Галантно улыбаясь, Рик собственноручно положил ей в тарелку корзинку с красной икрой. После аккуратно, но ощутимо стукнул коленом под столом. Пришлось давиться икрой.
На четвертый раз грациозно поднялась Криста и произнесла милым голосом тост-легенду на озорную тему. Получилось отлично: все заулыбались, похмыкали, лица у многих расслабились.
Таня украдкой сделала еще один глоток шампанского и решила узнать, из чего же приготовлен салат. Тот оказался вкусным, пришлось им заняться.
Вордак опять поднялся и произнес немного напыщенную речь о сплоченности всей компании ради общих целей.
Лютогор за это не выпил. Зато сделал знак духу-официанту и приказал налить водки в бокал для воды. Тот подчинился и наполнил означенную емкость до краев.
От девушки не укрылось, что все перестали есть-пить, отложили приборы и теперь смотрели только на предводителя диких.
И тогда Лютогор Мариус поднялся.
— Уверен, что экспедиция завершится интересно, — произнес он и подарил окружающим скупую улыбку. — И, надеюсь, три карпатских символа найдут своего единого хозяина в честном поединке. Я пью за возрожденного Карпатского Князя, кем бы он ни был!
И залпом выпил бокал водки.
Двое 'близнецов' повторили процедуру, но выпили куда меньше, из рюмок. И тоже не закусили.
Ну и пьют эти дикие, подумала Таня.
Воцарилось напряжение. Конечно, никто не поддержал тост честной рюмкой. Краем глаза Таня заметила, как зашевелились вокруг стола черные тени — это охрана президента заволновалась, готовая проступить из-за невидимой завесы, доселе скрывавшей фигуры телохранителей, чтобы не беспокоить гостей излишним надзором.
Вордак молчал. Некоторое время они с Лютогором играли в гляделки. Тане передалось общее волнение, и она, заерзав на стуле, нечаянно задела локтем своего соседа в черном.
— Осторожнее, — прошипел он, поворачивая к Тане лицо.
Девушка тут же узнала эти водянисто-серые глаза и тонкие, поджатые губы. Она готова была поспорить на свой браслет, что перед ней сын или племянник Лютогора. Но уж в родстве с главным диким состоял точно.
— Извините, — пробурчала она.
Парень смерил ее надменным взглядом и отвернулся.
'Эх, — подумала Таня, — вот бы дать ему подзатыльник! Она терпеть не могла таких заносчивых дураков. Рик, проницательная сволочь, опять двинул ее коленом под столом.
Внезапно девушка заметила, что Алексей Вордак смотрит в их сторону. Нет, не на нее, конечно же, а на ее соседа. Который, кстати, отвечал не менее пристальным взглядом. Таня перевела взгляд на Шелла — крепыш не улыбался, наоборот, тоже смотрел в их сторону, и весьма сурово.
— Прошу извинить нас, — вдруг глухо сказал Лютогор. — Мы устали с дороги и хотим отдохнуть. Путь был неблизким.
amp;;nbsp; После этого слегка поклонился Вордаку, и вся черная процессия, включая старую Олешу, разом поднялась с кресел и удалилась из зала.
Столь неожиданный уход Лютогора со свитой взбодрил остальных. Когда принесли дымящийся молодой картофель, жаркое в горшочках и жареную форель, все чаще стал раздаваться смех, завязались шутливые разговоры.
И тогда вновь поднялся карпатский президент.
— Ну а теперь, когда остались только свои… — Тут же все заулыбались, и старшему Вордаку даже немножко поаплодировали. — Теперь, — продолжил он, — можно поговорить о делах.
Президент сообщил, что пробную вылазку в горы решено сделать завтра, в девять часов. Первая гора с возможным отрицательным пространством — Синеглазка. Маршрут довольно простой, поэтому особых хлопот быть не должно. Достаточно, если пойдет всего лишь несколько человек.
Шелл явно скучал. Заметив, что Таня опять на него смотрит, он снисходительно подмигнул ей, наверняка надеясь вогнать такую 'серую мышку', как она, в стеснительную краску. Вордак продолжал говорить, и все взгляды по-прежнему были устремлены на него. Шелл сложил губы трубочкой, посылая Тане воздушный поцелуй, и та не выдержала: показала ему из-под кружевной салфетки очень неприличный жест.
Секунду девушка наслаждалась растерянным выражением лица Шелла, игнорируя новые толчки коленом от Рика. Однако Шелл быстро справился с собой: громко хмыкнул, чем мгновенно привлек внимание Лешки — тому тоже надоело слушать официальную отцовскую речь.
Таня быстро отвернулась.
К счастью, старший Вордак вновь уселся на кресло под восторженные аплодисменты. Зато встала Ружена и, раскинув руки в пригласительном жесте, позвала всех в библиотеку, где подадут чай-кофе и десерт под хорошую, неторопливую беседу.
Все начали вставать с кресел — официальный ужин был завершен. Наверняка, сейчас начнутся долгие благожелательные споры за чаем-кофе, под сигару или сигаретку, где разморенные обильной едой колдуны будут упражняться в тактике и стратегии запланированной экспедиции на Горганский хребет.
Глава 12. Вечеринка
Не успела Таня оглянуться, как Рик смылся. А ведь у нее появилось несколько важных вопросов. Например, что это за 'близнецы' в черных мундирах…
Зато возле Тани тут же очутилась Эрис. Девушка немного раскраснелась от шампанского и выглядела весьма довольной.
— Пойдем, — прошептала она. — Нас ждут.
И верно, Криста, Даша, невероятно смущенный Патрик и Шелл поджидали их у зеркальной стены.
— Алексей ушел первым, — произнес поляк, улыбаясь одновременно Даше и Эрис. — Хочет подготовиться. Наверняка задумал что-то спрятать от чужих глаз. — Он подмигнул Кристе. — Поэтому сопровождать вас буду я.
Шелл галантно взял Эрис и Дарью под руку, Криста предложила локоток Патрику, и они все прошли через зеркальную гладь прохода. Таня, оставшись одна, торопливо шагнула вслед за ними.
Как же странно вновь очутиться в этой комнате. На Таню нахлынули приятные и не очень приятные воспоминания, в глазах опасно защипало. Зато в руках, наоборот, появилась та нервная дрожь, свидетельствующая у людей эмоциональных о желании надавать кому-нибудь по шее. Поэтому она сделала несколько глубоких расслабляющих вдохов, словно собиралась выйти в субастрал… Помогло. Таня с удивлением прислушивалась к себе: учеба у госпожи Кары давала неожиданные результаты — девушке все время хотелось набить морду хотя бы одному из тех, кто причинил ей вред в прошлом. По-видимому, обида и злость на карпатских 'друзей' по-прежнему горячила сердце, раз проблески гнева вспыхивали каждую секунду. Или Таня сама стала жестче, непримиримее? Она украдкой взглянула на Кристу. После — на бывшую подругу Дашу. Та не сводила глаз с Шелла. Неужели поляк-крепыш — новая жертва любвеобильной Кошкиной? При взгляде на Дашку Таня вновь обозлилась. Желание отомстить крепло с каждой минутой пребывания в родных краях.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
