головы.
Блять... но, по ходу, она засела там крепко. Как ей это удалось?
Свободной рукой я провёл по обнажённым ягодицам блондинки, отиравшейся рядом. Ребром ладони раздвинул их, касаясь маленькой и тугой дырочки. Слегка надавил и услышал тихий стон. Прям над ухом. Самому под кожу забралась истома, и я так же негромко простонал, откидывая голову на диванные подушки.
Вот так. Проталкиваясь в глотку членом и раздвигая двумя пальцами узкое и тугое отверстие. Сильнее. Сука... представляю на их месте эту ведьму... сука... и уже не сопротивляюсь этому.
Пусть это будет она. Так же, как и в ту ночь, когда она сползла к моему паху и неумело коснулась губами стояка. Блять... сначала это даже раздражало. Будто она никогда в жизни не сосала. Никогда не поверю.
Удерживая под закрытыми веками образ Киры, притянул брюнетку, имя которой не знал, ещё ближе. Слышу, как та, от неожиданности давится слюной или же головкой члена, что упиралась ей в глотку и норовила скользнуть ещё глубже.
Кира, мать твою... как бы мне хотелось проделать с тобой то же самое...
Но почему-то я её жалею.
Мои пальцы сильнее растягивают анус блондинки, и я добавляю третий. Она громко стонет и задирает голову, открывая ротик и часто дыша.
Хорошо... именно так.
Я снова закрываю глаза, стирая из подсознания светлые волосы и рисуя перед собой ведьму, что робко сжимала своей пятернёй мой член. Не выдержав её нерешительности, я оторвал Киру от процесса. Развернул к себе спиной и, поставив на четвереньки, ладонями смял округлые бёдра. Неторопливо стянул с них хлопковые трусики, что она напялила совсем недавно и, облизнувшись, рванул на себя. Она ахнула, когда я задрал её попку выше, вынуждая её тем самым упасть на грудь и спрятать лицо в подушке. Развёл ягодицы и, обильно смочив пальцы слюной, провёл по сладкой промежности. Задержал взгляд на крошечной дырочке. Тугой и манящей... но, решив не травмировать её настолько, скользнул пальцами ниже, размазывая влагу по клитору. Массируя его заводя, словно это был маленький моторчик, от которого зависела вся моя дальнейшая поездка.
— Давай, милая, — произнёс тогда, склоняясь над хрупкой фигуркой и наворачивая круги пальцами вокруг набухающей горошины. — расслабься... совсем немного...
Но она никак не реагировала. Спрятав лицо в долбанной подушке, превратилась в камень. Потребности её тела выдавал лишь слегка пульсирующий клитор и подрагивающий низ живота.
Хоть что-то, чёрт возьми.
Я слегка сжал бусину, а затем выдернул подушку из-под её лица. Раздражённо собрал её волосы в кулак и потянул на себя, заставляя задрать голову и часто задышать. Хлопнул пальцами по взбудораженному клитору, и Кира, наконец, всхлипнула. Широко открыла ротик, хватая дрожащими губами горячий воздух. То, что нужно.
Не в силах больше терпеть, я вогнал свой окаменевший член в её сладкую киску и едва не зарычал от удовольствия. Погрузился до предела и на несколько секунд замер. То ли давая себе время, чтобы не гнать лошадей, то ли позволяя девчонке привыкнуть к ощущению меня в себе. Свыкнуться с тем, что ей никуда не деться.
Дав нам передышку, выскользнул из горячего лона и, больше не сдерживая своих чертей, начал вколачиваться в неё так, словно это был последний, мать его, секс в моей жизни. Смотрел свысока, как её тонкие пальцы сминают простынь и кайфовал от жара, подступающего к башке. На лбу выступила испарина, и я почувствовал, как капли пота, одна другой скатываются по переносице. Зависают на кончике носа и падают на её выгнутую спину.
Я не сбавлял темп до тех пор, пока раскалённая волна не накрыла меня. Сдавленно простонав, выскользнул из девушки и с хриплым стоном кончил ей на ягодицы. Не сводил потемневшего взгляда с белёсых капель, испачкавших светлую кожу и медленно стекающих вниз.
Отпустил её волосы и с наслаждением размазал свою сперму по бархатистой коже. Словно ненароком задевал кончиком пальца узкое колечко, притягивающее мой взгляд. Подушечкой указательного обвёл отверстие и Кира жалобно пискнув, поджала свои бёдра, прячась от меня снова.
Упала на бок и, всхлипывая, натянула на себя одеяло...
— Трахни меня, — я нехотя вырвался из воспоминаний и перевёл затуманенный взгляд на блондинку.
Вытащил изо рта сигарету и, оторвав от члена вторую красотку, потушил окурок в пепельнице.
— Сядь на стул, — кивнул просящей на барный стул возле широкого панорамного окна с видом на ночной город.
Блонди улыбнулась и послушно двинулась в нужную сторону. Забралась на высокий стул и, оседлав тот, добавила:
— Люблю сзади...
Глава 23
Клим
Новость дня на какое-то время выбила почву из-под ног. Мысли о насущных делах ретировались, позволяя моей голове болеть только тем, что я оказался прав.
Воспаление хитрости, или как спланировать побег. Побег, который приведёт к последствиям.
И, если поначалу мне хотелось рвать и метать, то спустя пару часов и пропустив рюмку коньяка, я взглянул на побег Киры под другим углом.
Что ж... я был не против того, чтобы совсем немного поиграть по её правилам. Пусть подышит. Пусть немного отдохнёт перед новым забегом. Её поимка — дело времени. Рано или поздно она засветится. Поиски не прекратятся до тех пор, пока эта дикая кошка не окажется передо мной. Ещё более сломленная. Я не люблю неблагодарных людей. А она оказалась очень неблагодарной.
Вернувшись, я первым делом, отправил людей к её подружке. К родне, давно открестившейся от девчонки, и даже в далёкую глушь, где прозябал дом, доставшийся ей по наследству.
Но её нигде не было.
Я поднял свои связи в органах и сейчас мне оставалось только ждать. Прошло уже две недели. Она не сможет прятаться вечно. Я чуял, что она близко. Какой-то гребаный инстинкт заставлял меня время от времени поднимать голову и вглядываться в проходящих мимо людей. Рассматривать лица в толпе и чувствовать, что девчонка где-то недалеко.
— Валдаев? — я оторвал задумчивый взгляд от экрана, где традиционно крутили новогоднюю “Иронию судьбы” и взглянул на Виктора.
— М? — вопросительно выгнул брови.
— Ты меня слышишь вообще?
— Слышу, — устало проговорил, снова отворачиваясь.
— Серьёзно? — Виктор хмыкнул, и толкнул пальцами стакан с алкоголем. Тот скользнул по столешнице, ударяясь о мой кулак. — Тогда я жду твой положительный ответ.
Я искоса посмотрел на своего собутыльника и, поджав подбородок, качнул головой. Я ни хера не понял. Ничего не уловил, и понятия не имел, что тот имел в виду.
—
