попыталась сказать это Илье. Но он был немного дальше от меня и не мог услышать из-за шума поднявшихся волн. Я понимала, что мне надо отдохнуть и попыталась лечь на спину, но море бросало меня. Из последних сил я старалась держаться. Вдруг Илья обернулся и, поняв, что мне не хорошо, направился в мою сторону. Затем схватил меня за локоть, перебросил мою руку через свою шею и продолжил плыть. С трудом поднявшись на борт, он положил меня на пол и отправился за водой. Он набрал ее в рот и прыснул на меня. Я открыла глаза.
– Где я?
– Все хорошо! Мы уже на судне. Я испугался за тебя! – Илья встревоженно смотрел на меня. Я не могла сказать ни слова. Он укрыл меня полотенцем. Затем протянул мне стакан, и я выпила все до дна.
– Отдыхай! Я отвезу нас обратно, – Илья прошел в кабину, завел мотор, и мы стремительно поплыли.
Дождь как начался быстро, так и закончился. Я лежала и смотрела на небо, которое расчистилось наполовину от туч. Вдруг появилась радуга, и мое беспокойство улетучилось.
Со мной такое было впервые, и я не на шутку испытала страх. Думаю, это случилось от того, что я переволновалась рядом с ним. Хотя это только одна из версий. Почувствовав себя лучше, я привстала и увидела, что мы уже подъезжаем к гавани. Я надела сарафан. Илья снизил скорость, и мы потихоньку зашли в марину. Поставив на место яхту, он заглушил мотор.
– Вот мы и вернулись. Как ты?
– Хорошо.
– Я рад.
Я взяла сумку. Мы перешли качающийся мост из веревок и оказались на суше.
– Я отвезу тебя в клинику.
– Не надо. Я чувствую себя уже хорошо.
Мы сели в машину и поехали в отель.
33 ГЛАВА
Наш отдых приблизился к концу. Завтра рано утром вылет. Почему-то стало грустно. Так всегда бывает. Меня все время интересовал один вопрос: как получается за короткий отпуск успеть столько, сколько не успеваешь порой за год и больше? Длительное время ты просто живешь расписанной жизнью: подъем – работа – дом – друзья. Масса ежедневно повторяющих дней без каких-либо событий. И тут, за каких-то несколько дней умудряешься: испытать палитру чувств, влюбиться, увидеть много прекрасных мест, попробовать то, что никогда не делал и другое. Почему все остальное время мы как будто сидим в коконе, ожидая перевоплощения. Можно подумать, что оно не зависит от нас и нашего решения. Словно это происходит само собой, без нашего участия, что в корне не верно! И ведь это понимаешь, но продолжаешь ждать.
– Вика, ты скоро? – послышался голос Лены за дверью.
– Уже иду, – я закончила собирать чемодан и, взяв полотенце, вышла.
Мы с Леной захотели последний день провести возле моря и насладиться им вдоволь, вдыхая его соленый воздух и лаская слух шумом прибоя. Сережа не пожелал идти с нами, поэтому мы пошли одни.
– Что ты решила? – выйдя из воды, Лена легла рядом со мной на теплые камни.
– О чем ты?
– Меня только один вопрос интересует в последнее время. И ты его знаешь.
– Я не хочу об этом думать.
– Ты не хочешь это решать! – Лена посмотрела на меня как-то серьезно, будто ее это беспокоило больше, чем меня. – Знаешь, Викусь? Я поняла одну вещь. Тебе невыносимо делать выбор.
– Может быть, – ответила я беззаботно и перевернулась на спину.
Я надеялась, что этот разговор закончиться и продолжу наслаждаться остатком отпуска без напутствий.
– Он звонил?
– Да. Илья собирался прийти вечером, но я сказала, что хочу лечь пораньше. Он проводит нас завтра в аэропорт. Я говорила ему, что не стоит, но он настоял.
– Очень хорошо! – успокоилась Лена, и мы продолжили принимать солнечные ванны в тишине.
Я лежала и думала о том, что мне спокойно живется одной. И меня это устраивает. Да, может, мы все хотим чего-то больше. Но порой довольствуемся тем, что есть. И мне это ближе. Потому что я не хочу жить как на пороховой бочке, ожидая каждый раз, что она рванет. Почти все наши встречи с ним заканчивались какими-то приключениями. Для меня мое спокойствие и уверенность в стабильности завтрашнего дня очень важно. Хотя в чем моя стабильность? Стабильно поесть, стабильно сходить на работу, стабильно лечь одной спать? Так можно продолжать долго. Интересно, почему я не пробовала стабильно делать то, что мне хочется. Об этом я никогда не задумывалась.
Я посмотрела вдаль и увидела, как кучерявая трех или четырехлетняя девочка в красивом платье быстро и радостно побежала к воде.
– Нельзя! – послышалось сзади.
Она остановилась в недоумении. Все ее тело и сознание, настроенные чуть ранее сделать рывок, встали в ступор. Слезы наполнили глаза от слияния внутреннего протеста и внешнего смирения в одно, и вот-вот должны были выйти наружу. «Почему?» – читалось в ее взгляде. Но в силу своего возраста она еще не умела задавать этот вопрос вслух.
– Но я хочу! Хочу!!! Мама! – лишь вырывалось многократно из ее уст.
– В другой раз! Не сейчас! – она взяла дочку за руку и увела, ничего не объяснив ей.
Я догадывалась, что по каким-то причинам, возможно, ей нельзя было этого делать в данное время. Но задумалась. Разве дети не достойны знать, хоть и в таком маленьком возрасте, причину. Почему все то, к чему она так рвалась и хотела, в мгновенье стало не достигаемым для нее – запретом? Почему те искренние, радостные порывы, те ожидаемые чувства, которые она предвкушала испытать, достигнув желаемое, резко обрубились без объяснений. Ведь именно это останется у нее в памяти. Мы живем в моментах. И из тех, что ярко отразились в нас, строится наш стержень, который в дальнейшим даст о себе знать. Нужно ловить и создавать прекрасные мгновенья, так как именно их мы унесем в будущее, от которых оно будет зависеть.
– Уже закат. Идешь купаться? – Лена встала и пошла к воде.
– Иду. Подожди меня.
Я глубоко нырнула и поплыла, как обычно, с открытыми глазами, так как по-другому не люблю. В море это делать легко, потому что соленая вода смешивается со слезой и не щиплет. Я разглядывала камни и слушала особенную звенящую тишину, которая ощущается только здесь. Где-то отдаленно доносился звук скрежета гальки. Лучи солнца проходили сквозь воду. Это выглядело завораживающе и мне нравилось наблюдать за этим.
Неожиданно небо местами затянулось небольшими светлыми тучками, и начался слабый дождь, который поглаживал все вокруг, ели касаясь. Я вынырнула и легла на спину.
