планете знакомой звездной системы. А когда летишь в открытом космосе, времени нет. Да, есть секунды и минуты, и даже часы. Но нет дней и месяцев. Постепенно и часы с минутами перестают ощущаться. Это происходит, когда корабль перестает ускоряться и переходит к равномерной скорости. Кажется, что все замирает. Звезды, они слишком далеки. Летишь к ним и не чувствуешь никакого приближения, даже если мчишься со скоростью света.
Прошло бесконечное количество времени, прежде чем корабль перестал разгоняться. Наступила невесомость. Можно вылезти из капсулы и посмотреть в иллюминатор. Но там — сплошная тьма. Никаких звезд не видно. Кто- то постучал. Она нажала кнопку, открывающую люк. В каюту проплыл Хок. Он держался как всегда вежливо, галантно и учтиво. Развлекал Селинду разговорами.
— Осталось немного. Скоро нырнем в кротовую нору. Можно было и поближе найти точку перевала. Но так будет безопасней. Ближняя станция под контролем Объединенной Вселенной. Конечно, там у меня тоже есть знакомые, но рисковать не стоит! Угораздило же вас угодить так далеко от цивилизации!
— Давай на ты. Лететь еще долго. Потом нам, все равно, работать вместе.
— Не вопрос! Это запросто, — Хок расплылся до ушей, — а ты классная девчонка! И перегрузки переносишь хорошо!
— Да что-то не очень, — Селинда криво улыбнулась.
— Просто давно не тренировалась. Мы то с ребятами постоянно по космосу рыскаем!
— Пиратствуете?
— Нет. Этим не балуемся. У нас дела поважнее есть. Когда прилетим, я все расскажу. Сейчас не будем о делах, — Хок улыбнулся.
“Не хочет говорить. Скорее всего, есть кто-то еще. Вот с тем и придется договариваться”, — решила Селинда. Что ж, это не самый худший вариант. Посмотрим, что они предложат! Вряд ли это будет взаимовыгодное сотрудничество. Скорее всего, очередная кабала. Но, ничего, теперь она не такая наивная, и постарается улизнуть, лишь только запахнет жареным, либо если поймет, что ее обманывают.
— А, вот и межпространственная станция. Нас уже ждут. Сейчас пара-тройка гипер прыжков, и мы дома!
Они нырнули в кротовую нору и вынырнули в пространстве, полном звезд. У Селинды зарябило в глазах. Она зажмурилась от яркого света. Не успела привыкнуть, как они снова прыгнули в тоннель. Новая галактика не подарила столько света. Лишь несколько тусклых звездочек в иллюминаторах.
Лайнер перепрыгивал из тоннеля в тоннеля в тоннель так быстро, что Селинда не успевала среагировать на очередной переход. Перегрузки только росли, но девушка уже начала осваиваться. Ее организм быстро приспосабливался ко всему.
Глава 2 Часть II
— Добро пожаловать на Хронду! Это моя главная планета. Здесь находится столица Семи планет.
Селинда выглянула в иллюминатор. А что? Очень мило! Планета не большая, но и не очень маленькая. Соотношение воды и суши пятьдесят на пятьдесят. Много лесов и прочей зелени. Есть горы, реки, поля. Пустынь и разных “бэдлендов” не замечено. Видно, что хозяин заботится о своей вотчине.
“Интересно,” — подумала Селинда, — “он сам тут все терраформировал, или уже получил такой райский уголок?” Наконец ей удалось увидеть несколько маленьких городков.
Лайнер вышел на орбиту, садиться он не собирался, да и не было смысла. Слишком велик. Потом такую махину опять в космос запускать. Топлива не напасешься. Лучше оставить корабль на орбите, а спуститься на планету на небольшом челноке.
Что они и сделали. Космопорт поразил своим убранством: ровная площадка посыпана каменной крошкой. Сами камушки вулканической породы с вкраплениями мелких алмазов. А может, не алмазов, а чего-то другого, но тоже искрящегося под лучами пронзительно белого света. Вдали виднелось здание космопорта — прозрачная сфера неправильной формы. Сквозь стекло проглядывал вычурный стальной каркас. Архитектор спроектировал его в виде гигантской ассиметричной паутины. Наверху “сидел” огромный паук. Его туловище — верхний зал с небольшим пристроем, головой паука. Огромные светильники имитировали глаза. Металлические ноги паука соединялись с каркасом — “паутиной”. Раскрытая пасть — балкон, с которого можно рассмотреть всю площадь космопорта.
Когда они подошли поближе, Селинда увидела, что двери тоже не простые. Огромные лапы “паука” держали их, но стоило подойти ближе, эти лапы распахивали двери в стороны, так, что можно войти.
— Ну, как, впечатляет? — спросил Хок, — я выписал архитектора с Эстельдельмара. Знаешь во сколько мне обошлись его услуги? За эти деньги я смог бы нанять сотню зодчих с планеты победнее! Но я не жалею денег на обустройство! Это моя главная планета. На других обстановка более скромная. Но бедности и нищеты у меня нет! Здесь собраны лучшие представители Вселенной!
— Киборги? — поинтересовалась Селинда.
— Не только! — возразил Хок, но помолчав, добавил, — хотя в основном, да, киборги. Есть немного людей и роботов.
— Мне так кажется, что я буду первым мутантом на всех твоих семи планетах, — предположила Селинда, — Киборги с мутантами не особо дружат. Как никак, конкуренты за доминирование во Вселенной! Биология против Техники.
— Ну, ты здесь не будешь одна. Есть еще один мутант, — загадочно промолвил Хок.
Ну что ж, еще один, это хорошо! Селинде не улыбалась мысль оказаться белой вороной на этой планете. Правда, внешне ничего не выдавало в ней мутанта. Свои нечеловеческие способности она проявляла во время работы, а так, с виду выглядела, как обычная девушкой. Ну, может, немного худовата. Стройна, подтянута не в пример другим.
Они вошли в здание космопорта. Навстречу выдвинулся маленький невзрачный старичок в дорогом костюме. Хок представил его как наместника Хронды. По тому, как тот держался, Селинда решила, что это бывший пират, который отошел от дел, и сейчас изо всех сил старается изобразить мирного завхоза. Выдавали его кибер-конечности и особый загар на лице. Такой загар получают те, кто часто берут корабли на абордаж вблизи особо активных звезд. Для некоторых он смертелен, но настоящего пирата не берет ничего: ни космическая радиация, ни постоянные перегрузки от бесконечных погонь в космосе, ни бластер такого же космического авантюриста, межзвездного флибустьера.
Вот и этот наместник, губернатор всея Хронды, уцелел и смог дожить до преклонных годов. Закопченный и обожженный, порубленный и изрезанный, но живой. Достаточно киборгизированный, как и другие обитатели этой планеты. Теперь старик расплылся в кривой улыбке всем своим обезображенным ртом. Он демонстрировал полное радушие и почтение. Хвалебная речь не заставила себя ждать. Наместник долго выражал свою
