— Соврал, — произнес он, а затем вытащил из кармана разноцветные каменные четки, среди которых слабо светился один единственный камень, — Ты действительно гаситель, но не пятый уровень, а ниже. Думаешь мы глупые дикари? Или ты специально уменьшил способность?
Кажется, я перестарался, но нужно играть до конца.
— Пятый, просто мне недавно пришлось израсходовать силу, — упрямо повторил я.
— Эма таб экаре дим, — он повернулся к стражникам. — Туэ либа котхо.
Один из них зашел внутрь башни, а через минуту вышел обратно с разомкнутым металлическим кольцом и плавителем. Второй стражник приблизился и пнул меня под колено, отчего мои ноги подогнулись, и мне пришлось опуститься на землю. Он приподнял мне волосы, а первый ловко обхватил шею принесенным предметом и отработанным движением запаял кольцо. Сила гасителя моментально исчезла, а носатый воздушник выпустил тонкую струйку воздуха, которая быстро охладила горячий металл.
Что это за предмет? Я опустил глаза и на мгновение сконцентрировался. От ошейника отходила странноватая белая «ниточка», которая целиком опутала черное ядро Силы. Но регенерация продолжала исправно работать. Что ж, хотя бы этот козырь у меня осталась. Интересно, а у них под каждую способность есть свой ошейник? Я раньше не слышал, что Силу можно гасить избирательно; в Четырех королевствах хватало и обычных глауфитов, которые блокировали все сразу. Хотя свой плюс у ошейника есть, кажется ему не важен уровень способности, и он намного более мобильный, так как работает без тяжелого сколита.
Старик извлек из кармана мешочек и вытряхнул на ладонь горсть маленьких красных камней различного размера. При их виде глаза бородатого загорелись, и он начал внимательно наблюдать за действиями старика. Наконец, носатый дед выбрал подходящий камень.
— У вас есть эйголь? — я решил не откладывать поиски друга в долгий ящик и спросить, пока есть такая возможность.
— Что это, какой-то неизвестный мне камень? — заинтересовано спросил он, — Мне незнакомо это слово.
— Это такой светящийся коричневый мох. У меня с детства серьезная болезнь.
— Какая еще болезнь? — рука старика замерла в воздухе вместе с камнем.
Быстро прикинул возможные варианты и выбрал первый попавшийся:
— Я страдаю внезапными припадками после удара головой в детстве, и только эйголь помогает их контролировать. Мои запасы пропали вместе со всеми вещами. — Кажется, мои слова прозвучали более чем убедительно.
— Акхе баре добэ, нум либа! — недовольно произнес старик, резко убрал приготовленный камень обратно в мешочек и заменил его другим, в два раза меньшим.
— Акхе! — физиономия бородатого исказилась в ярости. Он плюнул мне прямо в лицо, после чего злобно выхватил камень у владельца башни, сделал жест своим людям и его отряд направился прочь.
Носатый проводил его долгим взглядом, после чего обратился ко мне:
— Иди с ним, — он указал кивком головы на одного из стражников, — Вовремя ты сказал о болезни. Такого мха у меня нет, но можешь спросить о нем у своего будущего хозяина.
— Какого хозяина? — вопрос был лишним, так как до меня уже стало доходить, что со мной будет дальше. Рабство в халифате никто не отменял.
— Который тебя завтра купит, — пожал плечами старик, повернулся и быстрым шагом направился к себе.
— Хатэ, хатэ! — стражник несильно толкнул меня рукой в спину, наверное, это слово означает «вперед» или «иди».
Место, к которому меня отвели, оказалось глубоким колодцем с каменными стенами, на дне которого уже находился с десяток человек, прикованных к стене короткими цепями. Расстояние между пленниками не позволяло им дотянутся друг до друга. Меня и стражника поместили в небольшой деревянный ящик, а затем спустили в центр подземного мешка. Сопровождающий закрепил на моих руках металлические кандалы, после чего затянул их очень своеобразным ключом и наконец-то снял с меня веревки. Отмычкой или куском проволоки здесь не отделаешься. Не страшно, у меня все равно ничего из этого нет, зато есть кое-что поинтереснее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Около меня оставили небольшую кружку, полную мутной воды, а стражник, закончив со мной, забрался обратно в подъемник и громко крикнул. Корзина уехала вверх и через минуту он уже помогал остальным закрывать колодец толстой решеткой.
На дне ямы было немного прохладнее, чем наверху, а ее пол даже был застелен соломой. Я сгреб ее в кучу, уселся сверху, облокотившись спиной на стену, и начал рассматривать соседей. Их внешность выдавала коренных жителей халифата, и поговорить мне с ними не удалось. Впрочем, они и с друг другом-то не разговаривали. Подождем, когда ребятки уснут.
Я отпил половину воды из кружки, слегка утолив жажду, и принялся ждать вечера. Начальный план побега у меня уже созрел. Стена колодца относительная гладкая, но думаю мне вполне по силам по ней забраться, а дальше будем действовать по обстоятельствам.
Наступила ночь. Я активировал контур на зрении и внимательно осмотрелся — все пленники дружно сопели, развалившись в удобных позах, насколько это позволяли цепи.
Можно начинать.
Выхватил толстую крепкую соломинку из своей лежанки, затем прокусил себе палец, смочил импровизированную кисть кровью, уверенно прикоснулся ею к звену цепи и чуть не завыл от досады.
Арамена, серая ты сука! Я уничтожу тебя, клянусь, чего бы мне это не стоило! Клянусь, клянусь, клянусь!
Я больше не помнил ни одной руны.
Глава 11
Рано утром в колодец спустился стражник, который раздал каждому по мучной лепешке и наполнил наши кружки. Я с жадностью накинулся на принесенную еду и выпил почти половину воды. На вкус и то другое было отвратительным, но сейчас я был рад и этому. Как назло, вспомнился изысканный ужин у князя, отчего желудок тут же дал о себе знать гневным урчанием.
Оставалось надеяться на то, что долго меня здесь не продержат. Носатый старик сказал, что сегодня меня продадут, а значит надо постараться попасть к такому рабовладельцу, от которого будет проще сбежать. Только вот как?
Спустя час, дюжина вооруженных человек спустилась вниз, где нас сначала расковали, а затем надели на руки и на ноги сдвоенные колодки, рассчитанные на то, чтобы будущий раб мог делать только короткие шаги и не более. Покончив с подготовкой к продаже, нас стали поднимать наверх по два человека.
В глаза ударило яркое солнце, только-только появившееся на горизонте, но уже достаточно сильно припекающее кожу. Надеюсь, торги закончатся до полудня, и мне не придется долго торчать под его обжигающими лучами.
Стройной цепочкой, в сопровождении отряда стражников, рабов повели к вчерашнему помосту, под которым обнаружилась небольшая дверь. Народа пока еще не было, но судя по доносившимся крикам со стороны ворот, желающие приобрести живой товар уже прибыли. Нас завели под площадку, внутри которой было множество столбиков со специальными застежками, и прицепили к ним поодиночке.
Ну хоть не на солнце сидеть, и то хорошо. Да и народу тут немного, можно дышать свободно.
Последняя мысль развеялась в ближайшие полчаса, когда следом за нами прибыло еще четыре отряда рабов, два из которых полностью состояли из женщин всех мастей, от молодых сочных девушек и до вислогрудых морщинистых старух. Мне никогда не доводилось видеть столько обнаженных женских тел разом, а потому я предпочел отвести взгляд в сторону, стесняясь естественной реакции организма.
Оставшиеся два отряда представляли мужчины, отличающиеся друг от друга как небо и земля. Первый сплошь состоял из юношей и стариков, а вот второй меня сильно удивил. В нем находились крепкие и подтянутые ребята, строение тела которых выдавало физически подготовленных людей. Я даже заметил парочку хаттайцев и одного человека, который очень сильно походил на моего земляка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я из Норада! А ты? — крикнул он, увидев меня, и тут же получил мощный удар под дых от стражника.
