с Джо, — прошептала она. — И никогда не спала!
Он бросил на нее такой взгляд, что это было оскорбительнее любых ругательных слов.
— Может быть, у меня и осталось бы какое-то уважение к тебе, если бы ты сказала правду. Правильно я сделал девять лет назад, когда променял тебя на пять тысяч. Удачная была сделка, пусть я и вернул деньги.
Ничего не видя от нахлынувших слез, Габи спустилась с автомобиля и, подавляя рыдания, бросилась в отгороженный занавесками, уголок для переодевания. Ни двери, ни запора тут не было. Она задернула занавески и дала волю слезам. Как он смел! Как мог он поверить Джо? Почему Джо наговорил ему все это? Зачем он оболгал ее?
Она слышала, как хлопнула дверь, в студии раздались голоса. Голос Марка слышался совсем рядом. Конечно, он пошел за ней следом! Наверное, не может остановиться, ему надо снова и снова оскорблять ее. Слава Богу, вернулся Эд! Они что-то говорили друг другу, потом один голос произнес «до свидания» и хлопнула дверь.
— Принес тебе кофе, красотка! — весело крикнул Эд.
Габи вытерла висевшим рядом с ее одеждой полотенцем глаза.
— Я сейчас! — громко сказала она, освежила макияж, оделась и вышла из своего угла. Марка в студии не было. По крайней мере в данную минуту. Со стаканчиком кофе в руке, сказав Эду — а заодно и «Мотокрафт» — «прощай», Габи поспешно покинула студию. Никогда больше, даже если будет умирать с голоду, она не подпишет контракт с корпорацией «Мотокрафт»! Она забудет даже имя Марка Стефано!
Джо позвонил ей в шесть. Габи решила не идти с ним сегодня вечером. Она была в ярости. Как Джо посмел наговорить о ней такого Марку! Но когда она, отворив дверь, увидела его ровную улыбку, когда он стал просить у нее прощения, она смягчилась. Это был снова прежний Джо. Ее друг. Может быть, у него есть даже какое-то объяснение всей этой истории, и, если она пойдет с ним, он объяснит, почему врал своему брату.
Выглядел он плохо. Каждый раз, когда она видела его, он казался ей еще более похудевшим и измученным. Глаза запали, будто он и не спал совсем.
— Выглядишь ты ужасно, — заметила Габи, когда они уже сидели за столиком. Она шла сюда с твердым намерением отчитать его по первое число, чтобы он думать забыл о подобных «откровенных» разговорах с братом, но сейчас, глядя в его загнанные глаза, заколебалась — ей стало жаль его.
— Я и чувствую себя ужасно, — тихо проговорил Джо. Допил виски и заказал еще одну порцию. — Эти аудиторы, будь они прокляты!
— Тебе будет легче, когда они уйдут, — рассеянно сказала она.
— Легче? Вот тут-то и начнутся неприятности, — невнятно пробормотал он.
Габи нахмурилась, поставила стакан на стол и тронула его за руку.
— Что происходит, Джо? Что-то случилось?
— Видно, так уж мне на роду написано, — угрюмо сказал Джо. И посмотрел на нее. В глазах у него был страх. — Марк всю жизнь оберегал меня, стелил мне солому, чтобы, не дай Бог, я не споткнулся. Если бы он дал мне хотя бы полшанса, из меня бы, может, что-то и вышло. Но он не отпускал меня от себя ни на шаг, принудил работать на него в корпорации. Я не хотел. С самого начала ненавидел эту работу. Но он, как всегда, настоял.
— Но, Джо, ты ведь мог отказаться, — заметила Габи. — У тебя был выбор.
— У меня никогда не было выбора! — Похоже, Джо сильно вспотел, тугой воротничок рубашки беспокоил его. — Почему тут так жарко? — Он отхлебнул виски, глядя куда-то поверх головы Габи.
— Джо, ты пристрастился к травке?
— К травке? — Он опять отпил виски. — Я думаю, к виски. И знаешь, что-то со мной творится. Голова словно пустая, ничего не соображаю. Это Дэйв Смит накачивает меня какой-то отравой. Надо мне держаться от него подальше.
И Джо понес какую-то чушь, невозможно было понять, о чем он говорит. Габи забеспокоилась всерьез. Отчего это он в такой панике, так возбужден? Но вот он снова заговорил о Дэйве.
— Дэйв совсем потерял осторожность, он просто ненасытен, — сказал Джо. Габи не могла понять, говорит он сам с собой или с ней. — Я предупредил его, что расскажу все Марку. Это ужасно — то, что мы с Дэйвом делаем! Но к Марку у меня свой счет. Он ведь спал с тобой, да? Один раз по крайней мере это было. Он и сейчас уложит тебя в постель, стоит ему только захотеть. — Джо хмуро уставился на Габи. — Когда ты уехала, он просто с ума сходил. Я однажды просто упомянул твое имя, так не представляешь, что с ним было! Это с Марком, при его-то характере! Он бы жизнью пожертвовал за тебя. Как и за меня тоже.
Габи не прерывала его — что ей еще оставалось делать?
— Марк был мне больше отцом, чем братом. — Джо снова отхлебнул виски и рассеянно улыбнулся. — Он парень что надо! Он принимал на себя все удары, выигрывал за меня все схватки с судьбой, мостил мне дорожку, давал деньги… Я попал в беду, и он вызволил меня. Всю мою жизнь он бросал мне спасательный круг, подкладывал под голову мягкую подушку. Но теперь… — Джо нахмурился, — я не знаю… Теперь я хочу жить самостоятельно, только не знаю, смогу ли. Не знаю, как это делать.
— Джо, что-то с тобой неладно, — начала Габи. Ее гнев погас, теперь она думала только об одном: как ей помочь Джо.
— Я обожаю тебя, Габи! — вдруг сказал он. — Мы будем очень счастливы, когда поженимся. Я сказал Марку, что мы собираемся пожениться, но он прямо взвился, даже слушать меня не стал.
— Джо, мы не собираемся пожениться, — как можно мягче сказала Габи.
— Разве? — Он недоуменно заморгал.
— Мы с тобой друзья, Джо. Только друзья, — спокойно, мягко сказала Габи.
— Ну да, так все говорят. Правда ведь, детка? — Он пьяно рассмеялся. Виски делало свое дело: Джо начал покачиваться, язык у него заплетался. — Это я попросил Дэйва пригласить тебя в «Мотокрафт». Я тебе никогда не говорил об этом? Он сделал мне одолжение. Он мне много делал одолжений. Габи, ты
