что с драконовой кровью, — поясняет рыбак.
Раад же в очередной раз за последние пару недель удивляется. Драконий чай считается напитком дорогим и изысканным, явно не по карману простой семье трудяг. А все потому, что в него действительно добавляют кровь ящеров, дарующую при регулярном употреблении крепкое здоровье. Кто бы мог подумать, что такая редкая вещь смогла добраться до Северного королевства, пусть и в чужих руках. Видимо, мужчина и сам не подозревает, какое сокровище к нему попало, раз так легко предлагает человеку, в первый раз которого встретил. Но отказывать не спешит, наоборот, промолчав, берет порцию и выпивает, чувствуя, как уставшее от долгой суточной ходьбы тело вновь наливается силой. "Поразительный эффект даже от такой малой дозы", — радуется удаче Раад.
— Я так вижу, ты лишь в начале своего пути, — рыбак же тем временем складывает сети, заканчивая на сегодня. На вопросительный взгляд собеседника отвечает, — я не маг, но в роду у меня они были, поэтому маленькую толику, совсем крошечную, их сил получил — вижу чужую ауру, могу по ней судить о том, сколько еще человеку остается до завершения его пути.
— Интересная способность. Слышал о такой во время своих странствий, но не встречал лично, — решает не выходить из образа путника король Запада. — Я верю тебе. Значит, мне еще предстоит долгая дорога, прежде чем достигну цели. Может, еще что-то видишь? — понимает, что слишком давит, поэтому играет в скромность и смирение. А также добавляет капельку любопытства, — ждет ли меня хоть какое-то добро на Пути?
На ответ особо не надеется, мало кто из Оракулов может так далеко и глубоко видеть людские судьбы, но рыбак вновь удивляет.
— Ты уже встретил. Но прогнал.
"Эрия!" — внезапно осознает Раад каким-то волшебным образом. И тут же расстраивается, ведь ремесленник прав, король сам от своего счастья предпочел избавиться.
Глава 27
Дом, принадлежащий рыбаку и его семье недалеко от озера, на котором он добывает пропитание. Достаточно ветхое строение на самом краю утеса. Рааду с первого взгляда становится понятно, почему здесь поселились — такие земли налогом не облагаются, а это значит минус статья и так скудных доходов. Ремесленник, представившись Арно Аком, предложил л'Валду переночевать у него, согревшись холодной северной ночью у домашнего очага, а не на стылой кровати постоялого двора. Конечно же получил согласие — Рааду и самому не нравится мысль, что придется сооружать укрытие от снежного урагана и надеяться, что ночью его не занесёт.
Семья у Арно оказывается большая: он, жена его и пятеро детей, что живут с ними.
— Старшая еще несколько лет назад перебралась на Юг, выйдя замуж, — вспоминает о ней Арно, прежде чем представить остальных. — Рейна, Али и Лиа, — показывает на жену и близнецов, — Кари, Ари и Ри.
"Видимо, с именами особо в этой семье не заморачиваются", — делает вывод Раад. — "Оно и понятно. Когда столько детворы, некогда думать над сакральным смыслом. Если задуматься, то и мне имя дали просто потому, что было нужно, не то что брату. Он-то считался наследником и главным претендентом на королевский трон". Вновь непонятная горечь разливается в гуди в мужчины — столького его лишили, не приняв во внимание детскую старательность и желание стать сильным. И чувствует зависть, когда видит, насколько дружны члены этой семьи. Пока отец снимает с себя ворохи одежды, старшие дети ему в этом помогают, а младшие приносят домашнее на смену. Жена же, не теряя времени, греет ужин, и вскоре по комнате, выступающей сразу и гостиной, и кухней, и столовой, и спальней плывет аппетитный запах мяса с картофелем.
— Необычно как-то, — замечает Раад, пытаясь вспомнить, что это может быть.
Но ему не приходится гадать долго.
— Это горзун. Загнали в прошлом году еще с другими мужиками. Один погиб при облаве на лежбище этих тварей, но все знали, на что идут. Мясо мы теперь на несколько лет обеспечены, — поясняет Арно, грустно улыбнувшись. — Семья погибшего получила свою долю тоже.
"Неужели их тут едят?" — задается вопросом л'Валд, припоминая все, что знает об этих полуразумных существах, жестоких и беспощадных. — "Не разу не слышал, чтобы простые люди, не маги, смогли бы завалить кого-то из них, пусть и одного. Удивительно. Но, видимо, жизнь на Севере и не такому научит, когда голод и нужда припрут к стене". Ему кристально ясно, что таким опасным путем Арно помог семье, и ведь получилось. Нельзя не восхититься смелостью простого человека, способного перешагнуть через страх смерти.
Раад с удовольствием пробует рагу из горзуна, стараясь не думать о том, что делало животное при жизни. Насколько ему известно, эти хищники и падалью не брезгуют. Пища же оказывается на удивление вкусной и, что самое важное, горячей. Хоть король и пробыл на территории Севера меньше дня, успел промерзнуть до самых костей. А ведь он уже не молод, кто знает, чем это в будущем обернется.
После ужина семья собирается у камина. Арно разговаривает с домочадцами о прошедшем дне, затем читает книгу, а после, прочитав молитву матери-прародительнице, отправляет их спать. Потом сооружает Рааду спальное место у камина и уходит с женой за ширму — маленький уединенный уголок. Солнце в этот момент только заходит за горизонт, поэтому в первое мгновение л'Валд не понимает, почему отход ко сну такой ранний, но тут же вспоминает, что это семья простых рабочих, которые встают даже раньше, чем холодные льды Севера вновь освещаются с рассветом. Приходится мужчине и самому улечься спать, хотя он, как истинная сова, привык к совсем другому режиму.
Сырой запах подвал, плесени и сточных вод забивается в ноздри Раада, не давая ему возможности свободно вздохнуть. Он бредет в темноте, не видя ничего, ориентируясь лишь на холодный камень, заросший мхом, по рукой. Когда в первый раз наступает на скелет мыши, сморит, что же там хрустнуло…и больше предпочитает не глядеть, чтобы к местной коллекции жидкостей не прибавилась его рвота. Гнилостный запах — нет ничего отвратительнее.
Наконец в конце туннеля видит свет, и тут же прибавляет шагу, чтобы побыстрее оказаться в месте по крайней мере менее пугающем, даже если там по стенам будут висеть узники это менее страшно, чем бесконечно плутать по подземельям.
