после битвы они вели себя так, будто ничего не происходило. Словно не они вчера устроили засаду и шли в бой. Они смеялись, шутили и почти не обращали на нас внимания. Для починки корабля нам пришлось выдать им инструмент, но они даже не попробовали напасть, используя его.
Я задал этот вопрос Ля Фисто.
— Ярар, гномы отличаются по менталитету от других разумных. У них, как бы это сказать — другая философия. Вот ты любишь понежиться на солнце, покупаться в речке? — Я кивнул соглашаясь. — А гномы любят холод скал и темноту. Но не обманывайся. Они наши враги! Смерть Ильзаса они нам не простят. А сегодня они себя так ведут, только потому, что от нас зависят их жизни.
— Анри, не проще было назвать их лицемерами?
— Нет, — с улыбкой ответил он. — Гномы ВЫСОКОМЕРНЫЕ ЛИЦЕМЕРЫ. Они считают свою расу лучше остальных. Остальные разумные — это второсортные существа, которые созданы чтобы служить.
Я присвистнул.
— Это кто ж им так по мозгам проехался, что они во всё это верят? — спросил я.
— Не знаю. Хотя ходил слух, что гномы в своих горах нашли корабль с одной капсулой внутри. И вроде бы этим разумным оказался свободный гном.
— То есть он обладал знаниями космической цивилизации? — спросил я.
— Возможно. Гномы слух не подтвердили. Это было больше пятисот лет назад. У них зародилась своя религия. И они верят в то, что когда-нибудь их соплеменники прилетят за ними, и воздадут остальным расам за их унижения. А насчёт «свободного» гнома могу сказать, что шла война, и никто сильно не вдавался в подробности. И, как я уже говорил, никто не знает, что творится у гномов в их пещерах. К тому же, много может знать один индивид?
Я задумался. Если предположить, что это правда, то возможно именно от него у гномов есть информация про антитела. А какие ещё данные он мог передать? Даже не имея профильных знаний, он мог рассказать, что такое существовало у него на родине, а за полтысячелетия гномы могли нехило продвинуться в том направлении. А сейчас надёжно скрывают в своих туннелях.
Пока мы ожидали окончания ремонта корабля, я, Анри и мама занимались перерисовыванием пентаграммы и символов. Немногие оставшиеся в живых тем временем хоронили погибших и оказывали помощь раненным. Хотя их было не много и ничего серьёзного там не было. Гномы первыми принесли в жертву тех, кто был серьёзно ранен. А пока все занимались делом, Орлов уже успевший перерисовать пентаграмму, предпринял попытку забрать наши рисунки, но был послан в далекое путешествие.
— Жалко мне его! — сказал Анри, когда Орлов ушёл.
— Родственную душу увидел? — с издёвкой спросила Эмери.
Граф сделал вил, что не обратил внимания на тон, которым она произнесла эти слова.
— Да, — не стал отрицать граф. — И теперь, когда я по другую сторону, мне становится стыдно за некоторые поступки, которые я совершал «в прошлой жизни».
Эмери пристально посмотрела на графа.
— Ты ведь понимаешь, что мы должны знать, что за ритуал хотели провести здесь гномы?
— Разумеется, госпожа, — он склонил голову. — Свой выбор я уже сделал, когда сел на корабль, следующий с Африканского континента в Элинскую империю.
Мама сощурила глаза.
— Помни это, граф. А иначе… — не стала продолжать она, но на несколько мгновений даже я ощутил давление магии, которая была направлена на графа.
Вечером я увидел, как на месте расположения пентаграммы горит огонь. Когда я и Зес пошли посмотреть, что там происходит, мы увидели, что Орлов уничтожает печать, не оставляя следов о её существовании.
Я не сильно огорчился, но моё желание узнать, что собирались провести в этом месте гномы возросло ещё сильнее. А когда я рассказал об этом родителям, Талий попросил передать наши рисунки ему на хранение.
Также расспросив гномов, мы узнали, как они создали звук имитирующий взрыв. Оказалось, что они прорыли в скале пятисотметровый туннель, в котором в трёх местах имелась вакуумная подушка. С помощью артефакта на другой стороне, они создали акустический удар, который распространил звук взрыва на несколько десятков километров. Задумка мне показалась перспективной, к тому же удалось найти артефакт у одного из гномов. Осталось только придумать как эту технологию использовать. Но это я оставил на потом.
— Удалось что-либо узнать? — спросил Талий у графа.
— Не очень много, милорд. Нас заманили в ловушку, зная, что мы прилетим на корабле. Если бы с нами не оказалось Ярара, они собирались, используя наш же корабль, слетать в город и выкрасть его. У них также есть информаторы, которые сообщили, когда вы покинете город. И ими я займусь сразу по прибытию домой.
— Домой? — изогнул бровь Талий.
— Да, милорд. Я считаю строящийся город своим домом.
— Анри, я понимаю, что дел у вас сейчас много, но искать «волков» это только твоя задача! И если бы не стечение обстоятельств, то вы уже были бы на пути в подгорное царство. И оттуда, я сомневаюсь, что смог бы вас спасти. Поэтому отодвинь всё на второй план. Как разберёшься с гномами и их сетью информаторов, создавай свою службу безопасности в городе. Нанимай людей, но с обязательным заключением контракта полного подчинения.
— Что по людям Орлова?
— Хм, — задумался Талий. — Думаешь они могут стать проблемой?
— Можно озвучу своё мнение? — спросил граф. Талий кивнул. — Будь Вы слабее он забрал бы у Вас всё силой. И Ярара тоже.
Последние слова Де Тьеру не понравились, и на мгновение пространство осветилось вспышкой света.
— Значит, — сквозь зубы прорычал он, — действуй по ситуации. Они — никто на моих землях. Моя семья приоритет. И если придётся, — провёл Талий по шее, — ты знаешь, что делать!
Глава 12
Когда дверь в мой кабинет открылась, я увидел стоящего на пороге Ля Фисто.
— Удалось что-нибудь выяснить? — спросил я.
— Нет, всё так же молчат. Крепкие орешки попались. Причем все без исключения. — Сделав небольшую паузу, он продолжил: — Боюсь, этими новостями я растрою твоего отца.
— Наверное, ты прав, эти новости ему точно не понравятся. Но не расстраивайся, мой дядя Михаил тоже не смог ничего выяснить, — успокоил я графа.
Граф подошёл к моему столу, спросил.
— А что у тебя? — указал он на мои рисунки. — Удалось разобраться? Мне бы очень помогло понимание в каком направлении работать.
В ответ я пожал плечами, ведь мне нечем было его порадовать.
Прошёл месяц после сражения у каменоломен. И родители, дождавшись прибытия Михаила, и раздав инструкции, снова отправились в путь к Святославу Де Брофу. Через
