повисла на наушниках. Покачавшись немного, она улучила момент и схватилась за прутья. Гнездо накренилось и, соскочив с насиженного места, полетело вниз...
Долгое пронзительно протяжное "а...а...а..." прорезало таежную тишину.
Элис зажмурилась. Секунды показались часами... Она ожидала самого худшего. Но ожидание затянулось. И вдруг раздались оглушительные аплодисменты. Элис ушам не поверила, она осторожно открыла глаза
Лена и Сергей, не замечая ничего вокруг, стояли на самой крепкой ветке Кедра и самозабвенно целовались. Кедр осторожно опускал влюбленных на землю. Бросая скромные косые взгляды на парочку, он тихо сопел. Потом смахнул слезу. Но он ни за что не признался бы, что это была именно слеза.
Элис недвусмысленно прокашлялась, Лена с Сергеем оторвались друг от друга и уставились на окружающих. По их глазам было видно, что они, витают где-то в заоблачной дали, и совершенно не собираются опускаться на грешную землю. Вскоре поняв, что они все-таки не одни, и слегка смутившись, молодые люди быстро скрылись в тайге.
Летучая мышь выползла из-под развалившегося гнезда, и задумчиво произнесла:
- Что-то в последнее время я часто начала падать. - Она потрясла плеер, он не работал. Мышка вздохнула и потащила его к Бобру. Кажется, он неплохо разбирался в аппаратуре. Правда, у него лучше получалось разбирать, чем собирать, но вдруг повезет...
Кикирилла вспомнила, что у неё миллион дел и что их обязательно надо сделать именно сейчас. Все собрались в доме Кикириллы. Срочно было принято решение подготовить ночную вылазку. Муравьи доложили, что зверинец расположился возле школы в Новом городе, но так как летом детей практически нет, зверинец должен был ни сегодня, завтра переехать в Cтарый город. Там больше народу.
Попугаиха прилетела только под утро. Значит все готово. На задание шли Кедр, как наступательная сила, Вьюн - оборона, Крапива с Чертополохом, как поддержка Кедра. Элис получила задание стоять в стороне и действовать по обстановке. Попугаиха после получасовых воплей выбрала себе место на крыше школы, чтобы созерцать всю картину событий в масштабе и полном объеме, как она выразилась. По её мнению она выбрала себе самую ответственную сложную задачу. Натянув на руки красные кожаные перчатки, она отключилась от собрания, и заснула сном праведника.
Собранию пришлось тихо покинуть дом. Рассевшись на лужайке, все шептали свои версии предстоящих событий. Элис, наматывая на ложку липкую струю меда, попросила Кедра на этот раз не пропустить её окно.
- А то будут пугать вами не только детей, но и стариков. Да что стариков всех. Посеете ужас в городе.
Встреча была назначена на время, когда филин три раза ухнет у разбитой молнией березы.
Брим-Бом уже третий день не разговаривал с Борисом. Ему казалось, что это он выпустил его Медведя из клетки. Хотя Борис всячески отнекивался, и не признавался. Он даже поклялся на хлебе, но директор ему не верил.
Куда подевался Медведь? Вернее, куда он делся, Брим-Бом догадывался, наверняка, сбежал. Было непонятно, каким образом в полу клетки образовалась дыра. Кто осмелился прикоснуться к его имуществу? Не знал он, и того, когда это произошло? Пропажа обнаружилась лишь на второй день. Угораздило же его уснуть на два дня, да с ним впервые такое приключилось!
Братья сидели в вагончике и завтракали - точнее завтракал Брим-Бом, а Борис только что закончил пересчитывать деньги. Аккуратными пирамидками они возвышались между грязными тарелками.
В сотый раз, бросив в сторону брата злой взгляд, Брим-Бом процедил сквозь зубы:
- Ты бы мог меня разбудить... может ты специально подсыпал мне снотворного, чтобы я не слышал, как ты пилишь.
Не удостоив брата ответом, Борис стал складывать свое богатство в чистый рюкзак, который он предусмотрительно постирал в ближайшей луже.
Вдруг глаза Брим-Бома округлились, и он испуганно уставился на Бориса. Мысль, которая только что пришла его голову, настолько его напугала, что он перестал жевать.
- Ты, наверное, и сейчас мне что-нибудь подсыпал. Сам-то не ешь. Ты что задумал? Решил меня извести? Я давно заметил, как ты ненавидишь меня и моих зверушек. А ведь ты живешь за их счет. Их хлеб кушаешь, - распаляя самого себя, завелся Брим-Бом. Он уже вскочил, и теперь нарезал круги по комнате.
- Вот зачем, скажи на милость, тебе эти бумажки? Что ты с ними будешь делать? Номера купюр наверняка все записаны, ориентировки разосланы. Да скоро инфляция сожрет твое богатство, и оно превратится в пшик... - и Брим-Бом вскинул руками демонстрируя, как это должно произойти. - Самое большое богатство это живность.
В душе Борис был с ним согласен. Но одно дело думать, совсем другое слышать. Он просто не имел права рисковать, и позволить себе тратить эти бумажки. Хотя не это волновало так сильно Бориса, его будоражила мысль, что богатство, которым он обладал, было призрачно неуловимым, словно туман на утренней заре.
Засунув рюкзак под скамью, Борис бросил:
- Совсем осатанел от своих зверей. Лучше иди покорми их. Пятый день ни жравши. Ромашку тоже полей, вся высохла.
Брим-Бом взглянул на подоконник, он совсем забыл о ней. Ее белые лепестки повяли, листья завернулись в трубочку, голова поникла в страдальческом поклоне.
- Чем я их кормить буду? Посетителей нет уже неделю. Тоже мне, заехали в город! Здесь зверей больше, чем людей. Надо выбираться отсюда, да и Медведь в любой момент может вернуться. Тогда нам не сдобровать. Может травки покосить?
Тут его взгляд упал на Ромашку.
- Я что зря её волок в такую даль. Еду для зайцев, - вспомнил Брим-Бом. Он потянулся за Ромашкой, но в этот момент за стеклом мелькнула до боли знакомая фигура. Брим-Бом зажмурил глаза, пытаясь прогнать наваждение. Он потряс головой и распахнул опухшие веки без ресниц. Ошибки не было...
Щелчком смахнув разомлевшую на подоконнике жирную муху, он прижался носом к стеклу. Опершись на него ладонями, словно надеясь пройти сквозь него, директор рассмотрел громадные очертания Медведя. Его переполняло очень странное, неиспытанное доселе чувство - радость, перемешанная с восторгом. Ну, конечно же, он узнал своего "желтенького медвежонка". Вот он, перекинув через плечо цветущее дерево, словно коромысло, покачиваясь от тяжести, собственной персоной косолапо бредет в сторону вечнозеленой тайги.
- Долго жить будешь. Сам, миленький, пожаловал, с дубинкой. Неужели решил меня завалить... - запустив пятерню за шиворот, директор поскреб кожу на спине и сипло застонал: - ах, ты моя лапушка....
Больше всего Брим-Бом боялся, что видение исчезнет, и ему останутся только воспоминания о гордости зверинца. Но Медведь продолжал упорно двигаться по окраине города. Вдруг он исчез за кустами. Брим-Бом взревел, и схватился за зуб, видимо разболевшийся от переживаний. Он плюхнулся на скамейку и в сердцах ударился затылком об стену. Потом ещё и еще. Решение пришло мгновенно. Брим-Бом схватил винтовку и удивительно быстро, словно пантера, выскочил из дома. Из директора он превратился в очень умелого и оттого очень опасного охотника.
